Тамара Крюкова – На златом крыльце сидели… (страница 41)

За последнее время Борис успел отвыкнуть от убогости прежнего жилища. На столе стояли две чашки с недопитым кофе – любовная прелюдия. Он огляделся в поисках места основного действа. Диван – завален предвыборными бумагами. Древнее кресло – мало приспособлено для любовных утех. Где же они этим занимались?

Так и не найдя ответа на вопрос, обманутый жених пошел на кухню и вновь убедился, что в здешней обстановке аристократические привычки следовало задвинуть куда подальше. Нормального кофе не оказалось, только растворимая отрава, но выбирать не приходилось. Мозг отказывался работать без вливания хорошей дозы кофеина.

Набрав воды из-под крана, Борис поставил на огонь древний чайник. Когда пронзительный свист возвестил о том, что вода вскипела, он налил литровую чашку крепкого, едва подслащенного кофе, и в этот момент щелкнул дверной замок. Борис почувствовал досаду: сосредоточиться не удастся. Как всегда, стоило ему сесть за обдумывание сюжета, как тут же вмешивались непредвиденные обстоятельства. Соседи вернулись совсем некстати.

На пороге возник Иван с каким-то бритоголовым юнцом. Сосед был трезв и, как следствие, угрюм. При виде Бориса мрачное лицо вынужденного трезвенника просветлело и в глазах забрезжила надежда, как у Робинзона при виде корабля на горизонте. Со свойственной ему прямотой, он без предисловий и вежливых расшаркиваний сразу перешел к делу:

– Боря! Ты прям как в воду глядел. Займи на четвертинку. Тут такое дело. Встречу надо отметить.

– А Люба знает насчет твоей встречи? – мрачно поинтересовался Борис, покосившись на верзилу.

– А то! Это ж племяш ейный, Кирка. Ты хоть слово скажи, балбес, – Иван ткнул родственника локтем в бок.

– Че? – нехотя отозвался тот.

Брови у Ивана поднялись домиком, отчего на лице появилось умильно-просительное выражение.

– Борь, будь другом. Кирка вернулся, а Любка, стерва, всю зарплату… подчистую. Хоть бы похмелиться дала, – то ли всхлипнул, то ли хрюкнул он.

– Откуда вернулся? – спросил Борис, хотя ему было на это глубоко наплевать. Просто нужно было что-то сказать.

– Так из колонии, – огорошил его Иван.

– Откуда?!

– Ты не боись. Кирка тихий, – заверил Иван.

Широкоплечий детина с узким лбом неандертальца не слишком походил на «тихого». Иван продолжал:

– По дури попал. Захотелось идиоту на тракторе покататься. Ну с моста в речку и сиганул. Трактор-то вытащили, а ему два года припаяли. Хорошо еще, по малолетству направили в колонию. Ему ж только шестнадцать было. Был бы старше, куковать бы в тюряге.

– Если трактор спасли, то за что два года? – удивился Борис.

Со слов Ивана преступление выглядело, скорее, как хулиганство.

– Так он до этого председательский джип увел, девок катать. В тот раз все замяли, он и рад стараться. Месяца не прошло, они с пацанами трактор угнали. Ладно бы еще колхозный, а то у воротилы местного, живоглота.

«На ловца и зверь бежит», – подумал Борис, приглядываясь к парню.

– Выходит, ты угонщик?

– Я ж не совсем, покататься только. И председателю машину вернул, – сказал детина.

– Угонщик – дерьма перегонщик. Руки бы оборвать, – Иван осуждающе зыркнул на родственника.

Бориса охватил азарт, схожий с вдохновением, когда вдруг из ниоткуда возникает персонаж, способный повернуть повествование в новое русло. Он с удовлетворением подумал, что не все, о чем пишут в книжках по саморазвитию, лажа. Закон притяжения действует. Факт. Стоило наметить цель и сконцентрироваться, как тут же возникло средство ее достижения. Он размышлял над тем, где найти угонщика, и пожалуйста – этот «герой» перед ним, да еще с отсидкой в багажнике. Правда, для предстоящей роли верзила выглядел туповатым. Угнать «Феррари» – совсем не одно и то же, что увести трактор или председательский джип. И все же Борис был уверен, что встреча произошла не случайно.

– Хочешь заработать? – спросил он у парня.

– Ну… – в глазах у питекантропа появился интерес.

– Вань, сгоняй в магазин, – велел Борис и сунул соседу в руки банкноту.

Окрыленный Иван, не проявив любопытства, резво вскочил с места. Сейчас все его мысли сосредоточились на собственной цели, которая находилась на первом этаже соседнего дома. Оставшись наедине с незадачливым угонщиком, Борис поинтересовался:

– Квалификацию не потерял?

