Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 5 (страница 101)

– Я вернулась, можно сказать, с того света, а вы даже не заметили. Совсем как Толан.

Адэр вытянулся. Как она может сравнивать его с каким-то принцем?

– Я видел тебя из окна кабинета. Ты шла по площади, держала Вилара за руку исветилась от счастья. Иштар не отставал от тебя ни на шаг, будто стал твоимручным псом.

– Я и правда была счастлива. Мне хотелось лечь и поцеловать землю, которая качалась у меня под ногами. Если бы не перепалка двух мужчин, я бы так исделала. – Повернувшись к морю спиной, Эйра посмотрела на лестницу, ведущую к бывшей резиденции. – Не хочу вспоминать.

Адэр обнял её сзади, прошептал на ухо:

– Давай забудем всё плохое.

Эйра прильнула щекой к его щеке:

– Уже забыла.

Войдя в замок, они оставили охрану в холле, покружили по коридорам и лестницами ступили в светлый зал. Эйра с растерянным видом замерла у порога, взирая накартины, прислонённые к стенам.

– Не ожидала? – спросил Адэр, расстёгивая пальто.

– Не ожидала.

– Хранилище оборудовали, когда ты уехала в Ракшаду. В этом зале собраны полотна времён правления Зервана. Ещё в двух залах работы ранних периодов. – Бросив пальто на стул, Адэр достал из кармана пиджака кольцо с двумя крупнымиизумрудами.

Эйра скомкала в кулаке конец шарфа:

– Где вы его взяли?

– В саду. Парень вырыл. На внутренней стороне ободка гравировка: плакучая ива. Такой же символ был на личной печати Зервана. – Адэр посмотрел на Эйру. – Ты в порядке?

Она стянула шарф с шеи:

– Жарко.

Адэр закрутил кольцо в пальцах:

– Хотел отдать на экспертизу, а потом решил убедиться, что оно принадлежалоЗервану. – Нахмурился, наблюдая, как Эйра пытается затолкать шарф в карман. – Ты точно в порядке?

– Говорю же: в порядке, – сказала она с непонятной злостью и подошла к картине сбоку двери.

Королевская чета в пурпурных одеяниях. Младенец, утопающий в ворохе кружев. На шёлковом одеяльце, прикрывающем ножки, вышита плакучая ива.

– Это он?

– Он.

Эйра прикоснулась к пальчикам ребёнка:

– Привет…

Адэр улыбнулся. Увидев эту картину впервые, он тоже прикоснулся к маленькой ладошке и сказал: «Ну, здравствуй, Зерван…»

– Знаешь, что символизирует плакучая ива?

– У ракшадов – горе, – ответила Эйра. – У ориентов – разлуку. У ветонов – терпение. У климов…

– Долговечность, – закончил фразу Адэр. – Ива продолжает цвести независимо оттого, сколько ветвей срезано у дерева. Ветви династии Грассов сhtзали, а ивацветёт.

Эйра отдёрнула руку от холста:

– У Зервана не было сына.

– Я имел в виду Грасс-дэ-мор. – Адэр указал на картины, установленные вдоль дальней стены. – Нам туда. Здесь его детство и юность.

Эйра шла неспешно, задерживаясь возле каждого полотна. Адэр её не торопил. Они сам как-то рассматривал холсты целый день, пытаясь проникнуться историей негостеприимной страны. Видел, как рос и мужал Зерван, а вместе с нимразвивался Грасс-дэ-мор. Потом наступил период, когда страна продолжалацвести, а Зерван преждевременно старел, словно его чем-то опаивали. Последняя картина потрясла Адэра до глубины души. На троне сидел человек с мёртвымвзглядом, с глубокими морщинами на лбу и с проседью в волосах. Зервану былосорок два. Всего сорок два года, а он уже выгорел изнутри.

После его исчезновения страна обнищала духом. Народ в мгновение окаперекочевал от верхней границы к нижней, от счастья к страданиям, будто Зерванзабрал с собой все человеческие чувства, все состояния души, расположенные между границами.

