Талбот Мэнди – Орудие богов (страница 33)
– Об убийстве Макхума Дасса, разумеется, вскоре стало известно полиции, – вставил Норвуд. – Но без приказа мы не можем предпринимать ничего по ту сторону реки. Почему мистер Блейн не подал жалобу нам?
– Потому что я просил его этого не делать, – объяснил Сэмсон. – Тут мы оказываемся замешаны в политическое дело.
– Будь проклята полиция! – простонал Уиллоуби де Уинг.
– Если возможно доказать, что Гангадхара убил Макхума Дасса или послужил инициатором его убийства, я бы сказал – арестуйте его, пытайте, повесьте! – высказался Тоуфем. – Будь они прокляты, эти туземные князьки, которые берут закон в собственные руки!
– Я бы предложил – давайте докажем обвинение, если сможем, – сказал Сэмсон, – и используем доказательство как аргумент для отставки Гангадхары. Нет нужды его вешать. Если бы он убил принцессу или какого-нибудь англичанина, мы были бы обязаны принять экстренные меры, но, как говорит де Уинг, Макхум Дасс был личностью нежелательной. Если бы мы повесили Гангадхару, нам бы почти точно пришлось возвести на трон одного из его сыновей. Если же он отречется, мы можем поступать по своему усмотрению. Думаю, я смогу вынудить его отречься – если Норвуд знает, как добыть секретное свидетельство об этом убийстве – секретное, вы понимаете меня, Норвуд?
– Кто ему наследует в этом случае? – спросил Росс, офицер медицинской службы.
– Я буду рекомендовать Ютирупу Сингха, – ответил Сэмсон.
– Ютирупа – один из тех, кто заставляет меня считать, что племя раджпутов еще не выродилось!
– Он хороший спортсмен, – вставил Тоу-фем. – В поло хороший игрок.
– Платит проигрыши в пари, как джентльмен, – добавил полковник Уиллоуби де Уинг.
– Я убежден, – завершил сэр Хукам Баннерджи, дабы что-то сказать, – что Ютирупу Сингха примут и сами раджпуты, им Гангадхара давно поперек горла. Но Ютирупа не женат. И тут много возможностей для интриг и ошибок.
– Черт! – воскликнул Уиллоуби де Уинг, роняя свой монокль. – Какой удобный случай женить его на этой принцессе, – как ее там, – ну, вы знаете, о ком я. Ну, она еще переодевается в мужское платье, танцует, как дьявол, и все такое.
– Боже упаси! – засмеялся Сэмсон. – Эта юная особа и без трона причиняет достаточно неприятностей! Я подозреваю ее в определенных опасных намерениях относительно другой линии, связанной с сиалпурским троном. Но я знаю, как оставить ее ни с чем и остановить ее игру. Я намерен рекомендовать – и это уже вторично! – послать ее в Европу для получения хорошего образования! Но мы все согласились относительно того, что предпринять с Гангадхарой?
Все присутствующие кивнули.
– Тогда, как я понимаю, нет никакой спешки. Норвуду нужно время, чтобы собрать доказательства; мне нужны факты, а не сплетни, чтобы расправиться с Гангадхарой. Я отправлю телеграмму верховному начальству со всеми нашими рекомендациями, и… что бы вы сказали насчет того, чтобы послать за батареей-другой?
– Отлично! – обрадовался полковник Уиллоуби де Уинг. – Я в политике ничего не смыслю, кроме того, что нет ничего лучше пушек, чтобы напугать туземца и убедить его в том, что игра окончена! Кто прибудет с пушками? Коберн, так? Он мой подчиненный. Да, прекрасная мысль. Просите, по крайней мере, две батареи.
– И скажу, чтобы поспешили, – кивнул Сэмсон. – Здесь будет жарко!
– Вот черт! – вспомнил Тоуфем. – Они прибудут как раз к началу игры в поло!
– Кстати, о поло. Кто капитан другой стороны? Это известно? – поинтересовался де Уинг.
– Ютирупа, – ответил Тоуфем. – Без сомнения. А наш капитан Коллинз, да еще с нами Латам и Картрайт, кроме меня. Мы устроим ему игру его жизни!
– Это решает важную проблему, – обрадовался Сэмсон. – Матч в поло – а после него как раз и придет время потолковать с Ютирупой… Если до тех пор мы притихнем, – мы все, я разумею, – не появится никакого шанса для кота прыгнуть до того, как государственный департамент дернет за веревочку. Объяснения после, и чем меньше, тем лучше! А теперь – все выпейте!
За занавеской, во внешнем офисе, Сита Рам вернул дощечку на место и поспешно уселся записывать, пока подробности не испарились из его памяти. Через десять минут, когда совещание закончилось, он попросил разрешения отлучиться на часок-другой. Объяснил, что ему надо заплатить долг человеку по ту сторону реки, у которого больна жена.
