Тальяна Орлова – Академия нечисти (страница 8)

– И тебе доброе утро, Янош! Не мог бы ты меня отпустить?

Но он, напротив, наклонился к моей шее и лизнул. Лизнул! По рукам побежали мурашки отвращения, однако я все еще пыталась держать себя в руках:

– Янош, будь так любезен…

Но инкуб вдруг резко развернул меня к себе и прошептал в самое ухо:

– Ты какая-то напряженная, Тиалла. Хочешь, помогу расслабиться?

– Не особенно, – буркнула я, безуспешно пытаясь вырваться из его объятий.

Но Янош подул мне на висок – тонкая холодная струйка едва ощущалась, но что-то во мне внезапно изменилось: дыхание стало быстрее, щеки начали гореть. И уже через несколько секунд мне захотелось не освободиться от него, а наоборот, обнять в ответ, коснуться пальцами его кожи…

Встрепенулась от осознания и дернулась. Это же печально известное воздействие их демонского племени! Они способны вызывать желание независимо от воли жертвы. К счастью, Янош тотчас меня отпустил и со смехом бросил напоследок:

– Надеюсь, ты готова к посвящению? Могу обещать только одно – будет жарко.

Я почти целую минуту стояла на месте и пыталась обуздать волнение. Неподалеку за столиком расположилась компания оборотней, но они смотрели на меня без осуждения за слабость, а скорее с интересом. С непонятным ожиданием. Интересно, а что я обязана сделать как истинная пара их альфы в такой момент? Догнать инкуба и повторить? Или провопить ему в спину все известные ругательства? Само собой, я не собиралась оправдывать любые их надежды.

Развернулась на каблуках и уверенно направилась к столику, где разместились мои вчерашние знакомцы – Мирк и Мирна. Раз уж мне тут все враги, то они пока проигрывают остальным в этом деле. И Мирк, явно бывший свидетелем недавней сцены, начал без предисловий:

– Тиалла, у инкубов сущность такая. Нет ничего позорного в том, чтобы поддаться ей. Проведи с Яношом пару ночей, сделай себе приятное и повзрослей. Потому что твое смущение сейчас ножом можно резать. Зачем так старательно выпячивать свою девственность?

После этих слов я покраснела еще сильнее. Но подняла подбородок и ответила уверенно:

– Так говоришь, будто в этом есть что-то стыдное.

Мирна легко рассмеялась:

– И без инкубов опасностей хватает. Ладно, Тиалла, удачи тебе в нелегком деле оставаться здесь последним образцом нравственности!

Они уже закончили завтрак и как будто собирались уходить, потому я поспешно спросила:

– Подождите! А вы ничего не слыхали о каком-то посвящении?

Колдуны переглянулись и пожали плечами. Вряд ли притворялись – скорее, впервые слышали. Мирк заметил:

– Если речь о посвящении первогодок, то оно прошло в первую неделю после начала семестра. Веселый прием, ничего страшного, зато помогает сдружиться и перезнакомиться. Но никто не станет организовывать столь масштабное мероприятие ради тебя одной.

А вот я такой же уверенности не ощущала. Янош и Нора независимо друг от друга упомянули посвящение! Может, кому-нибудь пришла в голову мысль «посвятить» и меня, что бы это ни означало?

Анаэль перед первым занятием на мой вопрос тоже ответить не смог, но подкинул новую пищу для размышлений:

– Дикарская традиция! Старшекурсники бессовестно издеваются над первогодками! Унижают, топчут их достоинство и смеются над этим!

– О, – я мгновенно испугалась. – И чего же мне стоит ждать?

Эльф приложил наманикюренный пальчик к идеальным губам и всхлипнул:

– Откуда же я знаю, чего ждать тебе? Эти дикари не настолько просты! Они для каждого выбирают такое, что унизит его сильнее прочего!

Я поинтересовалась с придыханием:

– Что же они сделали тебе?

Светло-серые глаза увлажнились, и это нисколько не обнадеживало. Потому я не сразу поняла смысл его слов:

– Нарисовали на меня… карикатуру! И заперли в одной комнате с этой жуткой отрыжкой какой-то бездарности. Целый час… целый час я был вынужден смотреть на свой изуродованный рисунком нос, на волосы сероватого отлива, словно грязью обрамляющие мое лицо!

– Э-э… – я растерялась, когда до меня дошло. – И это самое жестокое издевательство, какому тебя подвергли?

– Говоришь так, будто этого мало!

Спорить я не стала, но на душе полегчало. Жаль, что я не эльф, если это и есть самая слабая их сторона. Преспокойно переживу и сто тысяч карикатур на себя, даже бровью не поведу! Но ведь в этом и есть смысл… На меня не будут рисовать карикатуры, поскольку меня подобное не заденет. Тогда что? В чем моя очевидная слабость? Настроение снова испортилось.

