Таисья Майорова – Тайна графства Мит (страница 9)

Да, я действительно сбежала, чтобы взять эту передышку и вернуться в строй, излечив свои раны и крепко держа оружие в руках.

Ведьмой мне не стать уже, а вот освоить мастерство видаров я была способна. Что бы не терять больше никого в своей жизни.

Что бы вернуться и истребить всех отребий потустороннего мира.

Первые полгода в Китае мне было очень тяжело. Мое тело кровоточило и болело от изнуряющих тренировок. Мой учитель Чен был молчаливым дедком. Наверное, самым молчаливым из тех, что я успела узнать. Но его твёрдый взгляд заменял мне тысячу слов. Я на удивление быстро научилась его понимать.

Честно старалась изо дня в день, но в качестве результата получала кучу разочарований.

В один из таких дней я была близка, чтобы сдаться и бросить это все. Но ненависть и ярость снова ударила меня в грудь и не позволила сдаться.

– Ты сильна. Ты умна. Ты верная и целеустремлённая. Но ты пустая.

Кажется, за все мое пребывание здесь он впервые высказался так красноречиво. Приложив руку к моему сердцу, он продолжил.

– Здесь у тебя должна быть сила, данная тебе от рождения. Но ты заняла ее место яростью, горечью и местью. Одна чернота. Освободи его. Иначе ты сгоришь в этой мгле.

Отойдя от меня на шаг и убрав руку, он продолжил.

– Куда бы ты ни бежала, чем бы не решала заняться – это тебе не поможет. Только она! – и снова указал мне на точку между рёбрами.

Я тяжело дышала после тренировки, голова гудела и мне тяжело было понять сразу, о чем говорит мне этот немногословный человек. А когда поняла, то решила, что он ошибся.

– Эта пустота была там всегда. – ударив себя в тоже место, где лежала рука мастера.

Почувствовала новый прилив злости и за эту чертову несправедливость.

– Боже! Я родилась уже лишённой своей магии! Моя мама умерла зря, родила пустышку! Мой брат был растерзан на куски, потому что я не смогла защитить его! И что в итоге? Я сбежала! Сбежала гонимая этой пустотой! – я перевела дыхание и посмотрела на старика чуть спустив пыл.

– Я не знаю, что вы там увидели, но вы ошиблись. И эта ярость – я снова силой ударила себя кулаком в грудь. – Она не даёт мне забыть того, почему я здесь и зачем должна вернуться.

Чен внимательно выслушал меня следя за каждым моим движением. Затем снова посмотрел на место, куда я все ещё прижимала сжатый кулак и улыбнулся. Улыбкой заговорщика, показывая, что знает больше, чем я.

Покачал головой, не признавая моих пылких фраз.

Жестом показал мне что на сегодня тренировка закончена, и я могу идти. И ушёл тоже.

Я не стала долго стоять, поклонившись уходящему учителю в спину, тоже отправилась к себе.

Лежа в ванной, я пытался осознать слова Чена. Вот же баламутный старикашка! Молчит, рыба, а если уж и говорит, то ничего не понятно!

Бесит просто!

Ложиться спать мне не очень хотелось. В последние дни мне стали сниться очень болезненные сны, лишая сил и всей моей выдержки, что я так старательно в себе растила.

Мне сняться мама и Амин, живые и счастливые. Они берут меня за руку и тянут куда-то во тьму.

Поводят к какому-то колодцу, из которого начинают вылезать десятки Иных, тянуть ко мне свои мерзкие когтистые лапы и пытаются схватить.

Я стараюсь вырваться из рук мамы и брата, чтобы сбежать и спрятаться, но они только сильнее меня держат и ждут, когда монстры из колодца схватят меня.

– Ты наша! Наша!

Эти слова идут из мерзких пастей тварей. Каждый раз я просыпаюсь на моменте, где Иной хватает меня за грудь и тащит в пустоту колодца.

