Тамара Пимонова – Недотрога (страница 9)

Последние слова гадалки вселили надежду, а вот сообщение о дочке развеселило – неужели придётся родить, когда тебе сорок с гаком? Вместе с подругой посмеялась над этим.

Муж вернулся на следующий день, хотя не надолго. Жизнь военного не принадлежит ему и не подчиняется желаниям жены – следующей точкой была Чечня. Но об этом Лора узнала только через два года. Письма приходили из Москвы. К этому времени сын окончил восьмилетку и был на третьем курсе техникума. Когда ему едва исполнилось восемнадцать, без памяти влюбился и женился. Не передать чувства матери единственного сына, когда он уходит в чужую семью! Ещё не оперившись, ещё, по сути, совсем ребёнком. Ревность, боль, отчаяние, желание сделать для него всё, чтобы он не сломал свою жизнь. Сделать ничего не удалось. Жена, которая старше Сергея на четыре года, вместе с тёщей взяла его, как говорится, в оборот. В новой семье ему предназначалась роль послушного мужа, исполнительного папы годовалой дочки и бесправного зятя. Он не имел права без одобрения привести свою дочь в гости к матери или пригласить её к ним. Всем заправляла тёща – командир в юбке. Она-то и стала инициатором переезда семьи в Америку… Так исполнилось второе предсказание гадалки.

Проводив сына в Америку, Лора внешне держалась спокойно, даже улыбалась. Одна из подруг, врач с большим стажем, сказала: "Лора, я вижу, как тебе плохо, поверь мне, у тебя шок. Давай поколем успокоительное, я помогу тебе мягко выйти из этого состояния". Лора отмахнулась, надеясь на свой сильный характер. А дома рыдала в подушку и не находила себе места. В голове была только одна мысль: «Я тебя никогда не увижу». Шок закончился язвой желудка и двумя месяцами в больнице…

Прошло несколько лет. В Америке родилась вторая внучка, сын окончил университет. Муж Лоры вышел в отставку, и поселились они в шикарной двухкомнатной квартире одного из красивейших городов Украины. Лора подала документы в посольство, чтобы получить месячную визу в Америку… Душа изболелась по сыну и внучкам. А уехать туда совсем означает: все материальные трудности взвалить на сына – он до конца жизни должен содержать своих родителей. На это Лора с её независимым характером никогда не пойдёт. Да и жили они с мужем, в принципе, хорошо: его пенсия плюс зарплата, сама она, экономист по образованию, тоже ещё работала на крупном заводе. Словом, не бедствовали. Деньги на поездку были, а вот визу почему-то долго не давали.

В это время (в который раз убеждаюсь, что случайностей не бывает!) из Тибета вернулся давний знакомый, овладевший тайнами врачевания и предсказания. Лора, стараясь облегчить затянувшееся ожидание поездки к сыну, обратилась к нему. Он её успокоил и удивил:

– Вы скоро поедете к сыну. Но я вижу, что у вас есть дочь. Она очень больна. Её уронили в детстве, в голове уплотнение, может быть гематома… Какие сильные головные боли! Я пока не знаю, как их убрать. А сколько страданий выпадет на её долю, да и вашу тоже!

Лора не стала переубеждать предсказателя, что нет у неё никакой дочери, да и быть уже не может. Но очень беспокоилась за внучку, а вдруг и правда сноха уронила ребенка?

В Америку Лора поехала на следующей неделе после посещения монаха. И всё там было прекрасно, удивительно, богато, но всё – чужое. И сын стал совсем чужим, хотя по-своему мать любил. Как и чем её измерить, сыновнюю любовь? Разве что повторять с утра, как молитву: "У меня есть сын, и он меня любит. Я нужна ему. Я всегда буду в его сердце". Поможет ли? Из Америки Лора вернулась немного успокоенная.

Но пора перейти к рассказу о встрече с дочерью. То, о чём говорил предсказатель, по-видимому, засело в мозгу Лоры и притаилось до поры до времени.

Так получилось, что свою квартиру они с мужем решили поменять на частный дом, чтобы облегчить жизнь одинокому другу семьи. Окна кухни выходили во двор больницы. В то солнечное утро, когда Лора впервые увидела посредине больничного двора девочку лет десяти, она, как всегда, думала о сыне. И вдруг её словно током ударило! Она увидела, что эту большую на вид девочку обижают малыши. Бьют по ногам, дёргают за волосы. Та молча всё переносила. Лора задёрнула занавеску. А на второй день, когда картина повторилась, не выдержала и пошла в больницу. Здесь лечились дети из приютов и интернатов. Лора обратилась сначала к нянечке:

– Почему девочку постоянно обижают, а Вы не обращаете на это внимания?

Нянечка огрызнулась:

– А вам какое дело? Валька сама кого хочешь обидит!

Тут кто-то из детей заметил:

– Как она может обидеть, она же слепая?

У Лоры оборвалось сердце.

– Так ребёнок ещё и слепой, а вы даёте его в обиду? У вас самой есть дети? А душа? Где ваша заведующая?. – В ярости Лора помчалась по коридору.

Но заведующая, дородная бaбa в очках, пристально посмотрела на Лору и задала ей вопрос:

– Послушайте, дамочка, не вмешивайтесь в чужую жизнь. Зачем Вам это нужно в Ваши годы? Занимайтесь своими внуками, мужем, садом.

Было уже поздно что-то говорить. Лора нашла свою дочь…

Описывать дальше трёхгодичные мытарства Лоры и её приёмной дочери Валюшки я подробно не могу – набегают слёзы.

