Такаббир Кебади – Белая Кость (страница 120)

— По слабому шевелению ребёнка я сделала вывод, что плоду четыре месяца. Значит, королева понесла, как только вернулась из мэритского замка.

— Так, — нахмурился Рэн, предчувствуя не очень приятное продолжение.

— Но по размеру плода я могу сделать вывод, что королева понесла шесть месяцев назад. До своей поездки в мэритский замок либо…

Рэн ладонью обхватил горло монахини:

— Никаких либо!

Она вцепилась ему в руку. Её глаза вылезли из глазниц, дряблая кожа на лице вздулась и налилась кровью, из раззявленного рта вырвался хрип.

Рэн выпустил Болху и заложил руки за спину:

— Никаких либо.

— Я верю, — просипела она и закашлялась. Восстановив дыхание, вытерла слёзы. — Я верю вашей королеве. Она светлая, чистая, добрая. Но я должна была вас предупредить. Зная её предрасположенность к преждевременным родам… Если ребёнок родится раньше срока, снова поползут грязные слухи, что она понесла от кого-то в мэритском замке. Чтобы этого не случилось, я возьму вину на себя. Скажу, что ошиблась, неправильно определила срок. А вы убедите королеву солгать.

Оттолкнув мать Болху в сторону, Рэн вошёл в опочивальню.

Янара стояла возле окна и, кутаясь в пушистый платок, наблюдала за полётом снежинок.

Рэн обнял её сзади за плечи:

— Красиво!

— Красиво, — тихим эхом ответила она.

— Скоро мы будем смотреть в окно втроём. Не могу дождаться.

— Я тоже.

Рэн развернул Янару к себе лицом:

— О чём тебя спрашивала мать Болха?

— Была ли у нас с тобой половая связь до моей поездки в мэритский замок.

— Что ты ответила?

— Правду.

— Больше никому об этом не говори. Хорошо? — Рэн присел и заглянул Янаре в глаза. — Об этом никто не должен знать.

— Почему?

— Потому что это никого не касается.

Янара виновато улыбнулась:

— Болха знает, что у нас ничего не было.

— Она никому не скажет. — Рэн поцеловал жену в лоб. — Я счастлив!

Хотел добавить что-то, но провёл пальцами по её щеке и вышел из опочивальни.

Янара вновь уставилась в окно. Она безумно соскучилась по сыну и собиралась его проведать. Ждала, когда прекратятся дожди и подмёрзнет дорога. Но в животе заворочался ребёнок. Она думала целую неделю: утаить от Рэна и отправиться в путь или признаться. Чашки весов склонялись то в одну сторону, то в другую. И когда желание уехать вроде бы перевесило, пришло понимание: обман раскроется и Рэн больше не позволит ей видеться с сыном.

В дверь постучали.

— Ваше величество, можно войти? — прозвучал голос Лейзы.

— Я уже разделась. Хочу принять ванну.

— Если вы не возражаете, я приду позже.

— Я буду ждать, — крикнула Янара и, усевшись перед зеркалом, достала из шкатулки письмо.

«Милая мамочка! У меня всё хорошо. Я хорошо сплю и хорошо кушаю. Я люблю тебя. А ещё я люблю смотреть на огонь и на красные листья. У меня отросли волосики. Беленькие, как у тебя. Меня все слушаются и никто не обижает. Написала Таян под диктовку герцога Мэрита».

Янара уткнулась лицом в лист бумаги и разрыдалась.

Часть 41

Разодетые горожане прижимались к стенам домов и низко кланялись королю и лорду Верховному констеблю. Канатные плясуны, удерживая равновесие с помощью шестов, принимали согбенные позы. Трубадуры прекращали терзать замёрзшие струны арф и лютен и, раскинув руки, делали потешные реверансы, будто благодарили публику за аплодисменты. И только дети смеялись и гомонили, разглядывая пряничные замки, возведённые там и тут для украшения города. Столица отмечала праздник Двух Единиц.

— Он привёл с собой полсотни защитников веры и дюжину разведчиков, не так уж и много, — говорил Киаран, мерно покачиваясь в седле. — Эсквайров и слуг я не беру в расчёт, хотя думаю, что среди них затесались шпионы короля Джалея или Первосвященника. А может, того и другого.

— Почему разведчики не возвращаются в Дигор? — спросил Рэн, одаривая подданных улыбками и лёгкими кивками.

— Как сообщили мои осведомители… церковные служки, — уточнил Киаран, — защитники веры хотят посетить храмы и монастыри. Все или некоторые, я не знаю. Они якобы привезли деньги на нужды божьих людей. Мало святошам пожертвований, взимают их с крестьян как оброк… Разведчики необходимы, чтобы избежать столкновения с разбойниками.

— Или разведать местность.

— С языка сняли, — хмыкнул Киаран.

— Разъезжать они будут по моему домену. Сколько в феодах храмов? Раз-два и обчёлся. Храмы в основном строились на королевских землях. — Рэн придержал коня и взял протянутый ребёнком леденец на палочке. — Благодарю, маленький воин. И у меня есть для тебя подарок.

Стянул с руки перчатку. Выудив двумя пальцами из монетницы на поясе серебряную корону, вложил мальчику в варежку и качнулся в седле. Каурый иноходец неторопливо пошёл вперёд, потряхивая тёмной гривой со светлыми прядями.

— Что удалось узнать о Святейшем отце?

Киаран не успел ответить. Друзья мальчишки со смехом побежали за королём, оскальзываясь на утоптанном снегу. Гвардеец поднял лошадь на дыбы, и детвора с визгом нырнула в подворотню.

— Наш Святейший — не обычный человек, ваше величество. Он приходится дядей герцогине Кагар. Король Джалей приставил к вам двух самых верных…

— Я спросил только о Святейшем.

Вот же упёртый, подумал Киаран, а вслух произнёс:

— Разрешите? — Забрал у Рэна леденец и забросил на крышу глинобитной лачуги. — Он может быть отравлен.

Рэн беззвучно рассмеялся:

— Вы же не думали, что я стану его есть? Я ждал, когда мы завернём за угол. — Оглянулся на едущих позади гвардейцев и Выродков. — Надеюсь, ребёнок этого не видел.

На перекрёстке натянул поводья и, пропустив ватагу мальчишек с санками, послал коня по улице, ведущей к выезду из города.

— Но это не всё, — продолжил Киаран. — В прошлом наш Святейший был рыцарем. Сэр Кьяр. Вам о чём-то говорит это имя?

— Сэр Кьяр, — повторил Рэн задумчиво. — В каких сражениях он участвовал?

— Не в сражениях — в Ангельских походах. Более того, много лет назад сэр Кьяр возглавлял войско защитников веры.

— Ох, ничего себе! — присвистнул Рэн. — Серьёзное прошлое.

— Более чем, — согласился Киаран.

— Тадеска рассказывал об Ангельских походах. И называл это имя. Точно называл!.. А я не запомнил. Такой из меня никудышный ученик.

— Первый поход он совершил по своему же королевству, по Дигору. С его помощью Первосвященник распространил и укоренил новую веру. Потом сэр Кьяр повёл защитников веры в соседнее королевство Осмак. А когда вернулся, сложил с себя полномочия и ушёл в монастырь.

— Странное решение. Не находите? Отказаться от денег, земель и власти и стать никем.

— У него не было земель. В своей семье он третий сын.

Улыбка Рэна граничила с кривой усмешкой.

— Вы ничего не знаете об Ангельских походах, лорд Айвиль?