реклама
Бургер менюБургер меню

Такаббир – Трон Знания. Книга 1 (СИ) (страница 110)

18

Малика последовала за ним в холл, но Анатана и Крикса там уже не оказалось. В начале коридора, ведущего к залу Совета, встал караул. Грозный детина жестом приказал ей убраться.

Малика посмотрела на часы. Половина восьмого. Как же убить время? В библиотеку не пройдешь — она рядом с залом Совета. В сад не высунешься — туда выходят окна зала. На кухне не посидишь — насмешками изведут или вопросами замучают. Решив наведаться к Зульцу в гараж, Малика выскользнула из замка через служебный выход.

Ворота гаража закрыты, в окнах темно. Присев на скамейку, Малика привалилась спиной к шершавой стене и направила взгляд в темнеющее небо. Ветерок донес ее имя. Стоя возле обитой железом двери, две служанки размахивали руками. Она лениво махнула в ответ. Как только уйдешь, не предупредив Муна, так он сразу ее разыскивает.

Малика побрела к замку. Навстречу бежала одна из девушек.

— Прохлаждаешься? — прошипела она. — А мы с ног сбились.

— А что случилось?

— Тебя Гюст разыскивает.

— Зачем?

— Иди, спроси.

Малика прибавила шаг. Переступив порог небольшого вестибюля, столкнулась с секретарем Адэра.

— Бегом за мной, — приказал он и устремился по коридору.

— Да что случилось?

— Правитель назначил тебя секретарем Совета.

Малика остолбенела:

— Чего?

Гюст оглянулся:

— Быстрей! Потом будешь ворон считать.

Малика метнулась к переходу в хозяйственную пристройку.

— Куда? — рявкнул Гюст.

— Переодеться.

— С ума сошла? Давай за мной.

Малика бросилась вслед за секретарем, на бегу поправляя волосы, выбившиеся из узла на затылке.

В зале Совета горели все люстры, отражаясь в паркете и большом круглом столе. Из распахнутых окон были видны потемневшие кроны деревьев. Возле камина тихо переговаривались дворяне: преисполненные достоинства жесты; холеные лица и ухоженные руки; безупречные прически; дорогие костюмы; не менее дорогие сорочки и галстуки; сверкающие туфли и ботинки. Как же сильно они отличаются от тех, кто стоит сбоку двери. А там растерянно озирались вокруг себя командир стражей и распорядитель приисков.

Малика пошла вдоль стены в угол зала, к столику секретаря.

Гюст остановил ее:

— Стой с ними.

Малика присоединилась к Анатану и Криксу.

— Что-то похолодало, — промолвил Анатан и застегнул пиджак на все пуговицы.

— Жарко, — сказал Крикс и тыльной стороной ладони вытер лоб.

Малика ответила улыбкой на взгляды Яриса Ларе и Мави Безбура. Исподтишка посмотрела на других дворян. Волнуются. Оно и понятно. Возможность стать советником дается раз в жизни. А с таким правителем, как Адэр, усидеть за столом Совета будет не просто!

Малика прислушалась к себе. Полное спокойствие. Зачем изводить себя тревогами, если завтра ее и Муна уже не будет в замке?

— Здравствуй, Малика, — прозвучало за спиной.

— Добрый вечер, маркиз Бархат, — ответила она.

Вилар легонько сжал ее пальцы:

— Я скучал. — И направился к знати.

Караул распахнул высокие двери.

Раздался торжественный голос Гюста:

— Правитель Порубежья Адэр Карро.

Дворяне склонили головы. Анатан согнулся в низком поклоне. Крикс вытянулся по стойке «смирно». Малика присела. Неожиданно затряслись колени. Сердце ёкнуло и замерло.

В зал стремительно вошел правитель. В ярком свете заблестели золотые погоны, засверкали камни на коронах.

— Это же Яр… — пробормотал Анатан. — А я его в ущелье…

Адэр встал возле кресла из черного дерева с резной спинкой и подлокотниками из слоновой кости, обвел присутствующих взглядом:

— Рад видеть вас в добром здравии, господа! Не буду утомлять вас и себя нудными и долгими речами, а потому сразу приступлю к делу. — Подошел к креслу, приставленному к столу слева от кресла правителя. — Маркиз Вилар Бархат! Я назначаю вас советником по вопросам транспорта и связи.

Вилар приблизился к Адэру, опустился на колено:

— Предаюсь вам беззаветно, отдаюсь и покоряюсь сполна. — И занял место за спинкой указанного правителем кресла.

— Граф Ярис Ларе! — прозвенел голос Адэра. — Я назначаю вас советником по вопросам охраны здоровья.

Ларе поправил очки и прошествовал к правителю.

Советники друг за другом приносили клятвы и вытягивались за спинками кресел. Вскоре возле камина остался только Орэс Лаел. Маркиз светился от гордости.

Адэр подошел к следующему креслу:

— Крикс Силар! Я назначаю вас советником по правоохранительным вопросам.

Лица дворян вытянулись. Орэс скривил губы. Казалось, Крикс совсем не удивился. По-военному промаршировал к Адэру, принес клятву и занял место возле стола.

— Анатан Гравель! Я назначаю вас советником по вопросам разработок месторождений.

Анатан схватился за Малику:

— Я?

— Иди, Анатан, иди! — Малика легонько подтолкнула его.

Анатан дрожащим голосом произнес клятву и обеими руками вцепился в спинку кресла.

Малика смотрела на Лаела. Маркиз выпятил грудь и подался немного вперед.

— Маркиз Орэс Лаел! Я назначаю вас советником по международным вопросам.

Орэс побледнел. Пошатываясь, подошел к правителю, рухнул на колено, охрипшим голосом произнес клятву, еле поднялся, наткнулся на кресло и застыл. Малика с интересом наблюдала за ним, не понимая, почему его настроение так резко изменилось.

Адэр молчал. Был слышен размеренный стук часов, и более не пролетало ни звука. Малика почувствовала на себе тяжелый взгляд, ее охватил необъяснимый страх.

— Малика Латаль! Я назначаю вас старшим советником.

«Розыгрыш!» — мелькнула мысль. А внутренний голос приказал поднять подбородок, расправить плечи, с каменным лицом подойти к Адэру, с ровной спиной преклонить колено, твердо произнести клятву и гордо занять место по правую руку правителя.

***

Тишина окутала сад. Бездонное небо прижалось к земле. Грозди звезд искрились так близко, что чудилось — протяни руку и сможешь сорвать их, сжать в кулаке, и между пальцами заструится их сверкающий сок. Но это обман… Звезды далеко. Они недосягаемы в своем величии и мудрости. Смотрят вниз и потешаются над земной суетой.

Воздух тягуче-липкий. Каждый вздох давался с неимоверным трудом, не принося услады затуманенному сознанию. Сердце билось в груди подобно испуганной птице, угодившей в силки. Взмах крыльев — удар. Трепещущее тельце тянется к небу, но путы не пускают — сердце сжалось. Вновь взмах…