Сьюзен Спиндлер – Суррогатная мать (страница 35)

Рут садится на велосипед и едет в центр планирования семьи, расположенный в передвижном сооружении за поликлиникой. Когда у нее спрашивают имя и адрес, она начинает волноваться: ей кажется, будто ее записывают в список грешниц, но все вокруг ведут себя так, будто это обычная формальность. Ей измеряют давление, задают несколько вопросов и наконец выдают белую коробочку с запасом на три месяца.

На следующее утро Рут достает из блистера одну таблетку – розовую, глянцевую и на вид совершенно безобидную. Она кладет ее на язык и чувствует вкус подсластителя. Потом ей вдруг приходит в голову развернуть инструкцию, в которой написан длинный перечень побочных эффектов и возможных осложнений: отек пальцев, ступней и лодыжек; мигрень, депрессия, тромбоз, рак, эмболия, смерть. Мама была права! Аллегра же всего лишь на первом курсе медицинского, что она может знать? Рут выплевывает таблетку и бросает коробочку в урну.

Рут все чаще ночует в комнате Адама – она стариннее и краше ее скромной кельи для первокурсников. Они вместе завтракают и расходятся по своим делам: на лекции и в библиотеку. Она учится готовить по рецептам из книг в мягких обложках: омлет по-испански, рататуй и спагетти под разными соусами. Вечером они ужинают, пьют терпкое красное вино и занимаются любовью. Адам никогда не чувствовал себя таким счастливым и постоянно думает о том, как ему повезло.

Семестр заканчивается. Рут сидит с друзьями в общей гостиной с видом на учебные корпуса. Низкое декабрьское солнце заглядывает в окна и наполняет комнату светом. Одна из ее подруг подталкивает ее локтем и показывает на дверной проем: “А вон и твой прекрасный принц!” Она видит его улыбку, и на душе становится тепло. Ее окрыляет собственный успех: она учится в лучшем университете, у нее хорошие друзья и любимый мужчина.

Однажды ночью Адам просыпается в холодном поту и весь дрожит. Рут включает свет и прижимается к нему поближе. Она говорит, что он кричал во сне и озирался, как будто его жизнь была в опасности. Она пыталась с ним поговорить, трясла его, но он не просыпался. Как только сердце Адама успокоилось, он объяснил, что с детства страдает от ночных кошмаров. От них нельзя избавиться, но он поступил очень безрассудно, не предупредив об этом Рут.

– Обычно я крепко сплю. Представляю, насколько странно это выглядит со стороны. Мама говорила, что кошмары мне начали сниться после смерти отца. Думаю, ты легко можешь себе представить, что о моей особенности говорили в школьном общежитии.

– Бедняжка, – говорит Рут, обнимая его. – Расскажи о своем отце. Сколько тебе было лет, когда он умер?

И впервые в своей жизни Адам поведал эту историю, обливаясь слезами, – ему казалось, что он выплакал все эти переживания еще тогда, в семилетнем возрасте. Она гладит его по голове, и они засыпают, уткнувшись друг в друга. “Моя мамаша Кураж, моя русалка из Зеннора – эта внучка шахтера станет моей опорой”, – думает он.

“Этого не может быть!” Все тело Рут налилось тяжестью и разбухло, она все время чувствует себя больной. Она вспоминает обнадеживающую улыбку врача, когда первый тест на беременность месяц назад оказался отрицательным.

– Не беспокойтесь, у вас просто задержка менструации, скорее всего из-за стресса. На первом курсе университета у многих девушек сбивается цикл.

На следующий месяц менструация так и не началась, и с Рут явно что-то не так: грудь набухла, соски стали слишком чувствительными. Каждый час она ходит в туалет, в надежде увидеть менструальную кровь. Но ничего нет.

Три дня назад она сдала повторный тест и теперь ждет результаты. Врач просматривает стопку тонких голубоватых бумажек и долго не может найти нужную. Рут мечтает, чтобы этот момент длился вечно и последствия никогда не наступили.

– А, вот и он, – с непроницаемым лицом говорит доктор. – Положительный. Сегодня сделаем еще один, но, учитывая ваши симптомы, предлагаю действовать исходя из того, что результат верный.

– Но как же результат первого теста?

– Ложноотрицательный, такое иногда случается, – пожав плечами, говорит врач и пристально смотрит на Рут. – Как вы относитесь к беременности?

Слово повисло в воздухе, и у Рут перехватило дыхание: беременность свяжет ее по рукам и ногам, полностью определит ее жизнь. Ей захотелось закричать: “Нет! Я не беременна! Этого не может быть! Тут какая-то ошибка!” Вместо этого она сказала:

– У меня нет возможности… Вряд ли я… – начала Рут, стараясь собраться с мыслями. – Мы используем презервативы, поэтому я не понимаю… У меня учеба, я не могу…

На глазах выступают детские слезы обиды. Она не была к этому готова.

Доктор понимающе кивает. Рут вдруг осознает, что не ей одной приходится через это пройти. Множество других девушек (падших женщин, распутниц, шлюх) сидели на том же самом стуле и слышали эти клишированные слова:

– Презервативы могут быть неэффективны в восемнадцати процентах случаев, если дополнительно не были использованы спермициды, – мягко произносит врач, скорее доходчиво, нежели строго. – Конечно же, есть и другое решение.