Профессор Наинниллидан, едва только вошел в аудиторию, устремил взгляд своих прекрасных очей на вашу покорную слугу. И все студенты группы мгновенно последовали его примеру, заставив меня съежиться от переизбытка внимания.

– Дорогая Тиалла! – его мягкий голос лился как песня. – Начнем с тебя, чтобы сразу вовлечь в учебный процесс.

Анаэль пихнул меня в бок, подсказывая, что нужно встать. Я повиновалась, слушая мелодичную речь преподавателя:

– Как тебе живется, дорогая, в стенах нашей замечательной академии?

– Все хорошо, – выдавила я и заставила себя повторить громче: – Все хорошо, профессор. Благодарю за заботу.

– Великолепно! – непонятно чему обрадовался он. – А чтобы тебе не только хорошо жилось, но и хорошо училось, предлагаю вкратце вспомнить вчерашний материал. Не волнуйся, милая, в этом нет ничего сложного! Напомни мне и всем присутствующим, – он с невероятным изяществом махнул рукой в неопределенном направлении, – для чего используются листья алханова древа.

У меня горло от перенапряжения сжалось – вот и мой бенефис. Спектакль одного актера. Напомнила себе о собственной стратегии и мысленно дала себе пинка, чтобы ни в коем случае не струсить в последний момент.

– Профессор! – добавила в тон уверенности. – А разве ректор Шолле не приказал вам не давить на меня с самого начала?

– Приказал? – пожилой эльф растерялся от напора. – Давить? В чем же давление, милая Тиалла? Или вчерашняя лекция вызвала у тебя затруднения в понимании?

– Не вызвала, – я подняла голову еще выше. – Листья мурланова древа используются… используются…

– Алханова! – визгливо поправил преподаватель. А нервишки-то у него шалят. – Так для чего используются листья алханова древа, Тиалла?

Я предположила теперь неуверенно:

– Для поиска кладов? Нет? Честное слово, я учила! Сейчас, сейчас, на языке вертится… А, для заклинания точности! Снова нет? Профессор, вы зачем так сильно бледнеете? Вспомнила! Для отворотного зелья!

Создалось ощущение, что преподаватель вот-вот упадет. Слишком близко к сердцу он принимает мои ошибки. И голос его прозвучал слабо:

– Отворотного зелья? Но какое отношение такая магия имеет к природной? Это же черное колдовство…

Я развела руками:

– А вот на этот вопрос я ответить не могу – вы вчера о подобном не рассказывали.

– Не рассказывал! Но чтобы ляпнуть подобное, надо вообще ни одной книги не открыть! За всю жизнь!

– Простите, профессор, но если вы станете на меня так давить, то я буду соображать еще медленнее. От волнения.

Профессор Наинниллидан успешно взял себя в руки и вернулся к роли самого приветливого существа в мире:

– Присаживайся, Тиалла. Верю в то, что отныне ты будешь внимательнее. А если у тебя возникнут вопросы, то смело обращайся ко мне сразу после лекции!

Одноклассники не смеялись, чего я ожидала. Моя дурость в их глазах не была достойна даже смеха. Анаэль втянул шею, подхватил свои вещи и тихонько пересел за другой стол. Не перегнула ли я палку? Невольно вздохнула. Если повезет, то через несколько подобных выступлений весь профессорско-преподавательский состав будет умолять господина Шолле отпустить меня домой, их здоровья ради.

Теперь я демонстративно ничего не записывала, а разглядывала в окне башенки на соседнем здании. В одинаковом русле прошли «Растительная магия», «Биология мелких тварей», «Стихиелогия» и «Основы ухода за кожей лица». На последнем уроке не хихикала, хотя порыв такой был. Но ведь я не собиралась портить отношения с учащимися, а эльфам по этой дисциплине еще и экзамен сдавать! А потом не сдержалась и записала парочку рецептов увлажняющих масок, на будущее пригодится.

В обед с Норой нормально поговорить не удалось. Точнее, я подошла к ней, преданно заглянула глаза и жалобно попросила:

– Расскажи, что ты знаешь о посвящении. Иначе я сойду с ума от предположений.

– Сказала бы, конечно, – она делала вид, что очень увлечена разглядыванием стены. – Если бы мы были подругами.

– Так мы и есть подруги, – отважно соврала я. – А моя кровь – это уже выходит за рамки дружбы!

– А мне кажется, ты меня просто используешь, – раздражающе медленно протянула она.

– Расскажи, – попросила снова. – Будь… вампиром.

– Рассказала бы, если бы сама знала подробности, – удивила она.

– Так ты ничего не знаешь? Но…

– Знаю только, что в этом замешан целый факультет с третьего курса. Я случайно разговор подслушала.