T. C. Эйдж – Призрак крепости Теней (страница 6)

– Они не вернутся. – В устах Мэриан это звучало как обещание, хотя подкрепить свои слова ей было нечем. Насколько они знали, на юге много тукоранских отрядов, которые то и дело уходят из главного лагеря в поисках наживы, и если сегодня забрали пирог, завтра могут явиться за крошками. – В любом случае храните все в тайнике, – добавила Мэриан. – И остерегайтесь бандитов. Во время войны их всегда много.

– Дезертиры, – проворчал старик. – Пройдет совсем немного времени, и численность армии уменьшится в два раза. Настали времена беззакония, это правда, но у нас ничего нет, кроме нескольких мешков зерна и пары бочонков вяленого мяса. Если повезет, нас оставят в покое.

«Еще у вас есть женщины», – подумала Шаска, но промолчала.

Холодный западный ветер гнал дым на восток. Шаска плотнее запахнула плащ. Дни становились короче. Это несколько замедлило их путешествие, с тех пор как они выехали на юг из замка Северные врата, расположенного на берегу реки Развилки. Путники пробыли там три дня, наслаждаясь гостеприимством похожего на могучего медведя лорда Бакленда, а затем отправились к Болотной крепости.

Она стояла на вересковых пустошах и была хорошо защищена рвами и высокими стенами, такими толстыми, что проходы в них скорее напоминали туннели. В центре возвышалась огромная башня, оснащенная баллистами, катапультами и другими орудиями. Шаска слышала, что наконечники болтов и стрел защитники крепости делали из божественной стали.

– Так они могут пробить любые доспехи, – пояснила Мэриан. – Люди думают, что одетый в броню Сталерожденный рыцарь полностью неуязвим, но это неправда.

Слова наставницы придали Шаске уверенности, хотя она не сомневалась, что тукоранцы нападут на Болотную крепость вооруженными до зубов – это лишь вопрос времени. Потом дело дойдет до Северных врат, а затем и до Талана. Сколько людей погибнет к тому времени? Счет уже идет на тысячи, и это только начало. А что будет через месяц? Через два?

Шаска вздохнула, оглядывая развалины деревни. Нетронутыми остались только часовня, дом священника и большая каменная мельница у реки. Ее огромное колесо упрямо вращалось в воде, страдальчески поскрипывая. Бо́льшая часть конюшен сгорела дотла, от склада древесины тоже ничего не осталось. Дым от уничтоженной огнем таверны все еще поднимался в свинцовое небо, а половина одноэтажных лачуг и хижин, служивших кому-то домом, были разграблены.

Шаска оставила Мэриан и старого священника беседовать наедине и направилась к телам двух Зеленых поясов, на которых тот указал. Уже знакомый холодок пробежал по спине, но ей не потребовалось подходить близко, чтобы понять, что Дэла среди них нет. Оба старые и коренастые. Едва ли Дэл за это время мог стать на голову ниже. Шаска перевернула одно из тел ногой и увидела, что в груди у мертвеца застряла сломанная стрела, пробившая кольчугу и кожаный доспех с гербом Кастора. У другого из шеи тоже торчало тонкое ясеневое древко.

– Тот парень, что их убил, большой храбрец, – прохрипел священник, приближаясь к Шаске. Мэриан шла рядом с ним, держа руки за спиной.

– Кто это был? – спросила Шаска.

– Всего лишь мальчик, – печально сказал Пеннифор, – Маттиус. Ему не исполнилось и четырнадцати, даже голос еще не сломался. Он был охотником, и, как видите, довольно хорошим. Но из-за этого умер в муках. Его подвесили на дереве на том берегу ручья и нашпиговали стрелами. Они по очереди стреляли в него и смеялись. – Он поморщился, сглатывая слезы. – А этот командир из Сталерожденных просто стоял рядом и ухмылялся. Он даже не взялся за лук, просто наблюдал. Мог бы подарить Маттиусу быструю смерть, но нет… Он пытал мальчика только за то, что тот защищал свою деревню.

Шаска заплакала бы, если бы не была так зла. Она посмотрела на Мэриан и сказала:

– Они не могли уйти далеко. После дождей их следы будут хорошо заметны.

Мэриан глянула на восток. Казалось, она тоже жаждала справедливости, но ей хватало мудрости отказаться от этой мысли.

– Шаска, мы не можем сражаться с сотней человек. Этот командир и его люди получат по заслугам, но не от нас. – Она на мгновение взглянула на Шаску, чтобы убедиться, что та все поняла, а затем снова повернулась к Пеннифору. – Вы можете описать этого человека? Мы сообщим всем отрядам Солнечных плащей, чтобы они отрубили ему голову за юного Маттиуса. И за всех остальных, кого здесь убили.

– Премного благодарен, миледи, – проскрежетал старик. Он нахмурился, словно пытаясь собраться с мыслями, и протер глаза. – Он был молод, лицо румяное, на вид лет двадцать с небольшим. Без бороды. Темные вьющиеся волосы до шеи. На нем были прекрасные доспехи, но, по-моему, не из божественной стали. Разве что нагрудник и шлем… – Пеннифор снова задумался. Мэриан терпеливо ждала дальнейших подробностей. – У него был шрам на шее. Справа, насколько я помню. Похожий на старую боевую рану, хотя я не представляю, на какой войне мог сражаться такой юнец.

