Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 4 (страница 86)
Подойдя к Чари, Малика расстегнула зажим на её шее, сняла с неё чаруш и сделала шаг назад, чтобы рассмотреть женщину. Чари было от силы лет двадцать пять – почти ровесница Малики. Красивое шоколадное лицо, тоскливые, чуть навыкате кофейные глаза, маленький рот. Каштановые волосы были заплетены в косички так туго, что брови заняли неестественно приподнятое положение, будто женщина постоянно удивлялась.
– Она немая, но не глухая, – сказала Малика, разглядывая золотые серьги в ушах Чари. Красивые серьги: завитки, соединённые тончайшей сеткой.
– Ей отрезали язык.
Малика рывком повернулась к Альхаре:
– Как – отрезали?
– Когда-то я произнёс перед Хазирадом крамольную речь.
– Произнёс ты, а наказали её?
Сжав губы, Альхара кивнул.
– И что ты такого сказал?
– Я заступился за воинов. Но Шедар всё равно казнил их. Иштару удалось сплотить вокруг себя людей, которые хотели перемен в армии. Это была не просто сотня воинов, а сотня командиров. Они поддерживали его и пошли бы за ним хоть к дьяволу. И вдруг Иштар попадает к вам в плен.
– Шедар казнил их вместо Иштара.
Альхара кивнул:
– Командиров, их жён и кубар.
– А детей? – Малика приблизилась к нему. – Что стало с детьми?
– Если я скажу, меня и мою семью уничтожат.
– Альхара, я виновата перед тобой. Ты пострадал из-за меня, а я ни разу не пришла и не поинтересовалась: как ты, где ты.
– Шабира никогда и ни перед кем не бывает виноватой.
– Виновата. Я предлагала тебе дружбу, а повела себя как предатель. Мне очень стыдно. И мне тяжело говорить, что ты можешь мне доверять. Я не заслужила твоего доверия.
Альхара посмотрел Малике за спину. Малика оглянулась. В глазах Чари застыл страх. Она не верила шабире…
Повернувшись к Альхаре, Малика легонько пожала ему руку:
– Мне лучше уйти. – И направилась к двери.
– Их дочерей мы успели разобрать по кубаратам.
Малика обернулась:
– Дочерей командиров?
– Да. Когда наш информатор передал нам список людей, которых Шедар решил казнить вместо Иштара, мы пошли к ним и забрали дочерей. Многим не было ещё и тринадцати, но так надо было. Наши кубараты неприкосновенны, пока нас самих не приговорят к смертной казни.
Малика вновь приблизилась к Альхаре:
– Поговорим наедине?
– У меня нет от жены секретов.
– Ты сказал: мы. Мы пошли...
– Мы. Расшифровки не будет.
– А сыновей удалось спасти?
– Не всех. Многие находились в воинских частях. А кое-кого удалось спрятать.
– Где?
Альхара отрицательно покачал головой:
– Не скажу.
– Если ты считаешь, что я выдам тебя…
– Я считаю, что есть тайны, которые лучше никому не знать.
– Ты заступился за командиров, а наказали твою жену. Это какое-то безумие…
– Они взяли моих детей и неделю держали в клетке под палящим солнцем. Давали пить только утром и вечером. Моей дочери было семь лет.
– Подожди. – Стянув с головы чаруш, Малика упёрлась руками в подоконник. – Сейчас ей восемь.
– Да, это было полтора года назад.
Малика помнила, когда Иштара взяли в плен. Но ей были нужны паузы между фразами Альхары. Разум отказывался принимать информацию, которая казалась кошмарной выдумкой, бредом сумасшедшего человека.
– Сыновей забрали из воинской части, – продолжил Альхара. – Старшему было одиннадцать. Младшему три. Их посадили в клетку и заставили наблюдать, как воины умирают от жары и жажды.
Малика силилась сделать вдох. Воображение рисовало раскалённую пустыню, сотню мужчин, прикованных к столбам вниз головой, и клетку с маленькими детьми…
– Когда их вернули нам, их тела были покрыты волдырями. Через месяц сыновей вновь забрали в армию, а дочка до сих пор спит при включенном свете.
Малика повернулась лицом к Чари:
– Как ты это пережила?
Женщина опустила голову, явно скрывая слёзы.
– Что с ней сделали на это раз? – спросила Малика.
Альхара поднялся с подоконника и, приблизившись к жене, расстегнул пуговицы на лифе платья. Повернув супругу спиной к Малике, стянул ткань. На обеих лопатках были выжжены квадратные спирали.
– Это сделал Иштар, – прошептала Малика.
– Нет. Система, – сказал Альхара и помог жене застегнуть платье.
– Я хочу поговорить с тобой наедине.
Чари подошла к Малике. Наклонившись, притронулась к её щиколоткам и удалилась.
– Здесь или пойдём вниз? – спросил Альхара.
– Чтобы не слышали слуги.
– Служанки в дальних комнатах. Пока я здесь, они не выйдут. А слуги в саду. После сезона штормов работы хватает.
– Тогда здесь.
Альхара и Малика разместились в креслах.
– Почему после истории с Иштаром Хазирад выбрал тебя воином-вестником?
– Так хотел Иштар. Ещё задолго до своего пленения он оговорил это с Хёском. Хёск убедил остальных. И потом… никто не знал, сколько ещё воинов поддерживают Иштара. И у него были свои военные корабли.
– Он подготовился к сопротивлению брата?
– Трон переходит по наследству без каких-либо эксцессов. Иштар готовился к правлению. А Хазирад не рискнул возразить ему в выборе шабира.
– Почему он передумал и не признал тебя?
– Потому что ты пришла к нему первая.