Тальяна Орлова – Настя против Князя Зла (страница 34)

Оказалось, тот лежит на боку и, болезненно прижимая руку к животу, хохочет.

– Не учу. Как-то в голову не приходило. Но теперь обязательно включу назидание: «Самого страшного противника можно одолеть хоть камешком, хоть перышком, если ты хочешь этого достаточно сильно».

Да и пусть смеются. Я-то все равно молодец!

Мы добрались до того самого постоялого двора. Хозяин так обрадовался, будто бы не он недавно на тех же гостей жаловался. В конце концов по такой глубинке богачи нечасто путешествуют, и на нашей четверке он без труда сделает полугодовую выручку. Поэтому из кожи вон лез, лишними вопросами не донимал, однако вызвал из ближайшего города лекаря – платить-то за лечение все равно не ему, а за услужливость зачтется.

Дракон очень быстро восстанавливался: несколько пилюль, магических заклинаний и возможность спокойно отлежаться сотворили чудо. Было понятно, что уже не сегодня-завтра мы отправимся в обратный путь с невероятным чувством выполненного долга. А раз так…

– А раз так, – начал Юта, – нам все-таки придется обсудить важные пункты. Понимаю, что у всех кишка тонка поднять эту тему, а мне все равно.

– Ты про князя зла в академии? – предположила я. – Это или Варгат, или Катрина.

– Точно не Варгат, – опроверг он. – Князь зла не допустил бы такой промашки. Подозревать нужно самого неподозрительного.

Я кивнула. Даже в нашей с ним паре слабым звеном всегда была я, а за ним никто ни разу не заметил никаких всплесков темной энергии.

– Значит, Катрина, – произнес Сергей. – Какая-то дичь, никогда бы не подумал.

– Или ты, – улыбнулся парню учитель Тант. – Не с тобой ли сражался староста, когда это случилось? Нет проще способа кого-то подставить, чем в драке передать каплю силы тому, кто об этом не подозревает.

Сережа вскочил на ноги, но возмущаться не спешил, а нахмурился, сел обратно и довольно спокойно произнес:

– Это не я. Но как доказать?

Я же от негодования едва не задохнулась.

– Юта, ты что несешь?! Мы с Сережей попали в этот мир примерно в одно время, я только троих из попаданцев так хорошо знала еще до приезда в Гонту! Вот тебе и проверка – давай я задам какой-нибудь вопрос, ответить на который может только тот, кто учился со мной в Исе!

– И он, конечно, ответит, – безмятежно протянул Юмин. – Если князь уже пришел в столицу Исы вместо какого-то Сережи, которого ты никогда не знала. А был ли вообще Сережа? – Оценив наши круглые глаза и насладившись тишиной, он засмеялся: – Боги, вы бы видели сейчас свои вытянутые рожи. Я ведь просто шучу, по всем прикидкам, это Катрина. И князь точно не пошел бы с нами на Оудена, потому что там была неподходящая ситуация для сокрытия личности.

– Ну ты и гад… – выдохнул Эллес. – Даже я начал сомневаться. Послушай, а если ты просто будешь по-человечески общаться и никого не доводить, то твой черный резерв взорвется?

Юта сплел пальцы на столешнице и назидательным тоном проговорил:

– Это не потому что я зло, а потому что вы начали совсем не ту тему, которую собирался поднять я. Будете поступать так снова – я вас тут всех переругаю в качестве воспитательной меры.

Эллес отчего-то на этих словах поник, а мы с Сережей недоуменно переглянулись. И тогда Юмин наконец-то перешел к главному:

– Да-да, что теперь делать со свидетелем, которому ну никак нельзя остаться живым. – Он многозначительно посмотрел на Сергея.

Парень, едва отошедший от первого шока, сейчас откинулся на спинку стула, будто его воздушной волной ударили. А у меня в горле пересохло, но я все равно постаралась сохранить самообладание:

– Собираешься его убить? Нужно напоминать, что этот твой свидетель возле Красного Леса мне жизнь спас? А потом декана Эллеса подлатал, хотя вообще не изучал лекарское искусство. И что без него весь твой план пошел бы насмарку!

– Я благодарен, – вкрадчиво произнес этот злодей под видом учителя Танта. – Но моя благодарность не безмозглая. Ты меня не предашь. Эллес меня не предаст, потому что сам нарушил сотню драконьих правил. Но что сделает этот благородный герой, когда вернется? По-твоему, мне нужно, чтобы все драконы Гонты ошалели от моей наглости и собрались меня уничтожить? Ладно, с драконами я справлюсь, как справлялся до сих пор. Но если хоть кто-нибудь проведает, что я объединился с чистокровным и вместе с ним убил своего конкурента, два других князя объедятся против меня, поскольку каждый из них поодиночке мог бы стать следующим. Я бы на их месте рассуждал так.

Его не убедить. Он прожил столько лет как раз потому, что идеально обеспечивает свою безопасность. Поэтому я перевела возмущенный взгляд на декана – и поразилась, ведь тот почему-то не возражал и не бросался в драку от подобного условия. Наоборот, он долго сидел с опущенной головой, а затем прошептал:

– Если бы речь шла только о тебе, то выбор был бы проще. Но ведь Сергей сообщит в Ису. Их управление поймет, что драконы готовы к союзу даже с князьями для решения своих проблем, и совсем неизвестно, каковы будут их дальнейшие действия. Война, пока у нас это не вошло в привычку? Создание таких артефактов, после которых от Гонты останется пепелище? Давление и шантаж – на меня и на Настю? Не могу угадать направление их политики, но знаю точно, что мне оно не понравится.

Сережа молчал. Он побледнел и сжал зубы, но даже не шелохнулся. Должно быть, он лучше и быстрее меня понял, что приговор уже подписан. Я же осознавала все постепенно. Быть хорошим человеком недостаточно, принести огромную пользу недостаточно, если сам факт твоего существования способен навредить. Мнение Юты предсказать было несложно – у него слишком черная душа, не озабоченная моральными дилеммами. Слезы и стенания не сработают, поскольку его убеждения и провели его через все страдания, испытания и усадили за этот стол целым и невредимым. Потряс меня декан Эллес. Неужели именно вот так и переходят на сторону зла? В тот самый момент, когда впервые хладнокровно сопоставляют выгоду и издержки? Даже не имеет значения, что действует он не в своих интересах, а заботится о родном государстве. Ведь в точности так же поступает и управление Исы, но никто из них не считает себя злодеем – они просто делают что должны ради общего блага. Какие гарантии Сережа может предоставить, что не раскроет тайну? Даст честное слово? Нет, ставки слишком высоки. Забрать у него артефакт связи? Так он добудет его у другого попаданца. Заточить в тюрьме под горой Тахарион и держать в клетке, пока Гонта или Иса не перестанут существовать? Тогда быстрая смерть гуманнее.

А кто я в этой системе координат? Раздавленное булыжником ничтожество, которое ничего не может поделать, но никогда не забудет, что именно его действия и погубили хорошего человека. Как навсегда запомнит и то, что тоже сидело за этим столом и взвешивало издержки и выгоды.

И насколько длинный путь от этой первой гнусной мысли до желания захватить мир?