– Спасибо, этого достаточно. Подозреваю, что это был рыцарь дома Касторов, возможно, даже родственник лорда. Жестокость у них в крови. – Мэриан бросила на Шаску быстрый взгляд. – Я всем сообщу. Он долго не проживет, отец Пеннифор.

– Благодарю вас, миледи. – Он глухо рассмеялся. – Простите старика, я так и не спросил, как вас зовут.

– Я Мэриан из дома Пэйнов.

Пеннифор ласково улыбнулся.

– Значит, лорд Тандрик Пэйн – ваш отец?

– Дядя, – поправила Мэриан. – Мой отец умер, когда я была ребенком. Я выросла в чертогах лорда Тандрика.

– Держу пари, там, в тени Штормовых холмов, прекрасные чертоги. Слышал, он собрал пять тысяч воинов для охраны побережья. Здесь хорошо отзываются о лорде Тандрике. Он помог положить конец безобразной сваре, – сказал Пеннифор и, заметив удивление на лице Шаски, добавил: – Той сваре, о которой я говорил, между лордами Низин. Она могла бы перерасти в настоящую войну, если бы он не вмешался. Он спас много жизней, и люди помнят об этом. – Пеннифор поспешно склонил голову. – Леди Пэйн, для меня большая честь познакомиться с вами. Вы останетесь на ночь? У меня в домике есть свободная комната… – Видя, что Мэриан колеблется, он добавил: – Мы будем чувствовать себя в большей безопасности, зная, что вы и ваши люди здесь. Всего на одну ночь, леди Пэйн. Я принесу вино и солонину. В награду за ваши труды.

Мэриан улыбнулась.

– Оставьте солонину себе, – мягко сказала она. – И вино тоже. Мы не будем забирать у вас последнее, отец. Нам нужны лишь кров и теплый очаг.

Пеннифор взял ее за руки. На его глазах выступили слезы.

– Спасибо вам, миледи, – прохрипел он. – Спасибо за вашу доброту.

Он говорил так, словно Мэриан спасла ему жизнь, хотя на самом деле путники выиграли от этого куда больше: после нескольких ночей, проведенных на холоде, они были рады поспать под крышей.

Отец Пеннифор отправился готовиться к приходу гостей, а Мэриан махнула рукой, подзывая своих угрюмых вспотевших воинов. Все они отличались выносливостью, но едва ли кому-то из них пришлось по душе таскать трупы.

– Спасибо, что помогли им, – сказала Мэриан, одарив каждого благодарным взглядом. – Промочи горло, Ларк. Когда будем сжигать тела, траурная баллада придется к месту – хоть немного утешит жителей деревни. Но сначала я посоветуюсь с отцом Пеннифором. Что-нибудь более веселое сможем спеть перед сном.

– Значит, мы остаемся? – спросил Брэддин, так и не снявший свой помятый бронзовый щит на случай нападения вражеских отрядов.

– Пеннифор готовит для нас ночлег, – подтвердила Мэриан. – Там должно быть достаточно тепло. На рассвете отправимся на восток. Вслед за теми, кто сотворил все это. Нам сказали, что они искали здесь Сталерожденных.

– И не только их, – проворчал Квилтер, сплевывая под ноги. – Похоже, тут всех обобрали до нитки.

– Они нашли кого-то? – спросил Рорк. – Из Сталерожденных.

Мэриан покачала головой.

– Нет, но на востоке еще много поселений. Рорк, готов прокатиться?

Рорк расправил плечи и кивнул.

– Что нужно сделать?

– Поезжай вперед. Возьми с собой Квилтера. Скачите во весь опор и найдите нетронутую деревню на пути тукоранцев. Место, куда они должны добраться через день или два.

– Так точно. Подсадим туда нашу принцессу?

В этом и состоял план: найти деревню, оставить там Шаску и ждать, пока ее обнаружат как Сталерожденную и доставят в военный лагерь Кастора. Тогда-то и начнется ее настоящая работа.

– Да, если она по-прежнему согласна.

– Согласна, – выпалила Шаска, хотя сердце у нее замерло.

Мужчины улыбнулись.

– В глубине души я сочувствую этому Седрику Кастору, – сказал плосколицый Квилтер. – Он понятия не имеет, что его ждет.

– А должен бы, учитывая, сколько он нажил врагов, – заметил Брэддин, которого иногда называли «сэр» из-за его туманного происхождения. – Держу пари, он спит с открытыми глазами и ставит кучу стражников у дверей. Убить его будет непросто.

– Спасибо, Брэддин, – скривилась Шаска. – Так я чувствую себя намного лучше.

Стоявший рядом Ларк добродушно потрепал ее по плечу. Остальные относились к Шаске как к приемной дочери или младшей сестре, а вот Ларк иногда смотрел на нее по-другому. Шаска слышала, что он часто пользовался своим волшебным голосом, чтобы привлечь внимание женщин. Однажды ночью в лесу, разомлев от вина, он решил испытать эти чары и на ней, думая, что остальные уже спят, но раздавшееся поблизости хихиканье быстро положило конец его руладам: парень так сильно покраснел, что стало видно даже в темноте.