Талех Аббасов – Ардан. Войско света. Книга 2 (страница 64)
Взяв кольцо, я надел его на средний палец правой руки. И тут же сапфир, алмаз и изумруд загорелись красным — подстать рубину. Пьедестал со скрежетом задвинулся обратно. Пол под ногами дрогнул, загудела вся пещера, осыпаясь многовековой пылью, стали раздвигаться плиты потолка. В пещеру ринулся солнечный свет. Пол начал подъём.
— У нас нет времени всё тебе объяснять. Дорог каждый миг, Райсэн, — произнесла Агисиран. — Мы разрушим барьер хаоса, закрывающий юг материка, и полетим на помощь к Зирани.
— На все вопросы тебе ответит отец, — добавил Доршат.
— Мы будем ждать вас на поле брани, — заключил Вилато. — Возвращайтесь с подмогой.
Драконы взмахнули крыльями и взвились в небеса. Оставшаяся Ниририн посмотрела в сторону моих друзей, а затем, низко нагнув голову, уставилась на меня глазами, так похожими на кристаллы льда.
— Береги Мияру, — произнесла драконша и устремилась вслед за остальными дженами.
Беречь Мию? Могла бы и не говорить! Или она это неспроста сказала? Явно неспроста.
Подошли друзья. В их глазах горела решимость действовать. Всё было понятно и без слов. Пора отправляться в Эвеонер, и плевать на угрозы Иртамиена!
Отец стоял в нескольких шагах от нас, смотрел на меня и по-доброму и улыбался.
— Нам пора, — подойдя к нему, произнёс я.
— Решил попрощаться? — старый галламир ухмыльнулся. — Хочешь отправиться в мир Света без проводника?
— Ты ведь отступник, — сказал я и, глядя в его удивлённые глаза, попытался оправдаться. — Так сказал Иртамиен! Проберёшься туда, и тебя тут же найдут!
— Меня и так скоро найдут. Как только драконы разрушат барьер хаоса, меня заметят наблюдатели с Эвеонера. Не сразу, но заметят. Что же касается запрета: да, я его нарушил, — отец улыбнулся и погладил меня по татуированной щеке сухой морщинистой, но в то же время тёплой ладонью. — Но без этого, сын, ты никогда бы не родился…
Что-то гулко хлопнуло в небе, и вскоре на землю полил золотой дождь.
— Ну вот, — Грайд кивнул. — Драконы пробились сквозь барьер. У нас немного времени, чтобы я смог ответить на твои вопросы прежде, чем мы отправимся в Эвеонер. Там будет не до разговоров. Предвещая первый вопрос, сразу скажу: дети от связи анарена и даркана всегда рождались мёртвыми, а сами родители становились слишком зависимы друг от друга. Поэтому и запретили подобные связи. Мы с Нирай… — отец на мгновение замолчал, выжидающе посмотрев на меня. В его глазах я увидел боль. Он понял, что я знаю, о ком идёт речь, вздохнул и продолжил, — наплевали на запрет. В нашем союзе слилась Тьма, Свет и Стихия. Так ты и был зачат. Но ты сильно нас удивил своим нежеланием рождаться. Будто знал, что, явившись на свет незавершённым, погибнешь. Дети дарканов рождаются спустя семь эниров. Ты продержался под сердцем матери восемь и родился, когда в тебе появился Хаос — последний элемент, позволивший тебе жить.
Но гэрнит молчал.
Теперь я лучше понимаю Адари. Не потому ли она не ответила взаимностью, боясь, что наше дитя родится мёртвым? Раз так, это грозит мне, Зирани и Мие! Надеюсь, они не зачали от меня.
— Не спрашивай, как в тебе появился Хаос. Я не знаю. Но тебя тут же после рождения пришлось отправить в мир людей. Лайдана уже была порабощена Гэргэрэтом, поэтому мы не могли… с твоей матерью рисковать.
Я не стал говорить, что мама погибла. Уверен, он знает, — это видно и по взгляду, и по дрожащему голосу каждый раз, когда отец вспоминает о ней. Так что ни к чему лишний раз теребить старые душевные раны…
— Я вернулся в Эвеонер, — продолжил старый галламир, — когда убедился, что Адари сдержала слово и передала тебя хранителям. Пришлось рассказать всё Императору. И о том, что дарканы более нам не союзники. Меня заключили под стражу. Тинариен и Элириен помогли мне сбежать. И я скрылся здесь — в единственном месте, не доступном взору Пресветлого Сэн-Диармена. Но заплатил за это сполна.
О том, что Адари теперь тоже порабощена Хаосом, я также решил умолчать. Кто знает, какие узы связывали или до сих пор связывают её и отца?
— Галламиры, как и кадирры, дарканы и анарены живут две, две с половиной, а то и три тысячи лет. Но здесь, под куполом Хаоса, я старел в разы быстрее. Мне уже тысяча девятьсот с лишним лет, и я почти догнал по возрасту анарена, давшего мне жизнь. Хотя двадцать семь лет назад по твоим меркам, сын, мне было всего девять сотен с лишним, и выглядел я не старше тебя.