– Чего?

– Машину угонишь? – перевел Борис на более понятный язык.

– Откуда?

Вопрос застал Бориса врасплох. Рисуя в воображении картины мести, он упустил из вида, что «Феррари» стоит в гараже у Гришкиного отца. Значит, пострадает не только двуликий мерзавец Алик. Угон рикошетом ударит по ни в чем не повинному Гришке.

Многообещающий сюжет рушился. Посредственный писатель, не умеющий ни одну идею довести до конца, оказывался несостоятельным мстителем. Борис осознал, что стоит у последней черты. Если он ничего не придумает, то до конца жизни останется бесхребетным неудачником. Его охватило такое отчаяние, будто он уже летел в пропасть. И тут внезапно и ошеломляюще его посетило озарение. Подобно вспышке молнии, оно высветило дальнейший план действий. Борис до мельчайших деталей представил себе развитие фабулы. Поистине, когда жизнь дает под дых, вдохновение так и прет.

Стараясь унять охватившую его дрожь, Борис стал излагать свой замысел. Выслушав предложение, соседский племяш почесал в затылке и сказал:

– Меньше чем за десять штук не возьмусь.

Борис расслабился. Согласие получено. К тому же сумма была смехотворной, даже если рассчитываться в евро. Хорошее настроение располагало к шутке.

– Рублей? – смехом спросил он.

– Не долларов же. На кой они мне тут нужны, – отозвался бугай, продемонстрировав всю «глубину» своего интеллекта. А потом весомо добавил: – Две штуки сразу.

Борис не мог поверить, что сделка обойдется ему почти даром.

В прихожей щелкнул замок.

– По рукам. Две тысячи сейчас, восемь по исполнении, – подвел итог Борис.

На кухню ввалился счастливый Иван с тремя бутылками дешевой водки. Не вникая в суть разговора, он тоже решил вставить свое веское слово:

– Две тысячи и ящик водки. Сейчас.

– Лады. И ящик водки, – улыбнулся Борис, доставая из портмоне купюры.

Глава 24

В кармане, словно пойманное насекомое, завибрировал айфон. Алик про себя выругался. Садясь за руль, он вечно забывал достать телефон из брюк. Привычка носить сотовый в кармане перекочевала из джинсового прошлого в галстучно-костюмное настоящее.

Перехватив руль, он извлек мобильник на свет. Тот сипел что-то невнятное голосом Лепса – звонок для своих. В одиннадцатом часу вечера Алик и не ожидал вызовов по работе.

Танька? Юлька? Ленка? – прикинул он, прежде чем посмотреть на дисплей. С Юлькой можно заняться гимнастикой, а Танька стала слишком назойливой, ее лучше проигнорировать, – загадал он, но не успел разглядеть номер, потому что какая-то замызганная «Тойота» подрезала его слева.

– Куда, козел! – воскликнул Алик.

Он резко вильнул в сторону и чудом избежал столкновения. Пока он маневрировал, мысль о том, чтобы отфильтровать звонки улетучилась. Он на автопилоте нажал на кнопку приема и рявкнул:

– Да!

– Привет.

Короткое слово вогнало его в ступор. Ладони тотчас вспотели. Услышав в трубке Борькин голос, он отчетливо осознал, какого дурака свалял.

Эта коза проболталась. Что теперь? Столько лет дружбы! Надо же – повестись на красивую задницу и все разрушить. И ради чего? Чтобы спустить, как школьник, во время первого соития? А все Инга виновата. Ведьма!

– Ты что, за рулем? – спросил Борис, не дождавшись ответа.

– Да. Тут какой-то мудила подрезал. Купят права, а потом… – Алик сконфужено замолк, понимая, что в нынешней ситуации сетования звучат глупо.

– Может, перезвонить? – спросил Борис.

– Нет! – поспешно отказался Алик.

Он не был уверен, что у него хватит мужества в другой раз ответить на Борькин звонок. Сейчас он бы многое отдал, чтобы повернуть время вспять. Но что сделано, то сделано. Он предпочитал не откладывать неприятные дела на потом.

Снова возникла неловкая пауза. Борис ждал, что Алик повинится или хотя бы попытается объяснить свою подлость, но тот молчал. Стыдно признаться в своей низости? А совать свой член во все, что шевелится, не стыдно? Казанова долбанный, – с отвращением подумал он и взял нить разговора в свои руки:

– Тебе ключ больше не нужен?

– Ключ?

Мысли Алика были заняты тем, как оправдаться перед Борькой, поэтому он не сразу понял, о чем речь.

– Ну да. От коммуналки. Ваш штаб вроде уже переехал в более престижное место.