Сьюзен Янг – Ведьма с болот (страница 33)

– Ты удивительная девочка, Калиста Уинн, – сказал он голосом, который как будто доносился издалека. – Я горжусь тобой. Я так тобой горжусь.

Калиста взглянула на папу, не отпуская его. Он таял. Рассеивался. Но не переставал обнимать её и улыбаться.

– Ты можешь победить, – проговорил Мак. – Время ещё есть. Я знаю…

– Я люблю тебя, папа, – шёпотом сказала Калиста.

– С днём рождения, дочка. Ты проживёшь прекрасную жизнь, я это чувствую. – Он приложил руку к сердцу. – Я чувствую.

По его лицу пробежала трещина, и улыбка Мака рассыпалась пеплом.

Калиста коснулась уцелевшей щеки отца, словно надеясь его удержать.

– Папа, подожди! – закричала она. – Пожалуйста!

Дух Мака Уинна превратился в облако чёрного пепла и развеялся по комнате.

26

Калиста чуть не упала, но Уайленд её подхватил. Он смотрел на оседающий чёрный пепел в замешательстве. Тем не менее мальчик явно понял, чтó произошло.

Он не пытался утешить Калисту, лишь помог ей устоять на ногах. Когда Калиста наконец подняла заплаканные глаза, то увидела бабушку Джози, бледную, безнадёжно поникшую. Она утратила дар речи.

Высокая Дама рассмеялась.

– Двое из твоих детей, старуха, – сказала она. – И это ещё не конец.

Она наклонилась и медленно провела тыльной стороной ногтей по щеке спящего Паркера.

– Ты так любишь этот город. Хотя люди обращались с тобой скверно. Они тебя отвергали, а ты всегда их защищала.

– Временами они нуждаются в защите, – произнесла бабушка Джози холодно и спокойно.

Эдвина отвела взгляд от спящего мальчика.

– Я заберу всех детей, – сказала она. – Заставлю горожан заплатить за то, что они со мной сделали. Ничто меня не остановит. В этом мире нет силы, способной меня удержать. – Эдвина взглянула на Калисту: – Твоя тётка – не исключение, деточка. Похоже, она растеряла все способности. Я охотно разъясню ей это, прежде чем убить.

Калиста словно обезумела. Эдвина их победила. Она забрала душу тёти Вирджинии, а теперь и папину душу. Она погубит всех. На мгновение Калисте даже захотелось сдаться. Она потеряла папу. Но тут её взгляд упал на сестрёнку, спавшую на полу. Такую невинную. У Молли была целая жизнь впереди…

– Молли, – прошептала Калиста и ощутила прилив храбрости.

Всё это было ради Молли. Она пришла сюда, чтобы спасти её.

Калиста стала быстро соображать. Эдвина сказала: «В этом мире нет силы, способной меня удержать». Калиста повторила про себя: «В этом мире. В этом мире». В словах Эдвины заключалась подсказка…

Калиста почувствовала запах задутых праздничных свечек. «Время ещё есть», – сказал Мак.

«Время ещё есть!» – подумала Калиста.

Она с тревогой оглянулась на Уайленда:

– Который час?

– Что? – растерянно спросил он, но тем не менее достал мобильник. – Без пяти двенадцать.

Калиста облегчённо вздохнула и повернулась к Эдвине. Она знала, что делать. Может быть, с самого начала она знала, что всё закончится здесь, среди грязи и пепла.

– Давай договоримся, – сказала Калиста.

Бабушка Джози, казалось, испугалась, услышав это. Она внимательно взглянула на внучку, пытаясь понять, что та задумала. А потом одобрительно кивнула.

– А что ты можешь мне предложить, малявка? – со смехом спросила Эдвина.

– Свою душу, – с дрожью сказала Калиста. – В обмен на них, – она указала на спящих у ног Эдвины детей. – У меня больше сил, чем у них, вместе взятых.

Высокая Дама оглядела Калисту и с досадой покачала головой.

– Ты слабеешь прямо на глазах, – сказала она. – Ты хоть представляешь, кто я и что могу? Ты понимаешь, как ничтожна в сравнении со мной?

