Тальяна Орлова – Великий князь Седьмой Окраины (страница 5)

Коротко говоря, первая неделя пролетела почти без проблем, а учеба мне нравилась все сильнее. Райна со мной практически не разговаривала – я слышала, как она требует у коменданта общежития переселить ее к более подходящей соседке. Видимо, получила уже десятый отказ и притихла. Из записки от брата я узнала, что с работой негусто, его не приняли даже в таверну мыть посуду за копейки. Я-то знала, что Мить – порядочный и трудолюбивый, его характер в городе быстро разглядят, а пока мы вполне можем выжить на одну стипендию. И на меньшее годами выживали, никто из нас не жаловался. Лишь бы я ему тревог не подкидывала. Сам же он пребывал в некотором унынии, а надежды его на успешное благоустройство таяли с каждым днем – я это промеж его строк смогла уловить.

В самом начале новой недели нас ошарашили. В аудиторию вошел новый преподаватель по теории магии, а директор Истер решил представить его лично. Я от шока почти оглохла, половину пропустила. Да и не я одна! Причина нашего состояния была в том, что перед нами стоял дракон. Самый настоящий дракон, которого отличишь от другого по первому же взгляду: у стройного мужчины в черном сюртуке были светло-желтые, искрящиеся бликами глаза с вертикальными, немного звериными, зрачками. Возраст у их племени определить почти невозможно – ему может быть и сотня, и четыре сотни лет. У этого в темно-каштановых волосах уже зародилась седина, что могло свидетельствовать в пользу верхнего порога. Но лицо оказалось настолько молодым и привлекательным, что это же ощущение тут же перебивалось в пользу более юных лет.

Моя соседка по парте нервно заерзала, с другой стороны судорожно задышали, никто не осмелился подать голос и о чем-то переспросить, но удивление висело в воздухе. Не преподают драконы каким-то простым магам и ведьмам какую-то там банальную теорию магии, это попросту невозможно! И конец речи директора ничуть изумления не убавил – даже его голос слегка заметно подрагивал от волнения:

– …потому, дорогие мои, я надеюсь, что вы меня не подведете! Сами должны догадаться, какая честь вам выпала – никто не разбирается в магии лучше драконов. Потому давайте еще раз вместе поблагодарим милорда Ао за то, что он согласился принять участие в вашем образовании!

Милорда? Я сглотнула пересохшим горлом. То есть милорд Ао – еще и драк-шелле, обладатель высокого титула? Его из Сердцевины выгнали за плохое поведение? Других причин его неуместного нахождения перед классной доской я придумать не могла.

На протяжении всей лекции мы даже не дышали. Голос дракона полностью соответствовал его внешности – такой же безупречный, спокойный и будто до каждого звука выверенный, с едва уловимыми переливами интонации от шелка до бархата. Я половину информации прослушала – благо просто бездумно записывала, утешая себя тем, что еще отыщется время перечитать и вникнуть. А пока рука работала, глаза то и дело косились в сторону милорда, голова подключалась и пыталась придумать еще какие-то объяснения такому нашему везению.

В обед вся столовая стояла на ушах, никому не было дела до еды. В общем галдеже я пыталась вычленить самое важное. Конечно же, директора уже с головой завалили заявлениями о выборе этой дисциплины – теперь общую теорию магии собрались изучать даже те, кому она в жизни никогда не пригодится. Бедный господин Истер, судя по слухам, заперся в кабинете и вообще перестал принимать просителей.

Кто-то уже успел отыскать в реестре родословных фамилию «Ао» – оказалось, что это очень маленький драконий дом, даже не из столичных. Но сей факт, мягко говоря, мало кого успокоил – даже самый незначительный из драк-шелле остается очень далеко от любого другого жителя империи. С нервным смешком какой-то парнишка за соседним столом накинул версию, что, быть может, род Ао так обнищал, что даже преподавательское жалование не помешает? Но на шутку слушатели отреагировали не смехом, а глубокой задумчивостью – каждый в уме прикидывал: это сколько же тысячелетий надо нищать драконьему дому, чтобы к таким цифрам подобраться? В общем, университет гудел домыслами и предположениями, а на нас, кто случайно оказался учениками самого драк-шелле, смотрели с завистливой ненавистью – даже на меня, забыв о моем потрепанном платье и старых башмаках. Судя по всему, нашей группе действительно повезло, вот теперь только осталось отойти, встряхнуться, уложить в голове и обрадоваться.

На второй лекции я поняла, что у радости все-таки есть причины. Дракон действительно рассказывал очень интересно и понятно, но как будто не прилагал к тому усилий. Все драк-шелле обычно получают несколько университетских образований на протяжении своей длинной жизни, и потому любой из них без малейшей подготовки мог бы стать прекрасным учителем почти по любому предмету. Но и нас поставили в условия тяжелой ответственности: сдадим экзамен не слишком хорошо – и получится, что не оправдали грандиозный подарок. На этих уроках даже Райна не осматривала одногруппников и не кривила лицо от вида чьих-нибудь старых юбок, боясь не успеть записать хоть слово, вылетавшее изо рта самого настоящего драк-шелле.

