Тальяна Орлова – Перепиши меня начисто (страница 6)

– Простите, сэр, я могу…

– Не сейчас, Той.

– Да, сэр.

Парень хотел выйти, но начальник его остановил:

– Хотя подожди. Посмотри на нашу гостью – она красива? Ината, встань, пожалуйста.

Я поднялась на ноги, не в силах оторвать взгляда от совершенного лица. Той посмотрел на меня внимательно – на лицо, потом окинул взглядом фигуру. Слегка улыбнулся, отчего сделался еще красивее, что секунду назад казалось невозможным.

– Вы хотите честного ответа, сэр?

– Да, Той, максимально честного.

– Восемь из десяти по первым прикидкам. Глаза не идеально симметричны, нос с небольшой горбинкой, но это придает лицу вашей гостьи изюминку. Цвет волос лично мне кажется безупречным, я вообще люблю натуральных блондинок. Может быть сексуальной, если расслабится. Я предполагаю, что она красива, но для полного ответа недостаточно данных.

– Гляди-ка, и он хочет, чтобы ты разделась! – засмеялся мистер Кинред. – Спасибо, Той, зайди через час.

– Да, сэр.

Я проводила парня все тем же обескураженным взглядом.

– Итак, на чем я закончил? – голос мистера Кинреда напомнил о том, где я нахожусь и что нужно снова начать дышать. – Если четвертый уровень занимается решением проблем ресурсной обеспеченности, то пятый проводит исследования по усовершенствованию ИИ. Например, нам интересно, может ли обычный человек узнать ИИ, если его заранее не предупредить?

– Это был робот?! – когда до меня дошло, я уже не могла просто усидеть на стуле. Хотелось выбежать в коридор и догнать, рассмотреть получше. – Он так красив! Да что я несу? Он идеален! И нет, я не узнала бы без вашей подсказки!

Мистер Кинред смотрел на меня теперь очень внимательно, но притом улыбался:

– Узнала бы, если бы пообщалась с ним дольше.

Я пребывала в восхищении:

– Но его мимика такая естественная! Ни грамма фальшивости! Робот? Не могу поверить! У него улыбка – да это самая натуральная и сносящая с ног улыбка, которую я когда-либо видела! Сэр, это самый прекрасный робот, хотя я не видела других!

Он, кажется, едва сдерживал смех, наблюдая за моей реакцией.

– Спасибо. Мы научили ИИ принимать решения, анализировать и действовать по своему усмотрению, исходя из заложенного в них характера и предыдущего опыта. Но все-таки многие эмоции приходится в них закладывать. А чтобы найти самые правдоподобные реакции, мы и проводим эксперименты на людях. Что бы ты сделала, оказавшись в стрессовой ситуации? Что бы в той же ситуации сделали сотни других людей? Мы проводим опыты с целью выявить усредненные и аномальные случаи. Теперь примерно ясно?

Я смотрела на него теперь как на какое-нибудь божество – уж слишком за гранью была сфера его деятельности от того, с чем мне когда-либо приходилось сталкиваться. От моего вида он улыбнулся еще шире:

– Вижу, тебе нравятся роботы, хотя мы называем их ИИ – некоторые из них очень обижаются на термин «робот», это будто приравнивает их к пылесосам. И есть большая разница между роботами и ИИ.

– Я… не знаю, нравятся ли они мне. Но я давно мечтала увидеть хоть одного. Каких только сказок не рассказывают о них в мегаполисе! – я заставила себя отвлечься на более прагматичные вопросы, потому продолжила без того же восторга: – Если я правильно вас поняла, то люди здесь и не работают с роботами, они просто подвергаются различным стрессовым ситуациям.

– Не только стрессовым, но в общих чертах да: нам нужны все чистые человеческие эмоции, пусть и полученные в лабораторных условиях. Знаешь, что в замкнутых группах люди начинают испытывать настоящую страсть или любовь к первому попавшемуся более-менее подходящему представителю? Этот феномен описывался еще пару веков назад, и я хочу исследовать зарождение подобных эмоций досконально. Кажется, если я пойму этот механизм и смогу его привить искусственному разуму, то дальше его некуда будет усовершенствовать. На сегодня хватит информации. Пойдем. Если лифт не запустили, то спустимся по лестнице – еще один секретный объект, но ты и так уже находка для сплетников – одним секретом больше, одним меньше.

Лифт работал, мы молчали все время, пока он спускался до нужного уровня. За стеклом промелькнула оранжерея, но я уже не вглядывалась пристально. Я все еще пребывала в замешательстве, а заговорила, когда мы покинули кабину:

– Я благодарна вам, мистер Кинред, за откровенность. Но пока все равно не готова дать ответ. Скажу больше – теперь я еще сильнее испугана.

– Что и требовалось доказать. А вчера ты придерживалась другой точки зрения – мол, расскажите подробности, и я сразу полечу в вашу лабораторию.

