Таисия Тихая – Не верьте чудовищам (страница 2)

– А ты слышал… – начала было я, но тут дверь перед нами наконец-то распахнулась и в проёме появилась миловидная, небольшого роста женщина на вид лет пятидесяти с небольшим, хотя по моим прикидкам ей должно было уже порядком перевалить за шестьдесят.

– Нас тут, похоже не ждут, – вместо приветствия начал Тим.

– Заходите-заходите, – зачастила женщина, ничуть не смутившись от такого приветствия и пропустив нас внутрь.

Первое, на что я обратила внимание, так это на стены: они и в самом деле оказались из брёвен или ещё чего-то очень похожего на них. Стоило мне снять ботинки, как ноги тут же погрузились в пушистый цветастый ковёр. С потолка свисали небольшие светильники, увитые ветками, из-за чего просторный холл утопал в полумраке. Все эти разрозненные фрагменты вместе создавали атмосферу уюта и, почему-то, наводили на мысль об охотничьих домиках.

– Тимоша, неужели ты всё-таки решил познакомить нас со своей девушкой? – жизнерадостно поинтересовалась женщина.

Я, всю дорогу считавшая, что о нашем приезде было уговорено заранее, еле сдержалась, чтобы не одарить «Тимошу» тяжёлым взглядом.

– Я же говорил, что привезу, – сухо возразил Тим, неспешно разматывая на шее несколько слоёв шарфа. – Кстати, если нас не ждали, то кому ворота открыты?

– А они открыты? – в свою очередь удивилась женщина. – А, впрочем, ладно, потом закрою. Лучше представь нас друг другу.

– Алиса – Раиса Витальевна, – кивнув поочерёдно то на меня, то на женщину представил Тим, попутно разуваясь.

– Очень приятно, Тимоша много о тебе рассказывал, – заулыбалась Раиса Витальевна. – Раз вы всё-таки приехали, то можете занять комнату на втором этаже, где…

– Бабуш, – скучающе перебил Тим. – Я, конечно, здесь давно не был, но где моя комната всё ещё помню. Лучше скажи, а где мать?

– Она сейчас плохо себя чувствует, – миловидное лицо женщины мгновенно омрачилось. – Лучше не беспокой её до завтра, а сейчас я могу предложить вам чай.

– Позже, – безапелляционно сказал Тим, увлекая меня за собой.

– К пяти жду вас в столовой, – спокойно парировала бабушка, уже явно привыкшая к выкрутасам своего внука.

«В столовой? Вот уж не знала, что Тим вырос в такой буржуазной роскоши!»

Холл был как бы прямоугольной формы, вытянутый в длину, так что от входа можно было либо пройти прямо, либо подняться по деревянной винтовой лестнице, примыкающей к стене по правую руку. Преодолев лестницу, передо мной развернулся небольшой зал, с четырьмя комнатами справа и слева. Прямо напротив лестницы располагалось большое окно с мечтой всей моей юности – широким подоконником. Кажется, такие называются «подоконник-диван» или что-то типа того. Но всё вокруг было по-прежнему выполнено исключительно из дерева, хотя тут значительно светлее. Тим без колебаний свернул к самой ближайшей комнате справа и я послушно вошла вслед за ним. Комнаты здесь выглядели ещё более причудливо: потолок был в форме купола, только сделанный всё из тех же материалов. Ветки наверху, видно с декоративной целью, навевали ассоциации с домиком на дереве. Сама комната по размерам была далека до бального зала, но в тоже время просторнее комнат, к которым я привыкла за время проживания в обычных девятиэтажках. Мебели здесь был самый минимум: слева от двери, у окна два кресла из ротанга рядом со столиком в том же стиле, угловой шкаф чуть дальше, а с правой стороны просторная кровать и две прикроватные тумбочки с одной и другой стороны. Ничего лишнего. Хотя при виде всего этого у меня невольно закрались подозрения, что о своих родителях мой приятель явно что-то недоговорил.

– Подожди, мы что, в одной комнате будем жить? – удивилась я.

– Не волнуйся, ты будешь спать на полу, – успокоил Тим, плюхаясь на кровать.

– Спасибо, теперь мне значительно легче, – невесело усмехнулась я, присаживаясь рядом. – Кстати, а давно мы встречаемся? Мы ведь даже толком легенду не продумали.

– А сколько мы уже общаемся?

– Лет пять где-то, наверное.

– Четыре с половиной.

– Какой точный подсчёт!.. – удивилась я.

– Само как-то запомнилось, – отмахнулся он. – Ну, давай не будем далеко отклоняться от истины. Четыре года общаемся и… ну, скажем последние полгода начали встречаться.

– Немного сомнительно, но ладно, – кивнула я. – А если будут спрашивать подробности? Как познакомились или ещё там что. Наши показания должны совпадать.

– Просто говори правду, только вместо слова «дружим» говори «встречаемся», – беззаботно отмахнулся Тим. – Странно другое. С чего вдруг мать так занемогла, что даже любопытство посмотреть на мою девушку не добавило ей сил.

