Tais – A&B (страница 20)

Проснулся он среди ночи от невыносимого холода. Окно так же было открыто, а на улице, между прочим, стоял январь месяц. Хоть снега и не было, температура была минусовая. Сначала он хотел позвать медсестру, чтобы та закрыла окно, но быстро передумал, так как не знал, разошлись ли все те желающие. Закутавшись как можно сильнее в одеяло, Араки прислушивался к звукам из коридора. Было так тихо, что можно было услышать, как тикают часы, стоящие в холле.

В такой тишине было очень хорошо слышно, как кто-то открыл большую входную дверь в коридоре. Было слышно даже звук шагов входящего.

— Стойте! — это был голос Кристи. Сегодня у нее ночное дежурство. Она попыталась выпроводить незваного посетителя, что было очень странно. Палата, в которой находился Араки, была на седьмом этаже, и всех, пытающихся незаконно проникнуть в больницу, выпроваживают еще у дверей больницы. Но почему-то не сегодня.

— Женщина, отойдите. — Этот голос был знаком Хиро, но вспомнить, кому именно тот принадлежал, не получалось.

— Часы посещений закончены. Вы не имеете права сюда входить! Я вызову полицию!

— Не стоит. Я — один из следователей по делу маньяка. Мне срочно нужно допросить Хиро Араки.

— Он сейчас отдыхает. Зайдите утром.

— Дело срочное. Пропустите.

— Больному нужен покой!

— Я задам всего пару вопросов. Это очень важно. Не волнуйтесь, это не займет много времени. — Голос человека был такой спокойный, уверенный, внушающий доверие.

— Хорошо, но у вас только пара минут, — Кристи сдалась и пропустила гостя дальше, и вскоре дверь в палату распахнулась.

На пороге стоял тот странный полицейский. Сейчас он не был одет в форму как утром. На нем была вполне гражданская одежда: поношенные джинсы, застиранная толстовка, поверх расстегнутая черная пуховая куртка. Он закрыл дверь в палату и подошел к постели. Араки с удивлением смотрел на пришельца. Он не понимал, что служителю закона могло от него понадобиться в такой час.

— Ну здравствуй, Хиро Араки. — Он встал прямо напротив кровати и, засунув руки в карманы куртки, смотрел на Араки.

— Чем могу…

— Ты действительно думал, что тебе все сойдет с рук? — он его грубо перебил.

— Вы о чем?

— Какое искреннее удивление! Наверно, мне стоит вновь представиться. Что ж, будем знакомы, следователь Алексей Шарифов, отец Дэнниса Шарифова.

— Вы…

— Как же вы меня достали! — он вновь перебил Араки. — Чертовы Альфы! Думаете, вам все дозволено?! Думаете, никто вам ничего не сделает?!

— Да о чем вы, скажите, наконец!

— О чем я? Да чем он это заслужил?

— Кто?

— Деннис! — голос его уже срывался на крик. — За что вы его подставили? Почему именно он?

— Никто никого не подставлял, — Хиро изо всех сил старался успокоить его.

— Да что ты? Ты хочешь сказать, что мой Деннис — действительно тот маньяк-убийца? Серьезно?! Господи, ну как же это смешно!

— Давайте успоко…

— Успокоимся?! Ты думаешь, я не знаю про вас, да? Про Альф? Про это чертово деление? Все я знаю! Как часто мне приходилось с этим сталкиваться во время работы! У вас совсем ничего святого нет? Вы грабите, убиваете, насилуете, а потом подставляете честных людей! Ну, конечно, у вас же деньги, власть, сила! Вам все можно! — Он замолчал на пару секунд. — А эти идиоты с работы тоже хороши. «Мы отстраняем тебя от дела. У тебя могут быть личные мотивы при расследовании». Конечно, я должен стоять и смотреть, как моего сына сажают ни за что! Да провалитесь вы все! Взятка там, шантаж тут, и вместо преступника-Альфы на плаху летит голова моего сына! Гребанные Альфы!

— Да, может, мне кто-нибудь объяснит, наконец, кто такие эти Альфы? О чем вы, вообще?!

— Ты серьезно? Так ты же сам Альфа! Ты об этом не в курсе или так хорошо притворяешься? — Злость перешла в близкий к истерическому смех. — Впрочем, наплевать в курсе ты или нет. Вас не должно существовать! Вы — ошибки природы! Надеюсь, вы все передохните! Вот интересно, а что будет, если весь ваш скот обернется против вас? А я скажу вам! Стадо затопчет пастухов! Забавно, правда?!