Мы немного привыкали к его присутствию, расслаблялись. Наверное, к концу триместра даже дышать на лекциях отважимся погромче. Но я снова перестала чувствовать ноги, когда после очередного занятия милорд Ао меня окликнул:

– Это ведь ты Нилена, рожденная быть целительницей? Задержись, будь добра.

Со мной многие преподаватели беседовали в первые дни, я сразу признала за ними право на этот интерес и внимательно слушала их советы. И все же в этот раз по неявной причине забеспокоилась. Мне даже с виконтами и всякими там баронами не приходилось оказываться так близко, а этот дракон с молодым лицом и седыми висками по статусу был больше тысячи виконтов.

– Присаживайся, Нилена, – поторопил он. – Хочу устроить маленькую проверку твоим способностям.

Я пододвинула стул и присела к краю ближайшего стола, он разместился напротив и тотчас вынул из внутреннего кармана черного сюртука большую брошь. Старое золото с темно-красными камнями – возможно, за такую вещицу можно купить целиком университет вместе с Радожкой и всеми ее жителями.

– Не стесняйся, потрогай, – он пододвинул длинным пальцем украшение в мою сторону. – Скажи хоть что-нибудь о ее владельце.

Я отмерла и с удивлением глянула на него. Едва не поежилась от непривычных глаз цвета светлого золота, пересеченных вертикальной темной полосой зрачка, расширяющегося и сужающегося в зависимости от освещения.

– Милорд Ао, – нерешительно подала голос. – Разве мне можно заниматься такой магией?

– Разумеется! – заверил он. – Говорят, некоторые одаренные лекари по личной вещи могут перечислить все хвори ее хозяина.

Я про такое не слышала, но не может же мне врать преподаватель. Тем более, он не способен перепутать, что поможет моему дару, а что ему повредит. Я осторожно взяла брошь, сжала в кулаке и закрыла глаза. Ощутила какую-то красную пустоту. Отложила вещь на стол, вновь подняла взгляд на дракона и ответила, сомневаясь в каждом слове:

– Не чувствую никаких хворей. Я почти уверена, что хозяин этой вещи умер. Вряд ли что-то еще может отдавать такой же пустотой. А привкус красного может означать, что умер он насильственной смертью или сам был воплощением красного… не демон ли?

Испугавшись сказанного, вздрогнула. А вдруг я угадала, и сейчас милорд Ао услышал печальную весть о каком-нибудь своем знакомом? Но он неожиданно широко и как-то облегченно улыбнулся, а в его голосе прибавилось нажима:

– Верно, Нилена! Ее владелец погиб, причем довольно давно. Но давай продолжим. А если я тебе скажу, что тот человек снова существует? Он уже может не быть демоном, но существует.

– Как это? – я отшатнулась, ощутив в его словах отголоски сумасшествия.

– Путем очень сложной магии целой группы могущественных колдунов. Это не так важно, потом расскажу, если придется. А пока возьми снова и почувствуй заново уже с этой мыслью – где владелец броши находится теперь?

Но я уже справилась с волнением и соображала все лучше. Потому даже не подумала протягивать руку и покачала головой:

– Милорд Ао, вы хотите поисковое заклинание? Но это мне точно нельзя делать!

– Можно-можно! – быстро заверил он, но из глаз пропали искры доброжелательности.

Я тряхнула головой и нахмурилась, мучаясь двоякими ощущениями – когда полученные знания сталкиваются с другими и приходят в противоречие:

– Нельзя, – менее уверенно повторила я. И чтобы не выглядеть упертым бараном, объясняла вслух больше для самой себя, чтобы окончательно разобраться: – У нас ведь пару лекций до вас читал другой преподаватель, и он дал подробную классификацию. А его я внимательно слушала! То есть… то есть я и вас слушаю, конечно, но его прямо всеми ушами слушала и каждое слово запоминала. У меня перед глазами эта таблица стоит – лекарское дело идет по одной ветви магии, а поисковое колдовство – совсем по иной… Там вроде бы так выходит, что они в разные стороны растут, и потому если некоторые заклинания меня только ослабят, то поисковые могут вовсе лишить силы. Разве я неправильно запомнила?

– Неправильно! Или предыдущий учитель что-то перепутал. Можно, говорю, – дракон вновь смягчил голос: – Нилена, ну же, попробуй. Тут дела-то на мгновение, вдруг сразу сработает? Обещаю, до конца жизни ты ни в чем не будешь нуждаться!