Эдвина взглянула на Уайленда и улыбнулась, а затем вытянула руку и шевельнула пальцами. Тело Паркера Дэвиса оторвалось от пола; голова у него болталась с боку на бок, как у тряпичной куклы, руки безжизненно висели.

Уайленд издал полный ужаса крик и схватил Калисту за плечо. Та знала, что объяснять некогда. Она и не могла объяснить то, что собиралась сделать. Калиста вырвалась и шагнула вперёд.

– Я знаю, что ты могущественна, – сказала она, чтобы умилостивить Эдвину. – Ты самый сильный медиум на свете. Отпусти мальчика. Возьми вместо него нас, обеих сестёр Уинн. Пусть моя бабушка увидит, как ты ужасна.

Бабушка Джози стояла и смотрела, словно в предвкушении.

Эдвина провела языком по острым зубам. Ей явно понравилась мысль сделать больно бабушке Джози. Она вновь взглянула на болтавшегося в воздухе Паркера.

– Ты жертвуешь собой ради чужого мальчишки? – уточнила Эдвина, повернувшись к Калисте.

Та кивнула и сделала ещё шаг вперёд.

Эдвина пронзительно расхохоталась.

– Ты такая же, как твоя бабка, – презрительно сказала она. – Слабая и никчемная.

Калиста позволяла Эдвине швыряться оскорблениями и в то же время боялась, что до полуночи остались считаные секунды. Её силы быстро таяли. Призрак Высокой Дамы начал расплываться по краям.

И тут Калисты коснулась чья-то тёплая рука. Она увидела рядом бабушку. Та улыбнулась – ласково и любяще.

– Наше время почти истекло, – тихонько сказала бабушка Джози. – Я люблю тебя, милая моя девочка.

Калиста открыла рот, чтобы возразить, но бабушка покачала головой.

– Всё будет хорошо.

Она сжала руку внучки.

– А теперь действуй и забудь всё, что мы с тётей Фреей тебе говорили. Не сдерживай себя. Спаси детей. Ради нас всех.

По щекам Калисты потекли слёзы, на губах замерли прощальные слова. Но тут послышался стук: Эдвина опустила тело Паркера на пол. Мальчик даже не пошевелился.

Дух бабушки Джози померк, её рука исчезла. Калиста лишилась возможности видеть бабушку, но по-прежнему чувствовала тепло.

Высокая Дама вздохнула.

– Я принимаю твоё предложение, – сказала она. – Но сестру ты не спасёшь.

Калиста быстро вытерла слёзы.

– Пощади Паркера, – произнесла она, в то время как Эдвина продолжала таять у неё на глазах. – Пощади Паркера, и я не буду сопротивляться. Я… в твоём распоряжении.

Помахав рукой, Эдвина заставила бесчувственное тело мальчика скользнуть по полу, к брату. Уайленд быстро схватил Паркера и отступил с ним к стене, лихорадочно озираясь. Калиста чувствовала страх Уайленда, но даже это ощущение сделалось тусклым.

Осталось несколько мгновений. Она подошла к Эдвине вплотную и посмотрела на возвышавшуюся над ней злую ведьму.

– Жаль, что ты не осталась лежать в болоте, – сказала Калиста, и по щекам у неё снова покатились слёзы.

Ей было страшно. Но она не старалась подавить страх, чтобы ясно мыслить. Она не боролась с печалью. Даже не пыталась быть сильной, как её учила тётя.

Вместо этого Калиста позволила себе почувствовать буквально всё. Любовь к сестре и маме. Любовь к папе и бабушке. Невысказанную скорбь от их смерти. Печаль утраты. Она позволила себе почувствовать гнев на то, что её жизнь сложилась вот так, и досаду на то, что никто не замечал её борьбы.

Калисту разрывали эмоции, но, когда волны боли отступили и улеглись, осталась только любовь. Такая сильная, что она могла заполнить весь мир.

Калиста закрыла глаза и собралась с силами.

Высокая Дама улыбнулась, обнажив острые зубы, и приготовилась пожрать душу Калисты. Девочка ощутила нестерпимую боль. Она закричала – ей казалось, что с неё сдирают кожу, что кости ломаются на куски. Боль была так сильна, что у Калисты подкосились ноги. Её буквально рвали на части.