Тальяна Орлова – Стратегия оборотня. Приманка для врага (страница 3)

– Скажи, что ты не ревнуешь к Риссе, успокой меня окончательно.

Его этот вопрос так сильно заботит, что я уже начала подозревать: а не хочет ли Эрк действительно увидеть хоть признаки ревности? Не означало бы это признание в искренности моих чувств? Но даже после такой мысли соврать я не смогла:

– Нет. Я и в твоих с Риссой словах не сомневалась, но твердо уверена, что будь твой отец хоть на миллиардную долю процента против моей кандидатуры, то я об этом сегодня же и узнала бы.

Эрк рассмеялся тихо и притянул меня к себе, но я снова спонтанно сжалась. Он почувствовал – резко наклонился и заглянул в глаза:

– Я люблю тебя, Дая Джисс. И никогда не сделаю ничего тебе во вред. И мой отец это понял: я нашел в тебе то, что когда-то он нашел в моей матери. Я готов ждать тебя вечно. Потому не делай над собой никаких усилий.

В порыве благодарности я обняла его в ответ и прошептала:

– И я люблю тебя, Эрк. Мне приходится каждый день убеждаться, что ты еще лучше, чем казалось вчера.

Сказанное было правдой. Даже если душа что-то недовольно вякнула – мол, преувеличиваешь, но я не пожалела о своих словах. Эрк не потащил меня в спальню, вознамерившись дать мне любое время, которое понадобится. И я была рада увидеть дополнительное подтверждение, что заполучила самого потрясающего, благородного и проницательного парня из всех возможных.

Глава 3

Катастрофа разразилась на следующий день. Мы решили встретиться всей компанией и отметить наш с Триш отъезд на целый месяц. Эрк опаздывал, что на него вовсе не было похоже. К счастью, Рисса щебетала на пару с моей подругой, не давая сосредоточиться на смутных опасениях. Но, когда Эрк наконец-то вышел из платного перевозчика и направился к нам, умолкли и они: уже по поджатым добела губам стало понятно, что произошли какие-то неприятности.

Эрк остановился и без приветствий позвал:

– Дая, на два слова.

Конечно, остальные просто переглянулись недоуменно и позволили нам отойти. Парень говорил все так же тихо, но пытался контролировать эмоции, словно выдавал отчет:

– Вчера на крейсер отца напали.

Я испуганно уточнила:

– Командор не пострадал?

– Нет. Как раз в это время он со своей охраной был в посольстве. Атака была тщательно спланирована, как будто оборотни точно знали, где находится пленник и что именно в данный момент солдаты на судне не все. Пятнадцать человек убито, Линкер сбежал.

Я зажала рот рукой, не в силах даже дышать. Вчера командор именно об этом и говорил! Все прошло слишком просто, а это могло означать, что преступники просто выжидают подходящего момента. Теперь и мой голос зазвучал незнакомо:

– И что думает твой отец?

Эрк коротко кивнул, будто согласился с важностью вопроса или как раз к этому собирался перейти.

– Говорит, что кто-то в полиции работает на оборотней. О перемещении Линкера не знали посторонние. Отец только убедился в том, что у сару есть влиятельная поддержка – если и не в правительстве, то среди элиты. Полицейские будут допрошены, но вряд ли настоящие соучастники попадутся, ведь там тысячи сотрудников, среди которых несложно затеряться.

Я вдруг вспомнила нечто очень важное, чему изначально не придала значения:

– Эрк, когда оборотни вытащили меня из тюрьмы, они подставили своего! Но Тай тогда был спокоен. Сказал, что со временем без труда освободят и того перевертыша. Так что твой отец прав: кто-то в полиции работает на них или с ними…

Он тяжело вздохнул. Эрк все еще не мог сфокусировать взгляд и продолжал размышлять вслух:

– Отец… Я давно не видел его таким. Его люди погибли – и не на приграничных фронтах, а в самом Неополисе! Как об этом рассказать их семьям? Притом сейчас ничего нельзя сделать. Воздушное сообщение с Землей Первой остановить невозможно, а это значит, что прямо сейчас Линкер уже летит к своим сородичам… Но это не конец, Дая. Отец не сможет спать спокойно, пока не завершит дело. Как и я.

Я закрыла глаза, стараясь не дрожать и собраться с мыслями. Первый шок отпускал, потому я могла сосредоточиться на ощущениях: страх, разочарование от провала всего достигнутого, жалость к погибшим, ненависть и… совсем-совсем немного, едва уловимо мельтешащее на задворках сознания, облегчение. Совсем не думать о том, что будут делать с Таем в плену, я не могла, хотя и запрещала себе это представлять. А теперь он свободен. Я проигнорировала незначительный и неуместный всплеск радости, напомнив себе, сколько зла он сможет причинить в будущем. Глубоко вдохнула и только после посмотрела на Эрка.

– Мы должны рассказать друзьям. Я и Триш завтра улетаем к родителям, но неправильно оставлять всех в неведении.