Чуть позже Адэр сопоставил жизнь Зервана, запечатлённую на картинах, с историей, написанной слепым летописцем, и ощутил фатальное родство, увидел чёрную нить, связующую его с последним потомком династии Грассов. Они обаполюбили плебеек, с которыми познакомились в одном и том же замке. Зерванженился на тикурской принцессе не по любви. Он тоже возьмёт в жёны дочь короля Партикурама. Неужели ему и Зервану предначертана одна судьба?

Середина тетради первого Святого Свидетеля ещё не расшифрована, нозаключительная часть истории ввергала в ужас. Каким образом возлюбленная Зервана оказалась в подземной тюрьме, где держали изменников родины? Она егопредала? Или Зерван не хотел, чтобы она принадлежала другому? Эйра егопредаст? Или он, чтобы не поддаваться соблазнам, запрячет её в такое место, кудакороли обычно не приходят?

– Нашли?

Вынырнув из раздумий, Адэр посмотрел на Эйру.

– Почему в глазах столько боли? – спросила она.

Адэр обнял её. Прильнув щекой к волосам, зажмурился:

– Я получил от Луанны приглашение на новогодний бал.

– Это хорошо. Вы давно не выходили в общество. Вам это надо.

– Со мной поедут советники и придворные. На балы такого уровня положеноявляться со свитой.

– И это хорошо. В замке будет тихо, как в старые добрые времена.

– Я отправил отцу Луанны список. Он вычеркнул одно имя.

– Я бы в любом случае не поехала.

– Я повёл себя как трус, когда объявил о помолвке. Надо было найти другой способ доказать Толану, что я не претендую на руку и сердце Леессы. Как-то по-другому убедить его возобновить строительство города развлечений. Но я струсил и пошёл по лёгкому пути. Теперь всё упирается в размер кресла. Если бы подо мной был трон Тезара, я бы разорвал помолвку в одностороннем порядке. Но как правитель отвергнутой страны, я связан по рукам.

– Всё будет так, как должно быть. Давайте искать кольцо, скоро стемнеет. – Эйравысвободилась из объятий и, повернувшись к картине, воскликнула: – Да вот же оно! Вы на него смотрели и не видели!

Адэр отклонил картину от стены, взглянул на дату, начертанную с изнанки. Пятый год правления Зервана.

Эйра пошла вперёд:

– И здесь кольцо, и здесь, и здесь…

Остановилась перед полотном, на котором была изображена свадьба. Зерван вёл невесту в танце и глядел в пол. На правой руке нет кольца: ни с изумрудами, ниобручального.

– Я плохо помню залы этого дворца, осматривал в спешке. И тридцать бальных залов тяжело запомнить, но это… – Адэр указал на подсвечник в виде трёхголовогогрифа. – Символ Партикурама. И карниз под потолком, и балкон… Это тронный зал… Бог мой… Как я раньше не заметил? Зерван приехал в Партикурам, и егоженили!

– Что значит – женили? – усмехнулась Эйра. – Он король.

– Короли сочетаются браком в своей стране.

– А где будет проходить ваша свадьба? В Грасс-дэ-море или Тезаре?

Ничего не ответив, Адэр двинулся дальше. Дойдя до последней картины, обернулся:

– Он носил кольцо два года. И потерял его в саду. Хотя я сомневаюсь, что онолежало в земле сотню лет. Парень просто сгрёб верхний слой.

– Спрячьте его и забудьте, – сказала Эйра, протягивая ему пальто. – У вас и без Зервана дел хватает.

Покинув зал, они направились к выходу из замка.

– Мы с Кангушаром искали на картинах хранителя власти. Хотели вычислить, кому Зерван доверил корону. Как там в пророчестве?

– «Хранитель власти расстаётся с венцом…» – сказала Эйра, шагая рядом. – Играслов и значений. Венец или корона символизирует духовное просветление, бессмертие, высшее достоинство.

– А трон символизирует власть и могущество. – Адэр замер на месте. – Мы не тамискали!

В сумерках лестницы казались выше, замки на площадях походили на гигантские могильные плиты. Добравшись до верхнего плато, Адэр задержался возле развалин фонтана, переводя дух после долгого подъёма. Было жарко, мысли охранителе власти будоражили и без того разгорячённую кровь, от чистого горноговоздуха кружилась голова.

– Кому из твоих людей можно доверять? – спросил Адэр, взирая на жемчужно-белый дворец Зервана, пронзивший золотыми шпилями серое небо.