– А может она не в курсе? Ведь как выяснилось, ты никого не предупредил, – с укоризной ответила я.

– Я думал, всё и так очевидно, – пожал плечами Тим. – Знаешь, ты пока тут осваивайся, а я всё-таки пойду её проведаю.

Оставшись одна, я снова беспомощно огляделась по сторонам. Может, всё-таки стоило настоять на оливье и сериалах, чем тащиться на край географии непонятно с какой целью? Несмотря на незабываемые каникулы в Ирландии и увлекательную охоту на банши, жажда приключений и риска продолжала дремать где-то в глубине подсознательного, не спеша вырываться наружу. Конечно, поездку к родственникам старого друга сложно назвать авантюрным мероприятием, но мне и этого хватало за глаза. Болезнь его матери, удивление бабушки при моём появлении, всё указывает на то, что меня тут никто не ждал.

Я было собралась окончательно погрузиться в самобичевание, когда к внутренней дискуссии присоединился голос оптимизма. Какая разница, ждали тебя или нет, отмахнулся этот самый голос, оглянись вокруг: природа, снежок и дом, какой ты до этого больше на картинках видела. Осталась бы у себя, сейчас уже сожалела бы, что не поехала. К тому же, последняя серия сезона досмотрена, а искать новый сериал так утомительно и вселяет чувство беспросветности ничуть не меньше, чем ты сейчас испытываешь.

Спустя почти полчаса мой новоиспечённый парень вернулся и на его обычно флегматично-равнодушном лице, я с удивлением заметила целую палитру эмоций, от досады до смятения одновременно.

– Похоже, разговор прошёл не очень гладко, – аккуратно начала я.

– Ничего не понимаю, – встряхнул головой Тим и уселся в кресло рядом со столиком, остекленевшим взглядом уставившись в окно.

– Мой приезд не вовремя? – продолжила допытываться я, присаживаясь в противоположное кресло.

– Она лежит там в постели, укутанная как больная мумия, – с негодованием начал Тим. – Всё время отворачивалась от меня так, что я начал подозревать, не лежит ли вместо неё волк, как в старой доброй сказке. На мой вполне логичный вопрос о её самочувствии, она тут же перешла в наступление, начав обвинять во всём бабушку и отца…

– Кстати, а где твой отец? – запоздало спохватилась я.

– Не знаю, в очередной командировке, наверное, – нетерпеливо ответил Тим. – Так вот, начала их обвинять, что они там якобы панику подняли на пустом месте. А потом она принялась перечислять весь букет: и слабость у неё, и голова болит и кружится одновременно, в глаза как будто песок насыпали и дальше ещё длинный список, но я не слушал, потому что уже успел уловить общую суть.

– Это… странно, – растерянно протянула я, не зная, что ещё можно тут сказать.

– До этого у неё не было таких приступов ипохондрии, а тут… – развёл руками Тим. – А напоследок она вообще заявила, что это её личное дело и мы, конечно, можем остаться, но лучше бы нам уматывать отсюда поскорее.

– Так и сказала? – удивилась я, хотя мысленно была немного рада, что мы не на самом деле встречаемся, иначе от такого знакомства с возможно будущей свекровью, я бы уже давно впала в самую настоящую панику.

– Ну, очень близко к тексту, – протянул Тим. – А дальше она даже говорить со мной не захотела. Отвернулась и не сказала ни слова.

– Может и правда лучше уехать? – осторожно спросила я.

– Ещё чего! – фыркнул Тим. – Я не люблю, когда мои планы летят к чертям, так что мы останемся здесь. Вполне возможно, что у неё плохое самочувствие, но уверен, что завтра всё наладится. А сейчас пора идти пить чай, а то не хватало только огрести истерику ещё и от бабушки.

***

Посещение столовой также произвело на меня впечатление. Здесь царил подчёркнутый стиль кантри, который до этого мне доводилось видеть только на страницах журналов об интерьерах: всё было выдержано в коричневато-бежевой гамме, нарушаемой лишь отдельными яркими акцентами в виде красных чашек на подставке и банок с соленьями, стоящими явно ради антуража. Естественный цвет древесины органично сочетался с коричневатой кирпичной кладкой. При ближайшем рассмотрении обнаружились и ещё некоторые причудливые детали интерьера в виде пучков сушёных пряных трав, а также связок чеснока и лука. Мебель, выполненная из массива дерева, с признаками солидного возраста в виде потёртостей и прочих незначительных дефектов, была последним штрихом в этой картине. Хотя лично меня окончательно добила люстра из оленьих рогов со светильниками в виде свечей.

Разговор за кружкой ароматного чёрного чая, к моей радости, быстро перетёк с темы нашего с Тимом знакомства и планов на будущее, к более насущным вопросам и проблемам, как например, внезапное недомогание его матери.

– Всё произошло как будто в один день, – вздохнула Раиса Витальевна, неспешно отпивая из кружки. – Она вдруг начала жаловаться на шум в ушах, песок перед глазами, слабость и прочее. Мы вызывали врача, но он сказал, что она абсолютно здорова и причин для беспокойства нет.