— Ничего забавного! Ваш сын виновен! Он признался во всем! Я могу понять, он был вам дорог, но…

— Ну конечно! Давай, начни меня убеждать в его виновности! Как вы это любите! Знаешь, зачем я пришел? Я хотел сказать тебе то, что тебе с рук это не сойдет. Я лично позабочусь о том, чтобы каждый человек узнал все о вас. Запомни это! — Он повернулся к выходу.

— Да стойте же вы!

— Прощай.

Полицейский вышел из палаты и поспешил покинуть здание. Сразу после этого в палату ворвалась обеспокоенная Кристи, подслушивающая до этого под дверью.

— Прости, что пустила его. Я не знала, что он так себя поведет. О чем он говорил?

— Да я сам не знаю о чем. Иди в сестринскую.

— Как ты себя после этого чувствуешь-то?

— Я в порядке. Иди отдыхай.

— Точно?

— Точно.

— Хорошо, но мы с тобой завтра поговорим.

— Ладно.

Кристи вышла из палаты, и вновь в отделение вернулась прежняя тишина. Араки сидел на своей постели и пытался понять, что это было. И почему он не попросил Кристи, пока та еще была в палате, закрыть это окно. От размышлений его оторвал внезапный странный звук. Этот звук издало окно. Приглядевшись, Араки увидел Себастьяна. Он, как всегда, незаметно проник в палату и решил закрыть окно. Араки изумленно смотрел на него, будто видел призрака.

— Чего смотришь? Холодно же.

— Да как ты постоянно проникаешь в больницу?

— Ну как-то так. Я тебе конспекты принес. — Он положил на тумбу рядом с кроватью пару тетрадок.

— Спасибо, но с каких пор ты здесь?

— Я вместе с тем полицейским зашел.

— Ясно. Ты все слышал?

— Ну да.

— Раз так, может, объяснишь мне уже?

— Что объясню?

— Не включай придурка, пожалуйста. Ты прекрасно меня понял. Кто такие эти Альфы?

— Тебе не стоит об этом знать, поверь.

— Нет. Стоит.

— Хорошо, скажу по-другому. Если ты об этом узнаешь, дороги назад не будет. С этого момента твоя жизнь постоянно будет в опасности.

— А до этого я был в абсолютной безопасности?

— Если ты об этом узнаешь, у тебя никогда больше не будет тихой спокойной нормальной жизни.

— А у меня когда-то была нормальная жизнь?

— Ладно. Я расскажу, но ты должен пообещать, что никому никогда даже под страхом смерти об этом не расскажешь. Ты понял?

— Обещаю.

«13»

Себастьян сел на кожаный диван напротив Араки и, скрестив руки, смотрел ему прямо в глаза. Араки чувствовал себя так, будто сейчас ему раскроют величайшую тайну этого мира. Предвкушая это, он настроился как можно внимательней слушать. Себ заметил это и, раздраженно вздохнув, потер переносицу.

— Ты об этом пожалеешь, — не преставая тереть переносицу, сказал он. — Ладно. Слушай. Всех людей в этом мире можно условно разделить на две группы: Альфы и Беты. Высший и низший класс. Богачи и бедняки. Рабы и господа. Короли и челядь. Все просто и давно тебе знакомо. Однако все не так однозначно как на первый взгляд. Как бы это попроще объяснить, чтобы ты понял.… Давай представим: вот, допустим, есть человек, и этому человеку в жизни повезло. Он что-то изобрел и страшно разбогател. Но понимаешь, чем больше у тебя денег, власти или таланта, тем больше людей хотят это у тебя отнять. И однажды к этому человеку приходит другой человек, желающий силой забрать то, что он заработал. И так получается, что этот другой человек оказался сильнее, хитрее… словом, более приспособленным к выживанию в этом мире. И убив того везунчика, а заодно и всю его семью, чтобы не было желающих отомстить или составить в будущем конкуренцию, он забирает себе все состояние этого человека. Но получив желаемое, он меняется местами с тем везунчиком, и появляется третий человек, который делает все то же самое, что и он когда-то. И тут либо этот третий человек окажется сильнее, и ситуация повториться, либо второй окажется сильнее, сможет дать отпор, и таким образом выжить и сохранить свое состояние. Я не думаю, что это для тебя новость. В высших слоях общества это происходило и происходит постоянно. Еще из истории ты знаешь, на что порой людей толкает банальная жадность. Хотя и не только жадность. Тщеславие, алчность, похоть… Перечислять можно до бесконечности. И по результату с деньгами остается тот, кто оказался сильнее всех конкурентов. Он живет, оставляет потомство. Его дети наследуют тот ген, который помог ему когда-то отнять то богатство, на которое они жили. Скажи мне, как это называется?

— Ну-у… Я не знаю.