Тальяна Орлова – Катастрофа на драконьем факультете (СИ) (страница 11)

Отвратительным я его точно назвать не могла. Однако все же попыталась вставить хоть что-то разумное:

– Меня пугает твое собственничество, Сат. Ты ведь воспринимаешь меня как вещь – да ни одна любовь не начинается с такого! Это если вообще говорить о возможной любви… в будущем!

– Как раз с этим я поделать ничего не могу. Вини себя – ты это спровоцировала. Вини меня – я рожден быть именно таким. Давай всю оставшуюся жизнь винить друг друга только за это, пока не привыкнем, что иначе быть уже не может.

Ну вот и все аргументы, которые сразу всплыли. Как же мне приятна его симпатия – даже внутри все от смутной радости переворачивается! И как же неприятны эти имущественные права! Теперь я дернулась назад и заявила сухо:

– К сожалению, даже привыкать не хочу. И повторяю – папенька очень строг на этот счет. Я буду очень рада, если мы с тобой станем настоящими друзьями, и за помощь буду благодарна. Но моя благодарность не означает ничего из того, что ты здесь так красиво расписываешь! Я в любом случае после вернусь домой. За мной туда поедешь? Ну, если так называемая история сложится.

– Зачем тебе возвращаться? – не понял Сат. – Неужели ты думаешь, что если я смогу переубедить свою семью, то не сумею переубедить твою? Это ли проблема?

Он не слышит! Все препятствия для него – это вопросы, которые можно каким-то образом закрыть. Значит, надо добавить веса препятствиям:

– Я не знаю, как происходит у чистокровных драконов, но у меня папа – человек простой и держит слово. Он уже, должно быть, нашел мне жениха, потому с моей стороны было бы просто бесчестно давать надежду кому-то еще. И это было бы бесчестно по отношению к тебе – разве ты сам был бы рад, если бы я просто использовала тебя, чтобы весело провести время и…

– Она пошутила! – закричала Данна и вскочила на ноги.

От ее слишком резкого движения поднялась и я, хотя пока не понимала, что происходит. Сат просто сидел на своем месте и смотрел на сцепленные руки. Что здесь такого? С чего вдруг истошный вопль?

Но через секунду закричали теперь и со стороны – кажется, взревели волки. Сразу следом раздался грохот – вокруг все вскакивали, не заботясь о том, что стулья и столы отлетают от движений.

– Она пошутила или ошиблась! – Данна бросилась к Сату и вцепилась в его плечо, начиная трясти. – Она сказала «должно быть»!

Я спонтанно отступила на шаг и услышала очень ровный голос Сата:

– Кларисса, твой отец уже решил этот вопрос?

– Я… я не знаю… – мне теперь было странно совсем отказываться от своих слов, но происходящее подсказывало, что прямо сейчас лучше сдать назад. – Просто предположение…

– Кларисса! – закричала на меня Данна. – Ляг на пол, чтобы он тебя не видел! Бесы вас дери, трусливые волки, закройте ее! Лисы, где вы, рыжее отродье?! Сат, очнись, ты слышал – просто предположение!

А шум вокруг только нарастал, переходя уже от грохота мебели в рев и визги. И только теперь я разглядела, на что все уставились – прорывая форму, на спине Сата медленно вырастали черные шипы. Не так уж и заметно поначалу, раз я даже не обратила внимания. Это было последнее, что я разглядела – меня снесло с ног могучим телом волка. Карин быстро подминал меня всю под себя, стараясь закрыть собой.

Я едва смогла вывернуть шею, чтобы сделать вдох. И тут же натолкнулась взглядом на побледневшее лицо Орина.

– Придурок! – шипел лис. – Ее надо отсюда утащить! Если дракон не сможет сдержаться, то сначала убьет ее, а потом всех нас – за то, что позволили ему ее убить!

– Ты прав, лисий сын, – захрипел волк. – Я сейчас немного передвинусь, а ты хватай за плечи и тащи. У тебя секунда и все наши жизни!

Он начал приподниматься, но так, чтобы я оставалась закрытой со стороны Сата, Орин же, не дожидаясь, уже пытался меня поудобнее перехватить – судорожно, с явным ужасом и постоянно поглядывая вверх. Шум вокруг будто отдалялся – все пытались или уладить ситуацию, или унести подальше ноги. Кричала только Данна:

– Сиди, Сат, сиди! Сейчас ты остынешь – и она снова повторит. Спокойный разговор! Никаких женихов!

Я подумала, что она справляется – смогла уладить какую-то катастрофу. Но как раз когда Орин почти вытащил меня из-под волка, стены содрогнулись – это был голос Сата, но на такой громкости, что все стекла в здании отозвались:

– Не смейте трогать мое!

После этого Орина сдуло с места – вполне возможно, не собственным страхом, а самой волной этого ужасающего голоса. И Карин куда-то пропал. Я неловко повернулась, пытаясь встать. И на четвереньках, не оглядываясь, поспешила к ближайшей арке – уж что-что, а необходимость побега мне была понятна. Сзади мощной волной ревел сам воздух – и ничего человеческого в звуке я больше уловить не могла.