Говорят, что дети, прежде чем родиться, выбирают себе родителей. Выбор Вали оказался неудачным – отец и мать пили. Однажды, после очередной пьянки, маленькую девочку мать уронила (случайно ли?) на порожки. Та кубарем покатилась вниз. От ушиба головы ребёнок начал беспрестанно плакать, и мать сдала его в Дом малютки. Девочка родилась зрячей. Глаз ей выбили уже в детском доме ребятишки, оставленные без присмотра. Когда сделали операцию и вместо глаза поставили протез, врач написал в карточке: "Девочка ослепнет, задет нерв второго глаза".

За всё пребывание ребёнка в казённых учреждениях ни отец, ни мать, ни бабушка (жила от интерната всего через квартал) не поинтересовались его судьбой. На письменные запросы мать отвечала:" Забрать ребёнка не могу из-за материальных трудностей".

Есть в деле Валюши и такое материнское заявление: "Я отказываюсь от дочери, так как не имею возможности её содержать".

Когда Лора взялась оформлять опекунство, то столкнулась с массой проблем и бездушием чиновников от образования. Юридическая безграмотность сотрудников Дома ребёнка просто потрясла её! Отказ матери оказался простой бумажкой – он не заверен нотариусом. Три года шла борьба за судьбу девочки, вдумайтесь – три года!

С одной стороны у Лоры не было никаких юридических прав на ребёнка, а с другой – нельзя упускать время для лечения. Каждый раз для очередной консультации или обследования Валюши у медицинских светил всех уровней Лоре приходилось унизительно упрашивать директора интерната для незрячих, где пока официально числилась девочка, чтобы ей доверили ребёнка. И часто приходилось слышать: "Да кто Вы такая, чтобы распоряжаться её судьбой?"

Для чиновника неважно, что ребёнок называл Лору мамой, что Валя обрела настоящую семью, где её любят такой, какая она есть. Чиновник обеспокоен только правильностью оформления бумаг. Ускорить процесс оформления документов Лора не могла – нет денег на поездку к горе-родительнице. А диагнозы врачей в то время, когда Лора впервые увидела ребенка, были неутешительны: девочка слепнет, у неё постоянные головные боли, плохо развита речь. В десять лет она не окончила даже первый класс.

Не знаю, где Лора брала силы, чтобы ставить на ноги чужого беспомощного ребёнка. Наверное, есть у них с приёмной дочерью особая связь – духовная. О средствах я даже не говорю – все их с мужем сбережения ушли на лечение. Одна против всех окружающих (даже муж с трудом принял эту ситуацию, с горя запил вначале), одна со своей и Валиной бедой. Правда, некоторые знакомые начали потихоньку помогать: то одежду принесут, то пианино на прокат дадут, то какой-то благотворительный фонд денег подбросил…

Я встретила Лору с дочерью в Феодосии. Она привезла девочку на занятия и лечение по методу В. М. Бронникова, который основан на славяно-тибетской йоге и помогает слепым и слабовидящим, больным ДЦП и диабетом. Лора делала всё возможное и невозможное, чтобы дочка выздоровела. Главное, что радует в этой удивительной истории – девочка обрела семью, научилась читать, правильно говорить и немного видеть внутренним зрением.

Прав был Лев Николаевич Толстой, сказав, что и счастье, и несчастье даются нам для испытания. Только не пойму: судьба испытывает Лору счастьем материнства или несчастьем чужого ребёнка, ставшего ей родным?

Феодосия, 1999 год.

РАССКАЗ БЕЗ ВДОХНОВЕНИЯ

Всё, хватит ждать вдохновения, сажусь за рассказ. Беру бумагу и ручку, да, именно ручку, собираю в кулак мысли. Хотя чем сегодня, во времена перестройки и гласности, можно удивить читателя? Ведь ежесекундно из-под пера нашей многотысячной армии писателей выходят миллионы строк бумажной продукции разного качества и содержания! И все хотят быть услышанными, все хотят признания и славы. Денег, конечно, тоже. А что я, простой библиотекарь, могу предложить современникам? О временах Сталина я доподлинно ничего не знаю, слишком была мала. А когда немного подросла и пошла в школу, наступили времена Хрущёва с огромными очередями за кукурузным хлебом и светлой верой в коммунизм. Помню, как в моём родном городе от всех величественных памятников "вождю всех времён и народов" за одну ночь не осталось и следа. Был памятник у подножия Комсомольской горки, и нет его больше. Только где-то на старых чёрно-белых фотографиях можно его увидеть. Хорошо бы, чтобы кровавый след в душах людей, кто прошёл весь ад сталинской "мясорубки," также навсегда исчез. Но нет, он остался, саднит и ноет по ночам. Об этом теперь открыто пишут во всех газетах, популярных журналах, издаются рассказы очевидцев. Нам, более молодому поколению, остаётся только сочувствовать им и удивляться тому, что кто – то ещё остался жив, как – то выиграли ту кровавую войну. Нет, эта тема явно не для меня. Может быть, написать о современной молодёжи и её проблемах? Сосредотачиваюсь, напрягаю мысли. Представляю себя лет десять назад. Студенческая среда, особая атмосфера. Он и она…Молодые, красивые, спортивные, с активной жизненной позицией. Конечно, комсомольцы. Учатся на одном курсе, живут в одном общежитии. Он увидел её впервые на совместной лекции но научному коммунизму…