К своему удивлению, тихим голоском, но уверенным и твердым, Рут заявляет:

– Запишите меня на аборт. Пожалуйста.

– В государственных клиниках Оксфорда, скорее всего, придется долго ждать приема, потому что далеко не все гинекологи делают операции по прерыванию беременности. Я могу направить вас в “Консультационный центр для беременных” – это благотворительная организация со штаб-квартирой в Лондоне. Направление придет завтра утром, позвоните по указанному номеру и запишитесь на прием, – говорит врач и протягивает ей листовку центра.

Рут неуверенно заглядывает в глаза доктора – непроницаемый, профессиональный взгляд.

– Об этом сообщат в мой колледж?

– Не волнуйтесь, Рут, все строго конфиденциально.

Этот маленький добрый жест – вслух произнесенное имя – трогает Рут, и она плачет навзрыд. Понимая, что врач не хочет видеть ее истерику, она встает и уходит.

Адам возвращается с утренних лекций и застает возле своей комнаты Рут, сидящую на каменных ступенях. Она уткнулась лицом в колени и раскачивается взад и вперед. Вокруг нее черным пятном расплывается плащ. Раньше она никогда не приходила днем. Он рад ее видеть, но тут же чувствует неладное. Она сказала, что им нужно поговорить. Срочно. В его комнате. Он открывает дверь и пропускает ее вперед. Она хочет его бросить, ей нужен кто-то посерьезнее, такой же, как она сама, – Адам боялся этого с самого начала. Ему кажется, что он влюблен. “Не вздумай ее уговаривать, пусть это быстрее закончится”, – думает он про себя.

Они стоят друг напротив друга, почти как в кино.

– Говори, – произносит он, стараясь звучать невозмутимо.

– Я беременна, почти девять недель.

Вздох облегчения – и тут же паника.

– Чего же ты молчала?!

– Первый тест был отрицательным. Я подождала еще месяц и сделала второй. Узнала два часа назад. – Бледная как мел, она замерла неподвижно, прижав руки к груди. – Потом сразу к тебе.

– Прости, – это из-за него, и он должен взять вину на себя. – Не знаю, как так вышло, я проверял все презе…

– Нет-нет, не извиняйся, – твердит она и резко качает головой, будто хочет вытряхнуть мысли из головы.

Его жизнь рушится, но он решает действовать по проверенной временем схеме.

– Я женюсь на тебе. Ну, если ты не против, конечно, – неуверенно произносит он, будто актер, не успевший отрепетировать свои реплики.

– Спасибо, но это не потребуется. Я прерву беременность, – говорит она твердым, решительным голосом, но к глазам подступают слезы.

– Я понимаю, но можем обсудить…

– Нет, я уже все решила, – заявила Рут и всхлипнула. – Нужно торопиться.

“Этого не может быть”, – думает Адам.

– Но это не единственный выход. Если оставишь ребенка, будем растить его вместе…

– Это не ребенок! – кричит она, и по ее щекам стекают слезы. – Это просто сгусток клеток, который появился по ошибке! И если я с ним ничего не сделаю, мне конец!

– Я понимаю, просто… – начал Адам, но Рут не дает ему договорить.

– Есть клиника, где мне могут помочь. Если они согласятся, мне сразу нужно будет заплатить взнос, но у меня не хватит денег… – Она замолкает и с замиранием сердца ждет ответа.

Адам отшатывается назад.

– Я заплачу, сколько потребуется, но давай все обсудим, давай поговорим.

Он никогда не падал в обмороки, но в этот самый момент его настигает похожее чувство: в глазах потемнело, в нос ударил запах антисептика и эфирных масел. Все вокруг будто разом исчезло.

Рут плохо ориентируется в Лондоне и в метро. Она потерялась и дважды села не на тот поезд. Возле эскалатора будто специально для нее висит рекламное объявление:

ЕСЛИ ВЫ РАДЫ НАСТУПЛЕНИЮ БЕРЕМЕННОСТИ, МЫ ВАС ПОЗДРАВЛЯЕМ!

ЕСЛИ НЕТ – ЗВОНИТЕ НАМ!

КРУГЛОСУТОЧНАЯ СЛУЖБА ПОДДЕРЖКИ.

КОНСУЛЬТАЦИОННЫЙ ЦЕНТР ДЛЯ БЕРЕМЕННЫХ

Сотрудники и консультанты – только женщины – проводят ее мимо однотипных кабинетов с белыми стенами, растениями в горшках и картотечными шкафами. Они подчеркнуто вежливы, но едва ли приветливы.

– Вы уверены в своем выборе?

– Да.

– Вы состоите в отношениях с потенциальным отцом?

– Да.

– Он осведомлен о прерывании беременности?

– Да.

– Желаете ли вы обсудить другие возможности?

– Нет.

– Считаете ли вы, что ваше душевное здоровье значительно ухудшится, если вы решили бы оставить ребенка?