– Просто дилемма неоднозначная, – я размышляла вслух. – Разумеется, пятый уровень выгоднее в плане дохода, но на третьем люди просто живут, а не участвуют в экспериментах…

– А ты уверена?

– Что?

– Ничего. Так, рассуждаю. А вдруг разница между третьим и остальными уровнями только в том, что первым никто не сказал об экспериментах?

– Вы снова шутите?!

– Скорее всего.

Навстречу нам шла толпа – близилось время обеда. Я разглядела рыжую шевелюру Майи, она шла в обнимку с Ником и что-то радостно щебетала ему на ухо. «В замкнутых группах люди начинают испытывать настоящую страсть или любовь к любому более-менее подходящему представителю…» Неужели их чистая и искренняя любовь есть прогнозируемое следствие ситуации?

Я остановилась и спросила тихо:

– Вы не проверяли, писала ли Майя заявление на перевод к вам?

– Нет, не проверял. Это важно?

– Да не особенно, просто интересно.

Он усмехнулся:

– Как будто от ее желания перейти на мой уровень должно зависеть твое желание.

– Не зависит, конечно! – я немного лукавила. На самом деле, я просто стеснялась спросить у Майи прямо, а от ответа как будто немного что-то все-таки зависело.

Кинред вдруг шагнул вперед и сказал громче:

– Майя, подойди.

Девушка сосредоточилась и подлетела к нему, уже интонацией выражая беспокойство:

– Да, сэр?

– Майя, сколько времени до окончания твоего контракта?

– Восемь месяцев, сэр.

– Прекрасно. Кажется, ты мне подходишь. Напиши заявление с первого числа.

– Правда?! – она будто воздухом подавилась, с трудом вдохнула и защебетала бегло: – Спасибо за доверие, сэр! А… я прошу простить за наглость, но все-таки спрошу, может ли написать повторное заявление и инженер Ник Росланд? Он замечательный специалист!

– Мне все равно, какой он инженер. Пусть напишет – рассмотрю и его просьбу.

– Спасибо, сэр! Спасибо! – Майя виновато посмотрела на меня, но ничего не сказала и побежала сообщать Нику.

Кинред обернулся ко мне – дескать, что-то еще доказывать надо? Мне – нет. Я и так многое поняла. У Майи всего восемь месяцев, почему бы не заработать в оставшееся время? А если Ника не примут, то им все равно вскоре предстоит расстаться. Я даже не осуждала ее – не представляю, какое сама бы приняла решение на ее месте.

Уловила я совсем другое, куда более важное. Даррен Кинред только что показал мне короткий эксперимент над человеком для доказательства своей правоты. Но ему плевать на Майю и Ника, он, вероятно, просто выкинет их заявления в корзину. Ему демонстративно, показательно на них плевать. Директор пятого уровня настолько циничен, или я все-таки ошибаюсь? Но разве директор пятого уровня мог быть обычным добрячком?

Чтобы получить ответ на этот вопрос, я не побежала в столовую вслед за Майей, а тронула рукав его пиджака, останавливая.

– Вы ведь не собираетесь их принимать, верно? Вы ее обнадежили только для того, чтобы не искать ответ на мой вопрос в архивах!

Он повернулся, чуть наклонился и сузил глаза.

– Не придумала ли себе, что уже все обо мне поняла, Ината?

– Нет… – ответила, а потом отважилась высказаться откровенно: – Я решила, что вы манипулятор, которому нет дела до обычных людей и их надежд.

– Да, почти верно. Только повышай уровень манипуляций. Я приму заявление Майи только при условии, что твое будет в той же стопке. А если я на этой неделе получу твой окончательный ответ, что избавит меня от необходимости продолжать поиски, то приму заявление и ее инженера. Целая влюбленная пара, держась за ручки, отправится в светлое будущее благодаря тебе. Или не отправится. Тебе-то есть дело до чужих надежд?

И он зашагал по коридору обратно к лифту, оставив меня в полном непонимании. Такого неожиданного ультиматума я уж точно не предполагала.

Глава 5

Я вообще никому не собиралась высказывать претензий, но ощущение загнанности в угол душевному комфорту не способствует. И к ужину я созрела до той степени, когда молчать уже нет сил, хотя и старалась говорить спокойно и без осуждения:

– Майя, а как же твои рассказы о страшных вещах, которые творятся на пятом уровне? Неужели мистер Кинред прав, и вы все эти страсти выдумываете из зависти к тем, кого приняли?

Она весь день меня избегала, а когда приходилось сталкиваться – чирикала обо всем подряд, будто чувствовала, что этот вопрос и будет задан. Но теперь нахмурилась, глянула на Ника и ответила серьезно:

– Не из зависти, Ината. Но мне действительно до конца контракта осталось совсем немного – и пусть страшно, но возможность упускать я не хочу. Ведь ты же сама о том говорила: я могу уйти оттуда, но притом заработаю…