Такаббир Кебади – Белая Кость (страница 150)
Кровь отхлынула от дряблых щёк Болхи.
— Нет, ваше величество! Нет! Даже разговора такого не было!
— Где Таян?
— Она уехала. В конце весны. Куда — никто не знает.
— А Миула?
— Миула здесь, — закивала Болха. — Позвать?
Рэн сузил глаза:
— Может, это она сказала, что королеве больше нельзя беременеть? Признавайся, монахиня. Если солжёшь, я сорву с тебя одежды и прогоню голышом до Фамаля.
Мать Болха вытянулась как струна:
— Миула верная служанка. Она знает своё место. Ей бы даже в голову не пришло говорить с королевой на темы «ниже пояса».
— А травницы?
— Они до смерти боятся Миулу. Она за королеву глотку перегрызёт.
Рэн поймал на себе настороженный взгляд сэра Ардия. Тот быстро отвернулся и, подхватив седло, направился в конюшню. Рыцари переговаривались со стражниками. Эсквайры занимались конями и поклажей. Слуги накрывали под навесом столы.
Вытерев с лица воду, Рэн проследовал в гостиную. Прислонясь к стене, мать смотрела в пол. Супруга стояла в той же позе, в какой он её оставил.
— Мои люди отдохнут, и мы уедем. Я буду ждать тебя дома.
— Я дала тебе всё, что могла, Рэн. Жизнь отдать не могу. Она принадлежит моим детям. Отныне у нас с тобой разные дома.
Рэн сжал кулак:
— Твоё неповиновение возмутительно!
От двери прозвучал голос Бари:
— Она не понимает, что творит, ваше величество. Простите глупую женщину.
Снаружи донёсся грохот колёс телеги по тесинам моста. Янара подошла к окну и, глядя во двор, проговорила:
— Приехал священник. Я послала за ним, как только прибыл ваш гонец.
— Зачем нам священник? — просипел Рэн, задыхаясь от злости.
— Он расторгнет брачные узы.
Рэна словно окатило ледяной волной. Вскинув голову, он посмотрел на Янару сверху вниз:
— Хорошо.
— Рэн… — простонала Лейза.
Он обернулся к матери:
— Ты хочешь, чтобы я ползал перед ней на коленях? Умолял и обливался слезами? Этого не будет.
Вскоре в комнату вошёл приходский священник. Серая ряса висела на нём мешком. На кочанной голове топорщились короткие волосы. Юркие глазки обежали присутствующих.
Поставив суму возле двери, священник поклонился королю:
— Чем могу служить, ваше величество?
Янара объяснила, зачем его позвали.
— Я не могу этого сделать! — воскликнул священник, потрясая руками. — Вам нужен Святейший отец.
— Не можешь, не хочешь или не умеешь? — прикрикнул Рэн.
От неожиданности священник присел:
— Умею. Но это такая ответственность! Обратитесь к Святейшему отцу. Он найдёт слова, чтобы вас образумить. А меня вы слушать не станете.
— А ты попытайся, — подала голос Лейза. — Попытайся их образумить.
Священник направил на Янару горестный взгляд:
— Моя королева, мне понятны ваши тревоги. Но всё в руках Господа нашего.
— Это и пугает. Недавно у меня случился выкидыш.
Рэн со стоном выдохнул и стиснул зубы.
— Срок очень маленький, но… это уже была жизнь. Новая жизнь, святой отец. Бог забрал её. А вдруг ему взбредёт в голову забрать и мою жизнь?
— Не богохульствуй, дитя моё, — посмотрел священник с укором.
— Я больше не возлягу с супругом, — произнесла Янара жёстким тоном.
Священник предпринял ещё одну попытку:
— Женщина может зачать, только пребывая в удовольствии. В постели с мужем вам надо думать о чём-нибудь плохом, противном. Думайте, насколько мерзко и порочно соитие.
— Я не изменю своего решения.
— Приступай! — приказал Рэн священнику.
— Это лучше делать в церкви. Там обстановка подходящая.
— Приступай!
После недолгих раздумий священник кивнул:
— Будь по-вашему. Нужен ещё один свидетель.
Рэн указал себе за спину:
— Этот подойдёт?
Священник с сомнением взглянул на брата Янары:
— Дворянин?
Теребя рукав холстяной рубахи, Бари сделал шаг вперёд:
— Нет, святой отец. Я брат королевы.
— Нужен человек дворянского сословия.
Пока Бари разыскивал сэра Ардия, священник готовился к ритуалу. Из брошенной возле двери сумы вытащил святое писание, три молитвослова и сложил их на столе. Он не знал, по какой причине его вызвали в крепость, и прихватил все молитвенники: заздравный — в красной обложке, предсмертный — в серой, заупокойный — в чёрном переплёте.
Подстелил под Книгу Книг хрустящее полотенце, раскрыл писание на нужной странице и принялся шёпотом читать текст на церковном языке.
Подпитывая злость и обиду мыслями о вероломном предательстве, Рэн избегал смотреть на Янару. Боялся поддаться слабости и опуститься до просьб. Если сейчас всё прекратить, подобрать нужные слова и вернуть жену в лоно семьи — он больше не сможет ей верить. Каждый день, каждый миг он будет ждать удара в спину.
В комнату вошли двое. Бари остался у двери. Сэр Ардий подошёл к Рэну. Посмотрел на бледную как снег Лейзу, покосился на стоящую возле окна Янару. Уставился на священника:
— Что здесь происходит?