Через полтора часа по наручным часам Ситы Рама Исмаил, привратник, в настоящее время не имеющий работы, рысью отправился на верблюде к границе с письмом в кармане, адресованном торговцу, и с десятью рупиями в пользу полиции пустыни. В складках его тюрбана было спрятано письмо к Ясмини с подробным отчетом Ситы Рама обо всем, что произошло на секретном совещании.
Глава 18
Тем временем Гангадхара не бездействовал (не без помощи своих соглядатаев, которые намекали ему туманно, что в английском лагере готовятся для него неприятности). Письмо, которого он ждал от племени махсуди, до него не дошло. Именно это письмо он собирался показать Сэмсону в доказательство коварства махсуди и своей лояльности; но теперь опасался, что оно попало в руки секретной службы, и тогда ему пришлось бы тяжко. Очиститься от подозрений было бы нелегко.
А тут еще убийство Макхума Дасса. Теперь у него имеется тайна сокровищницы – направление, в каком следует искать, и карта! Он подозревал, что все это изготовлено каким-нибудь брамином или бывшим слугой раджи в надежде получить шанс на предательство, и было припрятано Дженгалом Сингхом с той же целью. Дженгал Сингх сделал на полях свои пометки. Документ подлинный. Но хуже всего, что Патали теперь о нем знает и что этот идиот Блейн пожаловался Сэмсону на взлом после того, как в его погреб проник ростовщик. Почему же он не пришел к нему, Гангадхаре? А теперь повсюду рыщут шпионы Сэмсона, и одни только боги знают, что они могут отыскать. Убийца благополучно скрылся от греха подальше – возможно, он сейчас в Дели или по пути туда; но этот сующийся во все осел Норвуд может спохватиться. Если убийцу поймают и он сознается, как делают иной раз наемные убийцы, – понадобится куча лжи – и денег, – чтобы оправдаться.
Может открыться, что Гангадхара сам должен ростовщику огромную сумму денег. Деньги, соединенные с мозгами, могут совершить практически всё. В Дели, Калькутте и Бомбее полно ловких адвокатов. Главное – ему следует поторопиться. Он не решался доверить свою тайну никому, кроме Патали, которая выудила у него кое-что, а об остальном догадалась.
Гангадхара пришел к выводу, что единственный надежный для него человек – это Дик Блейн. Американец, кажется, одержим письменными контрактами и выполняет их до последней буковки. И прекрасно. Гангадхара подпишет с Диком Блейном еще один контракт, он сказал об этом Патали, и она согласилась, что Блейн самый надежный инструмент, какой можно использовать. Она уже видела себя, погрузившейся в сокровища по самые плечи.
– У американца мало друзей, – сказала она. – Он курит трубку, и теперь, когда, говорят, его жена уехала, еще меньше вероятности, что он будет с кем-нибудь болтать.
– Ему придется заплатить, – напомнил Гангадхара.
– Так будет из чего ему платить, – глаза Патали загорелись.
И Гангадхара, по-прежнему с перевязанным лицом, поехал в закрытом экипаже по ухабистой дороге к тоннелю, который Дик прорыл взрывами в холмах. Его экипаж не мог подобраться к тоннелю вплотную, потому что дорога не была достаточно широкой. Так что магараджа вылез и пошел пешком. Дик привык к его посещениям и наблюдениям за поисками и охотно объяснял, как обстоят дела.
Дик руководил работой по тщательному выпрямлению стены из скалы и бетона, и Гангадхаре на минуту показалось, что он недоволен появлением магараджи. Но тут же выражение лица Дика сделалось непроницаемым, и поди догадайся, доволен он или расстроен.
– Вы блокируете тоннель? – спросил магараджа.
– Жила исчезла, – объяснил Дик. – Скалы здесь ненадежные. Я укрепляю их на концах, чтобы они не свалились на нас, а потом попытаюсь отыскать окончание этой жилы.
– Вы близко к форту, – забеспокоился магараджа. – Бесполезно копать под фортом.
– А что вы предлагаете мне делать?
– Копать в другом месте.
– А как же расходы на эти работы?
– У меня есть причина на них плевать. Особая причина.
Лицо магараджи было скрыто повязкой, а свет из тоннеля проникал слабо. И он стоял спиной ко входу, так что американец вряд ли мог между словами прочесть что-то на его лице.
– Могу ли я… могу ли рассчитывать на ваше абсолютное молчание?
– Я болтаю, как попугай в той истории, – пошутил Дик.
– Вы… ммм… теперь немного знаете Сиалпур, мистер Блейн. Вы… ммм… понимаете, как легко… ммм… расходятся слухи. Эээ… мне хочется знать… сможете ли вы взять своих рабочих и… ммм… выполнить для меня небольшую работу в другом месте?
– В моем контракте говорится… – начал Дик.
– Конечно, за некоторую компенсацию, – заверил Гангадхара.
– Ну, так каково предложение?