Вот это да! А я ещё думал, что на мою долю выпали ужасные мучения и страдания. Отцу пришлось не в пример хуже! Потерять любимую, жить в одиночестве здесь, зная, что время безвозвратно уходит, не иметь возможности воспитывать сына и при этом лелеять надежду, что я когда-нибудь смогу сюда прорваться… Какой же я болван!
— Драконы подарили тебе кольцо стихий. Это ценный дар. Как ты видишь, все четыре камня на нём налились рубиновым цветом. Это значит, что тебе уже доступна четвёртая ступень силы стихии огня. Но! Если станешь пользоваться даром кольца, то временно не сможешь использовать ваирагию тьмы, света и хаоса. Помни об этом. А теперь покажи мне подарок… своей матери…
Я достал из-за пояса Агихар, спрятанную под жилетом. Чёрный клинок косы блеснул в свете Хелата и Садата. Отец бережно взял оружие… странно, оно не стало сопротивляться, как в случае с Шаан.
— Какое имя ты ей дал?
— Агихар.
Отец многозначно усмехнулся.
— Что ж, для ваирага огня имя подходящее. Но!
Вновь это высокое с восклицанием «но». Не томи уже! Я понял, что с подарком матери не всё так просто.
— Это Райриен — Коса Тьмы — божественный артефакт Райшенис. Не смотри такими глазами, сын. Хорошо, что ты этого не знал, и всё это время оружие спало. Тебе всё равно было бы рано им пользоваться. Даже сейчас всё ещё рано. В пробуждённом состоянии она даёт невообразимую мощь ваирагии тьмы. Но! Будет пить твою силу. Если ты слаб, Коса Тьмы может убить тебя. Поэтому будь осторожен. И не вздумай её пробуждать…
Знать бы ещё, как её пробудить. Но послушаюсь отца. Бой против Фая, когда коса чуть не пробудилась, многому меня научил.
Гад и Стерва спелись окончательно. Риданис! О чём они думают?
А сам, закрывшись ото всех, подумал, что, если придётся, пойду и на этот шаг.
— И, наконец, тебе предстоит завладеть Сэнлиром — Копьём Света, — продолжил отец. — Как ты уже понял, божественным артефактом Сэнасера. Только завладев им, ты сможешь склонить на свою сторону Войско Света. А до тех пор твоё слово против слова Императора не будет значить ничего. Теперь мы можем отправляться.
— Как?
Отец достал из спрятанного под полами балахона кошеля кристалл сэндира и, к моему удивлению, протянул Мияре.
— Возьми, девочка.
Мия дрожащей рукой взяла камень.
— Мне нельзя открывать врата в Эвеонер. Мой портал тут же почувствуют, и нас встретят во всеоружии. Но твою ауру наблюдатели не сразу примут за ауру нарушителя. Сосредоточься на внутреннем свете и дай ему волю найти путь домой.
— Хорошо, мастер… Грайд, — запинаясь, произнесла Мия и, закрыв глаза, добавила. — Я попытаюсь.
Мия не открыла портал — она перенесла нас в мир анаренов! Мы оказались не готовы к подобному. Ибо в глаза ударил свет. Мы зажмурились. Яркое, нестерпимое для человеческих глаз сияние заполняло собой всё и словно пыталось прожечь нам веки.
— Просто используйте зрение света, — усмехнувшись, произнёс Грайд. — Вы же потомки анаренов, так что должны уметь.
Быстрее всех справилась Мия.
Мы стояли на широком, ограждённом по краям резной (похоже, сделанной из мрамора) балюстрадой белокаменном мосту. Под ним искрящейся лентой, извиваясь змеёй, тянулась вдаль река. Она пронизывала город. Таких огромных городов я не мог и представить! Но зачем представлять? Вот он. Простирается до самого горизонта, сотни башен возвышаются над многочисленными низкими постройками до облаков. И никаких крепостных стен! И всё это сияет, искрится многообразием оттенков. Слева да справа белое небо загромождают бурлящие океаны золотого и голубого огня! Не соврал Талгас. Эвеонер действительно расположен между Хелатом и Садатом! Тут нет теней! Да и откуда им быть, если со всех сторон льётся свет?
Раскрыв крылья и парус, к нам приближался… корабль! Величественный, сияющий, как и всё в этом невероятном мире, он летел… плыл по воздуху!
— А вот и подмога, — произнёс отец и улыбнулся.
Сложив крылья, корабль замер у края моста. С широкой палубы нам махнула рукой Тинариен.
— Идите, — произнёс Грайд.
— А ты? — я повернулся к нему.
— Я остаюсь. Тинариен доставит вас до святилища Сэнасера, а дальше всё будет зависеть от вас.
— Но почему ты не идёшь с нами?
— Сын, я отступник. Забыл? — он ободряюще улыбнулся. — Скоро меня заметят и начнут охоту. Я отвлеку их, чтобы вы беспрепятственно добрались до цели. Но не расслабляйся. Тебе придётся сразиться с хранителем копья. Только тебе. Один на один. Идите.