Эрк посмотрел через мое плечо на компанию и ответил неуверенно:

– Отец не просто так все держал в тайне. Только представь, что начнется.

Я не поняла его сомнений:

– Но если мы даже друзьям не доверяем, то как вообще жить?

Парень хорошо обдумал мое предложение и, наконец, принял решение:

– Ты права. Одиру, Триш и Риссе я доверяю как себе. Но именно поэтому не хочу их ввергать в панику. Расскажем только о том, что Линкер – шпион сару, он организовал в Неополисе продажу диодов, за что и был арестован. Пусть хотя бы об этом знают, если он попытается выйти с ними на связь.

Меня такой вариант устраивал. Вместо веселой вечеринки мы получили тяжелый разговор. Рисса от таких новостей пришла в ужас. Все же не зря консул Май-Ли скрыл от дочери правду. Она позеленела, затряслась, кое-как смогла сдержать слезы. Еще и обиделась на нас за то, что так долго молчали, ведь она заваливала меня вопросами, что же такого произошло с телохранителем, раз он исчез… Ей в самом деле было сложнее, чем всем остальным – узнать, что столько времени она была под прямым ударом. Я только позже поняла, насколько Эрк был прав. Если бы Рисса догадалась раньше, когда несколько месяцев подряд жила в одном квадрате с сыном генерала Линкера, нам тогда пришлось бы везти ее к медикам.

На душе у всех было тяжело. Хоть умом и понимали, что Таю сейчас в Неополисе делать нечего, но все равно оставался навязчивый страх, что он где-то рядом. Паранойя, которая с каждой мыслью наращивает обороты. Но, как говорил командор Кири, паранойя помогла выжить и ему, и миллиардам людей.

Зато теперь отъезду и предстоящей разлуке с Эрком я радовалась втройне. Мне физически было нужно сменить обстановку, посмотреть на маму собственными глазами и убедиться, что все беды прошли мимо, а в моей жизни принципиально ничего не изменилось. Конечно, мы договорились быть на связи и сообщать друг другу о любых новостях.

И вот это уже было лишним… Нет, с Эрком я на связи быть хотела, но не думала, что Рисса начнет вызывать меня сразу же после того, как мы расстались в порту. Транспортное судно еще высоту не успело набрать, как Рисса позвонила и принялась о чем-то трещать. Чувствую, предстоящий отпуск мне раем не покажется, если не отключу видеослайдер. Кое-как распрощавшись с болтушкой, я посмотрела на смеющуюся Триш и раздраженно развела руками. Моя дипломатичная подруга и в этом случае придумала оправдание:

– Дая, у нее, кроме нас, совсем нет друзей! Что странного в том, что она хочет быть ближе?

Зато через минуту ее видеослайдер зазвенел входящим вызовом. Я расхохоталась, но наконец-то получила возможность спокойно откинуться на спинку удобного кресла и уставиться в иллюминатор.

А через несколько дней все стало хорошо. Проблемы отошли куда-то далеко, будто вообще никогда меня не касались. Это влияние мамы, которая вроде бы ничего особенно не говорит, а просто есть рядом. Поначалу я не собиралась ей рассказывать об Эрке, но сама же болтала с ним по видеосвязи часами, потому, заметив внимательный взгляд матери и полную готовность не задавать вообще никаких вопросов, раскололась сама. Сказала, что встречаюсь с самым лучшим на свете парнем, и на следующих каникулах обязательно привезу его для знакомства. Про его впечатляющую родословную умолчала – и лишь потому, что по сравнению с остальным это было не важно.

И все остальное тоже размылось в спокойном состоянии. Странное дело, но мне почему-то стало легко признать, что я рада побегу Тая. Да, он враг – это я и теперь не ставила под сомнение, но враг, вызвавший во мне какой-то слабый отклик. И нет ничего позорного в том, что я испытала облегчение, узнав, что он избежал страшных пыток. Тай Линкер заслуживает смерти, но вряд ли чего-то хуже, чем смерть. С точки зрения сару, он, наверное, герой. Как командор Кири для людей. И каждого из них должна ждать или героическая смерть, или почетная старость, но не судьба быть раскромсанным на пыточном столе. Именно так обязан быть устроен мир, в который я всегда верила. Пусть даже самообман, но в этой спокойной домашней обстановке сложно было думать о плохом.

По Эрку я скучала, но ожидаемой тоски так и не дождалась. И будь возможность, то продлила бы каникулы еще на несколько месяцев. Иногда даже чувствовала легкое раздражение, когда он звонил пятый раз за день. Но неприятные эмоции были обусловлено не тем, что я не рада видеть его лицо, а чувством вины: я уже не могла игнорировать тот факт, что Эрк скучает по мне намного сильнее, чем я по нему. И все равно убеждала себя, как невероятно мне повезло.

В моем сердце был почти полный порядок, чего не скажешь о Триш. Подсознательно я понимала причину ее тревоги, но ждала, когда подругу саму прорвет. И, само собой, дождалась: