Т. Свон – Тристан Майлз (страница 32)
Она усмехается.
– Ты в курсе, что я в совершенстве владею языком? – Тереблю ее мочку, и она хихикает, пытаясь увернуться. Интересно, как мы выглядим в глазах других людей. Резвящиеся, точно подростки.
– Мне прекрасно известны ваши сильные стороны, мистер Майлз.
Беру ее лицо в ладони и целую. Напрочь забываю, где мы, и мои глаза сами закрываются от удовольствия.
О, эта женщина… она заставляет меня забыть всех и вся. Снова открыв глаза, вижу, как она мечтательно улыбается мне.
– И что значит этот взгляд? – спрашиваю ее.
Лицо ее делается задумчивым, и она обхватывает мои щеки ладонями.
– А если совсем серьезно, Трис, то спасибо тебе.
– За что?
– За то, что ты заставил меня вспомнить, как надо смеяться.
Я тихо улыбаюсь, и мы долгую минуту смотрим друг на друга. Меня внезапно охватывает желание немедленно оказаться с ней наедине.
– Ты готова отправиться домой, Андерсон?
– Да, готова, мамкофил!
Я смеюсь и стаскиваю ее с табурета.
– Как удачно получилось, что ты мамка. Очень кстати!
Глава 8
Поздняя ночь, и мы уже не один час в постели. Лежащая подо мной Клэр выгибается дугой, и это подсказывает мне, что она уже на грани. С меня градом льет пот, и я удерживаю себя на выпрямленных руках, вколачивая ее тело в матрас.
Она скулит подо мной, и я откидываю голову и закрываю глаза в экстазе.
Ее плоть сокращается вокруг моей, всасывая меня внутрь, и влажные шлепки тел друг о друга эхом отдаются от стен комнаты.
Вот момент, когда она лучше всего; вот когда она может вить из меня веревки.
В оргастическом кайфе, обессиленная и не способная взвешивать свои слова.
Уязвимая и нежная.
– Трис, – шепчет она и тянется, чтобы привлечь меня к себе. – Ты нужен мне.
Наши губы сталкиваются с размаху, и кажется, что сейчас взорвутся извержением не только мои яйца.
Но и голова: у меня мозг пылает от этой женщины.
Она с силой сокращает мышцы, и мы оба стонем, когда нас накрывает девятый вал оргазма.
Она вцепляется в меня, и мы тяжело дышим, полусмеемся-полузадыхаемся; наши сердца бешено несутся вскачь в одном ритме.
Я пытаюсь вытащить член, но она не пускает.
– Нет, Трис, – шепчет она. – Останься во мне.
– Дай-ка я просто переверну тебя, детка, – нежно целую ее. – Меня уже руки не держат.
Покидаю ее тело, перекатываю Клэр на бок спиной к себе, приподнимаю ее ногу и снова вхожу. Крепко обнимаю. Она сонно улыбается, и я целую ее в висок.
– Так-то лучше, – ворчит она. Я целую ее в шею, не размыкая объятий.
Мы и вчера так же уснули, соединившись телами. Как одно целое.
Кайф оргазма, который она дарит мне, и вполовину не так хорош, как кайф после него.
Когда я вот так держу ее в объятиях, близость струится между нами, словно река, и всего на миг…
Она моя.
Проснувшись, я сладко потягиваюсь и улыбаюсь. Уже сто лет так славно не высыпалась.
Поворачиваюсь на бок и вижу Тристана, лежащего на спине. Одну руку он закинул за голову, второй листает новостную ленту в телефоне. Белая простыня лужицей стекает с его бедер, а мускулистый живот выставлен на обозрение.
Замечательные виды тут показывают по утрам!
– Доброе утро.
Он улыбается и подается ко мне, чтобы поцеловать:
– Доброе.
Его пальцы задерживаются на моем подбородке, и он эротично улыбается, глядя на меня сверху вниз.
– Ты чего так рано проснулся? – спрашиваю я.
– Да я давно уже… Не спалось, – бормочет он, переводя взгляд на телефон и листая сообщения.
– Почему?
– Все из-за твоего храпа. Спать с тобой – все равно что с диким кабаном, жмущимся к спине. Понятие «бессонная ночь» обрело для меня совершенно новый смысл.
Я хихикаю и протираю глаза, пытаясь окончательно проснуться.
– Как тебя зовут в соцсетях? – спрашивает он, сосредоточившись на телефоне.
– А? – недоуменно бросаю на него взгляд.
– Я уже битый час там тебя ищу. Какой у тебя ник?
– Ты проснулся ни свет ни заря, чтобы шпионить за мной в интернете? – не понимаю я.
– Ник, – повторяет он безмятежно, продолжая смотреть в экран.
– У меня приватные аккаунты.
– И?
– И… и они приватные.
Он косится на меня:
– И ты не дашь мне доступ?
– Нет, – улыбаюсь. – У меня около пятидесяти подписчиков, и это в основном родственники. В моих соцсетях все только обо мне и моих детях, очень личное. Ничего интересного, уверяю тебя.
Он приподнимается, опираясь на локоть.
– Что? И я не могу посмотреть?
Я улыбаюсь в ответ на его возмущение:
– Тристан, да зачем тебе это? – Сажусь и выбираюсь из постели. – Там только мои дети. Спорт, дни рождения, домашние животные… и прочая ерунда.
– Ну… я провел половину ночи внутри тебя, думал, что у меня будет право посмотреть, как выглядят твои дети.