Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 4 (страница 63)

Хёск подчинился. Размазав лужицу крови на полу, Малика подползла к порогу и, просунув руку в щель приоткрытой двери, оставила на внешней стороне ещё один отпечаток ладони.

Глава 24

***

Глядя в зеркало, Адэр поправил на шее кожаный шнурок, ладонью прижал к груди изумрудный ключ. Удивительную вещицу он нашёл в кармане своего пиджака. Пиджак каким-то образом оказался в старой дорожной сумке, а сумка стояла в шкафу Эйры. Адэр никогда не рылся в её вещах, но служанка открыла шифоньер, чтобы проветрить одежду, и забыла закрыть его на ночь. В это время Адэр находился в замке; он всегда ночевал в комнате Эйры. Прихватив документы, улёгся на кровать и заметил в уголке шифоньера – под платьями и плащами – потёртый саквояж. Решив избавиться от старья, вытащил сумку.

Обнаружив драгоценную вещицу, Адэр сразу определил ей более надёжное место для хранения – собственную шею. И за два месяца так привык к ключу, что задумал сделать его копию – ведь оригинал придётся вернуть хозяйке. Однако ювелирные конторы пока молчали. Найти изумруд такого же цвета – сочетание зелёного и жёлтого – оказалось не так просто.

Надев рубашку, Адэр подошёл к окну. Глядя на море, застегнул пуговицы. Сегодня он видит этот пейзаж последний раз. Подхватив со спинки стула пиджак, направился в зал Совета, зная, что завтра коридоры и залы опустеют, через месяц паутина затянет углы, а пол покроется слоем пыли, и уже ничья рука не распахнёт окна, чтобы впустить солёный ветер в старинный замок дворцового комплекса Зервана.

Советники поднялись с кресел. Адэр жестом попросил их сесть, но сам остался стоять во главе стола. Подождал, пока Парень уляжется возле холодного камина и перестанет ворчать на сквозняк в дымоходе.

Весеннее солнце щедро освещало зал, выгоняя из него воспоминания о серых днях и промозглых вечерах, удаляя запахи отсыревших досок и холодных стен. Но это только сейчас. Скоро здесь будут витать запахи пыльных чехлов на мебели и лака, осыпающегося с дверей. Замок погрузится в долгий сон, так и не успев насладиться бодрствованием.

– Господа советники! – проговорил Адэр, окинув взглядом лица коллег. – Хочу сделать несколько объявлений. Первое: с завтрашнего дня моей постоянной и единственной резиденцией станет прежний замок.

Мужи недовольно покряхтели: за окнами будет видна пустошь, на зубах заскрипит песок, и всем вновь придётся ютиться на одном этаже.

– Замок и его окрестности получают название «Мадрабu». В переводе с языка климов означает «цветущий сад».

– Замок – понятно, – подал голос Юстин Ассиз, советник по вопросам правосудия. – Возле него действительно есть замечательный сад. Но окрестности… Не слишком ли помпезно?

Адэр кивнул секретарю. Проворно выскочив из-за конторки, Гюст раздал советникам сложенные листы. Поглядывая на Адэра, мужи развернули их и уставились на карты. Обозначения и расшифровка знаков давали полную характеристику почв.

– По моему приказу климы уже начали посадку можжевеловых и кипарисовых рощ. Эти участки закрашены зелёным цветом. Красными точками обозначены места будущих водозаборных станций. Их строительство начнётся… – Адэр посмотрел на Анатана.

– Через две недели, мой правитель. Надеюсь, к этому времени земля немного подсохнет.

– Откуда у нас такие деньги? – поинтересовался советник по социальным вопросам.

– Бог помог, – подал голос советник по финансовым вопросам Мави Безбур, пряча ладонью улыбку.

– А мне он может помочь? – спросил Ярис Ларе, советник по вопросам медицины.

– Вы постоянно забегаете вперёд, – заметил Орэс Лаел, старший советник. – Двадцать семь храмов попросили у нас разрешение на строительство школ и больниц для бедняков. Конфессия олард желает возродить государственный университет. Конфессия ирвин хочет взять под опеку ряд детских домов. Конфессия ахабипланирует открыть на берегу моря детский спортивный лагерь.

Советники зашумели.

– У них весенний авитаминоз? – выкрикнул кто-то со смехом.

Взмахнув рукой, Орэс попросил успокоиться:

– Это тема следующего заседания Совета. Сейчас говорит правитель.

Мужи умолкли.

– Синим цветом отмечены участки, где в скором времени появятся пруды, – продолжил Адэр. – Чёрные линии – дороги. Теперь второе: на следующей неделе я выставлю эти земли на торги.

Поднялся шум. Орэс застучал кулаком по столу:

– Говорит правитель!

– Особняки, построенные на этой земле, не будут ни арестованы, ни отданы в залог, – промолвил Адэр в гробовой тишине. – И что бы ни случилось с их хозяевами, кредиторы не смогут забрать дома за долги. С правом собственности – пожизненным и передаваемым по наследству – хозяева земель избавят себя, своих детей и внуков от многих проблем. Конечно, я выдвину к владельцам земель ряд требований, которые выполнить не так уж трудно.

