Т. Свон – Тристан Майлз (страница 58)
Он тоже борется с этим. Он знает, что мы не подходим друг другу, но физическое притяжение между нами просто слишком сильно, чтобы бороться.
Один раз… от одного раза ничего страшного не случится… Ведь правда?
Все страшное уже случилось. И еще один раз ничего не изменит.
– Иди к нему и скажи, что уезжаешь, – говорит Тристан, оправляя на мне юбку и заправляя под нее блузку… И когда успел вытащить?
– Допью коктейль, а потом скажу.
Он нежно целует меня; его губы медлят, не желая расставаться с моими.
– Переночуешь у меня.
– Нет, у меня снят номер.
– Где?
– В «Эдисоне» на Таймс-сквер.
– Тогда там и встретимся. Позвони администратору и скажи, что ключ заберет твой муж.
Я только киваю, не способная вслух согласиться на это безумие. Должно быть, даже мой голосовой аппарат догадывается, что это плохая идея.
Он заправляет мне за ухо выбившуюся прядку, улыбается и целует снова. Вот уж действительно потрясающий мужчина – невозможно отрицать.
– Так приятно видеть тебя, Андерсон, – шепчет он.
Я разнеженно улыбаюсь, глядя снизу вверх на этот запретный плод…
Его темные глаза не отпускают мой взгляд:
– Жду не дождусь возможности тебя раздеть.
Он поворачивается и, не говоря больше ни слова, уходит обратно в бар, словно ничего не случилось.
Смотрю ему вслед. На голове у меня воронье гнездо, а тело трепещет от кончиков волос до кончиков пальцев на ногах. Грудь бурно вздымается и опадает. Пытаюсь кое-как вернуть себе самообладание. Иисусе, на что я только что согласилась?
Щелкаю пультом телевизора и бросаю взгляд на часы. Где же он?
Прошло больше часа. Я летела в свой гостиничный номер со всех ног, успела принять душ, придать себе неотразимый вид, а его все нет и нет… Что, если он вообще не появится?
В голове мелькает паническая мысль, от которой меня словно прихватывает морозом. Что, если он устроил все это перетягивание каната, просто чтобы доказать, что может получить меня, если захочет? Нет… он не стал бы.
О господи, еще как стал бы… это же Тристан. Чего еще от него ждать!
Слышу, как щелкает замок в двери, и торопливо меняю позу на кровати.
Дверь отворяется. Тристан входит и закрывает ее за собой. Оборачивается, и его взгляд скользит по моему обнаженному телу. На его губах появляется моя любимая ленивая сексуальная улыбка.
– Андерсон…
Я лежу на кровати, обнаженная, слегка разведя ноги в стороны. Если уж развратничать, так на всю катушку. Ты сегодня не отвертишься, фраер: у тебя есть то, что мне нужно.
Будешь снизу… буквально.
Его глаза ловят мой взгляд.
– Играешь в недотрогу, я вижу? – он рывком ослабляет узел галстука.
–
Он, хмыкнув, садится на указанное место.
– Какое приятное совпадение! Так случилось, что я и сам не прочь потрахаться. – Он наклоняется, целует меня, и я принимаю его поцелуй с улыбкой.
Он оглаживает внутреннюю сторону моего бедра, потом проводит ладонью прямо по моей влажной промежности, проскальзывает внутрь… и все это ощущается так естественно!
Слишком естественно.
Как будто ему на роду было написано прикасаться ко мне… как будто он всегда это делал.
Нет. Не сегодня. В этот раз я хочу власти. Он будет делать то, чего хочу я. Это он будет мне угождать.
Я прогибаюсь в пояснице и широко развожу ноги.
– Проголодался? – спрашиваю его.
Его глаза сверкают возбуждением, и он порочно усмехается:
– Ты даже не представляешь как! – Встает, срывает с плеч пиджак и торопливо отбрасывает в сторону. – Просто помираю с голоду.
Из его внутреннего кармана появляется на свет бумажный пакет, Тристан извлекает из него коробку презервативов.
– Знаешь, сколько гребаных аптек мне пришлось только что обегать, чтобы найти вот это?!
Я хмыкаю.
– Их не было нигде, – продолжает рассказ Тристан. – Я даже подумывал заглянуть в бордель на углу и предложить сотню долларов за упаковку.
– Даже не буду спрашивать тебя, откуда ты знаешь, что на углу есть бордель, – поднимаю я бровь.
Он досадливо хмурится, осознав, что проговорился, и бурчит:
– Заткнись, Сири!
Расстегивает брюки и стягивает их, обнажая твердый, мощный член.
Мое нутро трепещет, и я не могу сдержать возбужденный смешок. Как будто наступило рождественское утро и я наблюдаю, как распаковывают мои подарки.
В этот раз все иначе. Я не нервничаю, не боюсь. Приятно волнуюсь – это да, потому что знаю, какая славная ждет впереди ночь.
Он опускается на колени рядом с кроватью, подтягивает меня к себе, потом шире разводит мои ноги и разглядывает меня
Затаив дыхание, наблюдаю за ним. Момент до странности интимный… но все хорошо, потому что это же Тристан. А я знаю, как он любит мое тело.
Когда я обнаженная с ним наедине, никаких комплексов нет. И быть не может: он бы не позволил.
– О-о, – сладострастно шепчет он, – как я скучал по этой хорошенькой киске!
Он целует меня там, жадно, раскрытым ртом, я тянусь к нему и запускаю пальцы в его волосы. Его сильный язык быстрыми движениями проникает в мою плоть, и я улыбаюсь, глядя на него.
Тристан Майлз лижет женщин не ради них самих – он делает это для себя.
Он это обожает.
Это его любимая фишка: он может заниматься этим битый час, и все равно его за уши не оттащишь.
Моя спина выгибается от наслаждения, и я издаю жалобный стон. Движения его языка – сильные и медленные, с идеально выверенным давлением.
Мы входим в ритм, и мое тело начинает вздрагивать. Ощущаю разгоряченной плотью его улыбку.
Наши пальцы переплетаются на моем бедре. Мы смотрим друг другу в глаза и… о боже.
Он – совершенство.