Сердце бешено долбит в грудь, норовя выпрыгнуть.

Ночная рубашка промокла от пота и мерзко липнет к телу, а горло дерёт от сухости.

Вот же черт! Когда я успела уснуть то!?

Нет, нет, нет, я не допущу этого! И не позволю больше никому забрать у меня моих близких!

Я должна стать сильнее и вернуться!

Прислушиваясь к советам моего учителя, мне стало легче.

Никакой силы внутри я конечно же не ощущала, да её там и не может быть, но вот с остальным я справлялась куда лучше.

Через еще три года я смогла освоить многие боевые навыки, которые собиралась применять в охоте.

Чувство ярости, мести и скорби по моему брату никуда ни делись, но я могла обуздать её в нужный момент. Ведь Чен был прав – они выжгут меня если давать им столько воли.

Пусть пока мне приходилось их усмирять, но я знала, когда и где настанет момент, и мне не нужно будет этого делать.

Я так же свыклась со своими дикими снами, позволяя ими стать частью меня.

В одну из ночей что-то произошло.

Мой сон пошел не по своему плану.

Я снова стояла в темноте и ждала своих брата и маму.

Стоп!

Почему я их жду?

Это ведь сон я не должна этого знать и понимать, но именно это сейчас и происходит.

Чувство что я могу осознавать и, видимо, контролировать свой сон принесли мне продовольствие и чувство безопасности.

Я вижу, как мама и Амин идут ко мне. И я сама тяну к ним свои руки и веду их в глубь тьмы к наполненному демонами колодцу. Мне почему-то самой нужно туда. Просто необходимо. Походу ближе и веду за собой своих спутников. Удивительно, но из колодца никто ни лез, никто ни тянул меня на его дно. А вот я сама сейчас безумно хотела в него прыгнуть. Что-то из его недр тянет, зовет меня всем нутром окунуться в него.

Высвобождаюсь из рук мамы и брата, они больше не держат меня силой, я делаю шаг к краю колодца, заглянув в него. Тяга возросла, становясь непреодолимой. Я встаю на широкий край колодца и оглядываюсь на своих родных – они улыбаются мне, кивают, призывая прыгнуть. И мне кажется, что в этот момент я совершаю что-то очень важное и нужное для меня.

Сделав вдох, я делаю желанный шаг в самое сердце колодца.

Темно.

Спокойно.

Правильно.

Ощущение, что внутри меня что-то сломанное стало целым, восстановилось. Я на секунду прикрыла глаза делая новый вдох, как будто и не дышала до этого вовсе. Грудь обрела лёгкость и свободу.

Открыв глаза, я увидела на дне колодца яркие переливы света. Как будто звездное небо летит ко мне навстречу

Все ближе и ближе. Яркий сильный пучок серебряного света ударил мне в грудь и погас вместе с остальными.

Проснулась я с чувством отдыха. Прислушиваясь к себе, я ощутила что-то новое внутри себя. Но вот что это было я так понять и не смогла. Все та же тоска и печаль по брату, та же злость и ненависть в душе.

Но тут же, в том самом месте, где бьётся сердце, появилось что-то еще.

Как будто тот случай из моего сна проник внутрь меня и залег там, замаскированный густой тьмой и зреет меня изнутри.

Я достала телефон из ящика прикроватной тумбочки и набрала номер отца.

Разница в часовых поясах никогда не была помехой для нашего общения. Он всегда отвечал на мои и без того редкие звонки.

– Алло, Кэрол! – "разбудила" с улыбкой подумала я.

– Я возвращаюсь домой, пап. – вздох облегчения отца на том конце телефона отозвался теплом в моем сердце.

Редкая за последние годы улыбка бесконтрольно появилась на моем лице.

Все-таки я очень скучала по своему отцу и дому.

Проводили меня так же, как и встречали – не задавая никаких вопросов. Сердечно поблагодарив семью, что приютила меня здесь, я стала всех обнимать на прощанье.