– Например? – спросил Юстин Ассиз, придвинув к себе карту.

– Озеленение всей территории.

– Не все земли для этого пригодны.

– У нас есть удивительный народ – климы. Вы забыли?

– Какое ещё требование, – поинтересовался Мави Безбур, водя пальцем по карте.

– Архитектура зданий, наличие фонтанов. Давайте поговорим об этом в следующий раз, – сказал Адэр и сложил карту. – Третье. Я начинаю формирование двора.

Советники уставились на него.

– Да. У меня будут придворные, вы уже входите в их круг. Четвёртое. Отныне дворяне могут жениться лишь с моего одобрения. Тех, кто меня ослушается, я лишу титула и дворянского звания. – Адэр развёл руками. – Так поступают все короли.

Вечером правительственный кортеж покинул Лайдару.

Через два дня Адэр уже ходил по старому замку, давая Муну распоряжения:

– Пустующее крыло срочно привести в порядок. И выбросьте этот ковёр. Замените кресла советников стульями. Только король может сидеть в кресле рядом с королём. В моем кабинете тоже уберите все кресла, кроме моего. Сколько лет этим занавесям? Срочно заменить. В этой стене пробейте выход к павильону для летнего купания. Да, завтра начнётся его строительство.

Через две недели в зале Совета собрались молодые дворяне. В ожидании правителя тихо переговаривались, не ведая, зачем он их пригласил.

Адэр вошёл в сопровождении неизменного спутника – чёрного зверя. Указав ему на квадрат солнечного света возле окна, сел в кресло и жестом приказал гостям занять места за круглым столом. По паркету стукнули ножки стульев, скрипнули мягкие спинки и сиденья. Дворяне обратили на правителя взгляды и приготовились внимать его словам.

– Я принял решение сформировать двор, – сказал Адэр. – Вы имеете возможность стать моими придворными. Хочу сразу предупредить: мой двор будет разительно отличаться от дворов других правителей. Меня не надо одевать утром и раздевать перед сном. Не надо носить за мной корзины с фруктами и бутылки с вином. Меня не надо обмахивать веерами и развлекать разговорами. Мои придворные будут озабочены только процветанием страны.

Гюст положил перед правителем стопку картонных карточек.

– Вы сами выберете, какие обязанности будете выполнять, – промолвил Адэр и взял верхнюю карточку. – Покровитель танцев. Ему вменяется развитие таких направлений, как народные танцы, бальные танцы, балет. Можете внести свои предложения. К слову, всем покровителям разрешаю подобрать себе десятерых помощников, которые с моего одобрения войдут в мой двор. Выбирайте их тщательно и скрупулезно. Надеюсь, вы понимаете меня?

Раскрасневшиеся дворяне и дворянки кивнули.

Адэр взял из стопки следующую карточку:

– Покровителю изобразительного искусства вменяется развитие таких направлений, как живопись, графика, скульптура. Покровители музыки, театрального искусства, литературы, этикета, – говорил он, перебирая карточки. – Покровитель праздников. Я хочу, чтобы народ вспомнил, что такое веселье. Далее, покровители архитектуры, фотоискусства.

Придавил карточки ладонью:

– Я оставляю это на столе, а вы сами решите, чем займётесь. Если кто-то откажется – второго шанса не дам. Ваша главная задача – поиск талантов. Мне нужны музыкальные классы и художественные студии, мне нужны певцы и танцоры, скульпторы и архитекторы из народа, мне нужны одарённые дети бедняков, которым государство оплатит учёбу в высших учебных заведениях. И если таковых не найдётся, я буду знать, кого винить.

Поднявшись, правитель щелчком пальцев подозвал зверя и в оглушительной тишине покинул зал Совета.

***

Сезон штормов пронёсся мимо Малики. В храме Джурии она провела более месяца, упиваясь сказочным сном, который не могли потревожить ни шквальный ветер, ни тучи песка, ни яростные грозы. Затем вотчина Хёска, где первую неделю Малика приходила в чувства, а вторую неделю изводила себя безжалостными мыслями. Как она могла так упасть? Почему раньше не догадалась, что к её полубезумному состоянию приложил руку верховный жрец? Душа была избита, изранена, разорвана – не соберёшь, не склеишь.

В смежной комнате, куда имели доступ служители храма и Хёск, на столе всегда лежала чистая одежда, стояли блюда с яствами. Малика покидала свои покои либо на рассвете, либо глубокой ночью, чтобы ни с кем не столкнуться. Ела, не ощущая вкуса еды. Пила, не понимая, что она пьёт – воду или сок, а может, чай или кофе.

Однажды Малика обнаружила на столе золотой браслет с подвесками в виде квадратных спиралей – такой же браслет она потеряла возле захороненной в песках крепости. Кто его принёс? Иштар? Зачем?.. Малика не взяла украшение, оно так и продолжало тоскливо лежать на краю стола, напоминая о тихих днях. Прошлые тревоги на фоне нынешних переживаний казались выдуманными, смешными.