Талбот Мэнди – Орудие богов (страница 18)
– Я не знаю, каковы кастовые ограничения, но я положила мясное желе, хлеб, рис, орехи, молоко, вино и сахар.
Ясмини засмеялась:
– Я настолько западный человек, насколько мне хочется, я только притворяюсь, будто касты для меня что-то значат. Мои служанки поступают так же – или ищут другую хозяйку. Давайте!
Хасамурти устроила бы пир прямо на полу, но Ясмини повела всех вверх по лестнице, держа Тесс за руку, на площадке она повернула направо, в комнату, выкрашенную кремовым и золотым, освещенную висячими лампами; свет проходил сквозь цветные стеклянные диски. Здесь она подтолкнула Тесс, чтобы та села на мягкий диван, и все они ели вместе.
– Теперь нам всем надо поспать, – объявила Ясмини, зевая. – Там, снаружи, люди могут вас подождать!
– Господь с вами, дитя! Вы что, считаете, что я пробуду тут неопределенное время? Я должна выйти через час, иначе мой муж перебьет стражу и ворвется силой!
– Скоро и у меня будет такой же муж, – объявила Ясмини. – Если я только слово скажу, он перережет глотки тридцати мужчинам и проберется ко мне сквозь пламя! Испытаем же вашего мужа, – предложила она со смехом, чуть подумав, но заметила выражение лица Тесс. – Я тоже буду осторожна, если придется заставлять моего мужа рисковать! Кроме того, сейчас нам не до шуток – я должна бежать!
Очевидно, Тесс доставляла ей изысканное развлечение. Мысль, что ей придется участвовать в приключении, до самой глубины потрясала здравый смысл, присущий янки.
– Какая чушь, дитя! Дайте мне пойти к эмиссару и предупредить его, что вас здесь морят голодом. Пригрожу ему публичным скандалом, если он сейчас же не положит этому конец.
– Фу-у! – засмеялась Ясмини. – Сэмсон сагиб будет слишком неуклюжим соучастником! Он отправит меня в Калькутту, а там меня непременно отравят, потому что Гангадхара пошлет туда своих людей. Они будут месяцами ждать удобного случая, а я ведь не могу вечно не спать. Тем временем Сэмсон сагиб потребует одобрения своих властей, и к его имени добавят какие-нибудь инициалы и назначат его в более крупную область, где платят больше. Нет уж! Когда я стану магарани, Сэмсону сагибу не будет места в Сиалпуре!
– А разве не вы мне говорили, что у Гангадхары множество детей и все они стоят между вами и троном? Неужели вы хотите сказать…
Новый смех, подобный звону колокольчиков, показал, как принцессу забавляет растерянность Тесс.
– Нет, я никого не убью. Даже не пошлю Гангадхаре змей в корзине. Этот скорпион сам себя до смерти ужалит, когда кругом все будут смеяться над ним, и он не найдет ни одного друга, который утешил бы его, и никакой надежды, только страх и ярость! Я никого не стану убивать. И все-таки буду магарани в течение месяца.
Ясмини внезапно сделалась серьезной, ее лицо потемнело, как небо, когда туча закрывает солнце.
– Каков контракт вашего мужа с Гангадхарой? Он может копать повсюду в поисках золота? Он ведь сейчас ведет раскопки вблизи британского форта на «островке» нашей территории, правда? Флаг виден с крыши Гангадхары, да? Он только время теряет.
– Он нашел небольшую золотую жилу, – сказала Тесс, – и она скорее всего приведет к большой.
– Он теряет время! Сита Рам, у которого есть компас, дал мне знать, что эта маленькая жила ведет прямо на север. Через неделю ваш муж с его раскопками окажется под фортом. Это английская территория. Англичане не имеют отношения к контракту Гангадхары. Они заберут золото, которое найдет ваш муж, и не выплатят ему ничего. А тогда Сэмсона сагиба посчитают очень хорошим эмиссаром и дадут ему повышение. Ф-фу!
– Возможно, моему мужу удастся заключить сепаратный контракт с англичанами.
– Ф-фу! Сэмсон сагиб идиот, но не настолько, чтобы отдать то, что уже у него в руках! Ведь когда я пряталась под вашим окном, я сама слышала, как он вас предостерегал! Нет, надо, чтобы ваш муж имел право копать повсюду.
– Но, моя дорогая, Гангадхара уже знает, что мой муж нашел жилу. Он весь в нетерпении и каждый день приезжает, чтобы посмотреть, как продвигается дело.
– Конечно – он же знает не хуже меня, что эта жила ведет к форту. А потом он едет к брамину и молится, чтобы жила повернула в другую сторону и спасла его от банкротства! Я правду говорю! Говорю с вами, как женщина с женщиной, – чрево к чреву! Я буду считать себя проклятой, и пусть кобра меня ужалит, если я говорю вам хоть слово неправды! Вы мне верите? – Тесс кивнула. – Если ваш муж будет продолжать вести раскопки у форта, он не получит ничего, потому что все заберут англичане. В любом другом месте он получит целое состояние.