Проем начал обваливаться на моих глазах до того, как я его достигла. Пришлось обернуться в поисках другого спасения – и замереть на месте. Сата больше не было. Не было рядом с ним и Данны – она то ли отбежала вглубь столовой, то ли ее отнесло. На моих глазах за считанные секунды гигантское черное чудовище расправляло острозубые чешуйчатые крылья. Дракон в столовой колоссальных размеров просто не помещался – и он ломал стены, рогатой головой рушил потолок. Сверху на него летели кирпичи и штукатурка, но вряд ли он вообще замечал такие удары.

Парализованная зрелищем, я смогла сообразить и другое – мне уже не сбежать: если двинусь в сторону, то как раз там мгновение назад в пол вонзилось крыло. Данна снова заголосила, но уже издали:

– Отца! Срочно позовите ректора! Я не смогу его задержать! Он сейчас ее уничтожит, а потом тех, кто его не остановил – то есть всех!

Не знаю, слышал ли ее кто-нибудь, но и оттуда я ощутила ту же волну – скорее всего, драконица решила хотя бы попытаться и тоже принимала боевую форму. Желающих посмотреть на двух обращенных эйров вблизи не осталось.

Сат двинулся на меня, замораживая огромными черными глазами. В бок ему ударила струя огня, немного отвлекая. Он резко двинул шеей и тоже выпустил струю. Из-за дыма я даже не могла разглядеть, пострадала ли Данна. Но сама она ему была неинтересна, потому он снова воззрился на меня. Я в человеческом облике такой же столб пламени пережить не способна, потому сложила руки на груди в немой мольбе небесным духам о спасении.

Вот вам и меры предосторожности, дорогие преподаватели! Знала бы я сейчас, как обратиться в дракона, получила бы возможность хоть что-то противопоставить этому жуткому монстру. Правда, в том случае от здания академии уже и щепки бы не осталось. Хотя не факт, что останется сейчас…

– Сат, Сат… – приговаривала я. – Пожалуйста! Ты можешь меня слышать?

Слезы страха сами потекли по щекам, когда он разинул пасть, а грудь его расширилась – я знала, что последует за этим глубоким вдохом.

– Сат! Прошу, остановись… Про жениха я придумала… А Карин и Орин меня не хотели трогать – они хотели меня только спасти…

Дракон двинул голову ко мне, но замер в миллиметре от моего лица. Я, зажмурившись, чувствовала невыносимый жар на щеке. Пресвятые кикиморы, зачем природа вообще создала таких чудищ, для которых любая внешняя сила – пустой пшик? Им ведь нельзя жить среди обычных людей – им только по пещерам сокровища охранять!

Ожог на лице рос и доставлял невыносимую боль, хотя голова дракона меня все еще не касалась. Я чувствовала, что ресницы и бровь с одной стороны уже сгорели, но теперь начало чудиться, что и кожа со щеки сползает. Не в силах терпеть, я вскинула руку и коснулась раскаленной чешуи, словно собиралась отодвинуть от себя. Странно, но это помогало – Сат, повинуясь моему движению, чуть отпрянул. Трогать его голой рукой тоже было больно – все равно что раскаленные жернова гладить. И не сразу я сообразила, чем могу себе помочь. Прошептала заклинание, «одела» ладонь тоже в чешую – жар мгновенно перестал ощущаться так сильно. Превозмогая боль, я все еще пыталась прорваться к его разуму:

– Сат, остынь. Это ведь я! Странная и интересная. Если ты меня убьешь, то меня больше не будет. Сколько я всего учудила… а сколько еще могу учудить…

Возможно, слова все-таки достигли цели, или Сат смог взять себя в руки. Черная туша вдруг отшатнулась – я это видела только одним распахнувшимся глазом, второй так и не открылся, изувеченный ожогом. Дракон будто вытянулся вверх и начал сжиматься, постепенно светлея. Тело вновь становилось человеческим – обнаженным, небольшим в сравнении. Я не видела конца трансформации – без сил осела на пол и завыла от боли, ведь теперь могла себе это позволить.

Через полминуты вокруг начали раздаваться голоса, что подсказывало – жизнь все-таки продолжается, мой мир не потух и наводняется какими-то событиями. Из всех я сразу вычленила веселый голос ректора:

– Чего стоим? Тушите очаги, нам тут еще пожара не хватало! – он осмотрелся вокруг, наблюдая за тем, как на его глазах окончательно разваливается стойка, отделявшая поваров от студентов. – Ничего себе поужинали, скажу я вам. Ну, вы так и собираетесь трястись? Пострадавших в лазарет, Реокку – туда же. Кто-нибудь принесите одежду Сату, он скоро очнется. А за ущерб кто будет платить, дорогой племянничек? Данна, это ты свою часть столовой поломала? Вы сговорились, что ли, устроить всем выходные? Так чего же сразу всю академию не снесли? Я бы тогда на пенсию вышел…