– Но, моя дорогая, предположим, это правда. Как ему убедить Гангадхару, что после всех затрат и хлопот это место надо оставить и копать где-то еще?
Ясмини откинулась на подушки, вытащила что-то из-под одной из них и мягко рассмеялась, как будто наслаждалась каким-то тайным знанием.
– Гангадхара сам будет на этом настаивать!
– На чем? На том, чтобы начать искать новое место?
Ясмини кивнула.
– Только сделайте, как я скажу, и Гангадхара станет настаивать на этом!
– Чего же вы от меня хотите?
Тесс снова встревожилась. Она знала до рупии, сколько магараджа должен заплатить за раскопки. Хоть в какой-то степени нести ответственность за то, чтобы оставить это месторождение, – слишком рискованно.
– Тому Трайпу уже велели провести обыск у вас в доме?
– Да, так он говорит.
– Вы знаете погреб в вашем доме?
– Да.
– Там темно. Вы боитесь туда спускаться?
– Нет. С чего бы мне бояться?
– В углу есть на полу такой плоский камень, где некогда было кольцо, но теперь оно сломано?
– Да.
– Прекрасно. Значит, Сита Рам мне не солгал. Возьмите это, – она протянула Тесс небольшой серебряный цилиндрик, запаянный с обоих концов и запечатанный воском. – Там внутри надпись на персидском. Спрячьте под тот камень, позвольте Тому Трайпу обшарить погреб и пусть он это найдет; но не разрешайте ему убирать находку оттуда.
– Если бы я только поняла, к чему вы ведете, – криво улыбнулась Тесс.
Здесь и более искусный интриган проиграл бы, поэтому Тесс колебалась между отказом и тем, чтобы отложить ответ, получив время посоветоваться с мужем. Ясмини снова откинулась на подушки, она лениво закурила сигарету.
– Моя ставка в этой игре, – произнесла она через минуту, – слишком велика, чтобы ею рисковать. Если вы боитесь, давайте забудем все, что я говорила. Останемся друзьями – и никем больше.
Тесс не ответила. Она думала о чудовищности Гангадхары, о его попытках устранить Ясмини, о его угрозе женщинам вообще, о его жестокости к животным на арене, о его порочности, о том, насколько царственней Гангадхары была бы эта девочка. Было достаточно соблазнительно протянуть руку помощи Ясмини, если бы это оказалось реальным.
Ясмини, кажется, прочла ее мысли – во всяком случае, угадала их.
– Когда я стану магарани, – сказала она, – придет конец свинствам Гангадхары. И даже больше: будут выполняться все обещания – и устные, и письменные. Обязательства Гангадхары по контракту будут выполнены. Вы мне верите?
– Да, кажется, этому я верю.
– Пусть Том Трайп найдет эту серебряную трубочку у вас в погребе. Но послушайте! Когда Гангадхара придет к вашему мужу и станет настаивать, чтобы перенести раскопки в другое место, пусть ваш муж с ним поторгуется. Пусть сначала откажется. Гангадхара может разрешить ему продолжать раскопки там же, а сам пошлет своих людей начать разработки в другом месте. Если так – отлично!
– Я предпочла бы такой вариант, – вздохнула Тесс. – Мой муж – инженер-геолог. Ему не захочется бросать настоящую жилу ради другого места.
В ярких глазах Ясмини блеснуло понимание. В те дни она еще только училась склонять других к своей царственной воле и использовать добродетели людей, как и их пороки, для своих целей. Она поняла необходимость отступить перед угрызениями совести Тесс, это было правильнее, чем подозревать Дика Блейна в том, что он сможет изменить свои намерения, чтобы угодить жене. И она поняла, как сделать свой план еще лучше, уступив Тесс.
– Решено, – согласилась она лениво. – Ваш муж будет продолжать копать возле форта, если ему так угодно. Но пусть он покажет Сэмсону сагибу некоторые образцы золота, даже маленькие. Это будет конец Гангадхары. А теперь – мне пора отсюда бежать, а вам – помочь мне в этом.
Тесс подчинилась необходимости. Какие бы ни были последствия, она не могла оставить Ясмини умирать от голода или быть отравленной.
– Я готова, – сказала она. – Что вы задумали?
– Служанок я оставлю здесь. Им хватит еды на утро. После того, как станет известно о моем побеге, Сэмсону сагибу дадут знать, что женщинам в этом дворце не дают иной пищи, кроме отравленной. Ему придется выступить против Гангадхары – или он потеряет свое положение среди англичан.
– Как же вы сбежите?
– Ну, это нетрудно. Ваш муж с Томом Трай-пом ждут с коляской. Моя роль проста. Проблема в том, как вам последовать за мной.
– Не понимаю.
– Мне надо переодеться в вашу одежду. В темноте я пройду мимо стражи и заставлю их поверить, что это вы.
– Тогда – как же быть мне?
– Вы должны слушаться меня. Мы со служанками сделаем из вас настоящего раджпута. Мне только следует научиться ходить так, как вы; пожалуйста, пройдитесь передо мной – вот так – я посмотрю, как вы ставите ноги и как двигаете плечами.