Сьюзен Коллинз – Баллада о змеях и певчих птицах (страница 60)
Когда они явились к месту сбора, Кориолану выдали автомат, хотя их подготовка была, мягко говоря, минимальной. «Не волнуйтесь, майор сказал, что от нас требуется всего лишь стоять по стойке смирно», – успокоил их другой новобранец. Солдат посадили в грузовики и повезли по кольцевой дороге, огибавшей Дистрикт-12. Кориолан нервничал, ведь это была его первая миротворческая миссия, и в то же время радовался. Всего пару недель назад он был обычным школьником, а теперь у него есть военная форма, автомат и статус мужчины. Даже миротворцы самого низкого ранга обладают определенной властью, ведь они представляют в дистриктах сам Капитолий. При мысли об этом Кориолан гордо расправил плечи.
По мере того, как грузовик объезжал дистрикт по периметру, обшарпанные здания сменяли убогие лачуги. Из-за жары окна и двери были распахнуты настежь. На ступеньках сидели женщины с осунувшимися лицами, глядя, как тщедушные дети вяло копошатся в грязи. В некоторых дворах стояли насосы, значит, проточной воды у них не было. Судя по провисшим проводам, электричество также отсутствовало.
Такая вопиющая нужда испугала Кориолана. Большую часть жизни он перебивался с хлеба на воду, однако Сноу всегда старались сохранять достоинство. Эти же люди сдались, и Кориолан считал, что они отчасти сами виноваты. Он покачал головой.
– Мы вливаем столько денег в дистрикты, – заметил он, вспомнив неоднократные жалобы, которые ему доводилось слышать в Капитолии.
– Мы вливаем деньги в свою промышленность, а не в сами дистрикты, – поправил его Сеян. – Люди выживают, как могут.
Грузовик с грохотом съехал с усыпанной шлаком кольцевой на грунтовую дорогу, которая огибала большой, плотно утоптанный пустырь у края леса. В парках Капитолия встречались лесопосадки, и они были прекрасно ухожены. Здесь же стоял самый настоящий густой лес – деревья, лианы, кусты росли как им угодно. Отсутствие порядка тревожило Кориолана. Кто знает, какие там обитают существа? Непонятное жужжание, несмолкаемый гул и странные шорохи заставляли его нервничать. А какой шум поднимали здешние птицы!
У края леса росло огромное дерево, простиравшее во все стороны похожие на руки узловатые ветви. С одной из них свисала петля, под которой стоял грубо сколоченный помост с двумя люками.
– Нам давно обещают построить нормальную виселицу, – заметил пожилой майор, командующий казнью. – Пока же пришлось соорудить времянку. Раньше мы просто вздергивали приговоренных с земли, но они умирали ужасно долго. Кому охота торчать тут и ждать?
Девушка-новобранец, вместе с которой Кориолан добирался до базы, робко подняла руку.
– Скажите, пожалуйста, кого мы сегодня вешаем?
– Очередного недовольного, который пытался закрыть шахты, – ответил майор. – Они все тут недовольные, но этот – главарь. Зовут Арло. Остальных пока ищем, хотя я не представляю, на что они надеются. Бежать-то некуда. Ладно, все на выход!
Кориолану с Сеяном отвели чисто декоративную роль: стоять «вольно, по-парадному» в заднем ряду одного из двух отрядов по двадцать человек, которые разместили по бокам помоста. Кориолану очень не понравилось, что за спиной – лес с неухоженной флорой и дикой фауной, однако приказ есть приказ. Он смотрел перед собой, на противоположную часть пустыря и находящийся за ним дистрикт, откуда прибывали зрители. Многие пришли прямо с шахт, судя по перепачканным угольной пылью лицам. К ним присоединялись чуть более чистые женщины и дети. Кориолан встревожился, когда счет местных пошел на сотни, и толпа стала напирать на помост самым зловещим образом.
С грунтовой дороги медленно съехали три машины. Из первой, которая до войны наверняка считалась роскошной, вылез мэр Дистрикта-12, некий Липп, в сопровождении жены, крашеной блондинки средних лет, и дочери, той самой Мэйфэр, пострадавший от змеи Люси Грей в день Жатвы. Они встали вплотную к помосту. Командир Хофф и полдюжины офицеров выбрались из второй машины, с развевающимся флагом Панема на капоте. Двери третьей, белого фургона миротворцев, распахнулись, и по толпе прокатился стон. На землю спрыгнули двое солдат и помогли спуститься узнику. Закованный в тяжелые кандалы высокий худой мужчина шел к помосту удивительно прямо. Он с трудом затащил свои цепи по хлипким ступеням, и конвой поставил его на люк.
Майор рявкнул приказ, и Кориолан машинально встал по стойке смирно. Вообще-то смотреть следовало прямо перед собой, но он краешком глаза наблюдал за происходящим на помосте, к тому же его скрывали спины стоявших впереди солдат. Кориолан никогда не видел казни в реальной жизни, только по телевизору, и почему-то не мог отвести взгляд.
Толпа умолкла, миротворец зачитал список преступлений приговоренного, Арло Чэнса, включая убийство трех человек. Он пытался говорить громко, но в жарком влажном воздухе голос звучал глухо. Командир кивнул миротворцам на помосте. Они предложили приговоренному повязку на глаза, тот отказался, и ему набросили на шею петлю. Мужчина держался стоически.
С дальнего края помоста раздалась барабанная дробь, в передней части толпы кто-то вскрикнул. Кориолан оглянулся в поисках источника звука. Над людской массой поднялась молодая женщина с оливковой кожей и длинными темными волосами – мужчина пытался унести ее прочь, взвалив себе на плечо, а она изо всех сил вырывалась и кричала: «Арло! Арло!» К ним тут же кинулись миротворцы.
Ее голос взбудоражил Арло: на его лице отразилось сначала удивление, потом ужас.
– Беги! – завопил он. – Беги, Лил! Беги! Бе… – Стук открывшегося люка и звон натянутой веревки оборвали его на полуслове, заставив толпу ахнуть. Арло пролетел пятнадцать футов и умер мгновенно.
Наступила зловещая тишина. Кориолан обливался холодным по́том и ждал, что будет дальше. Нападут ли на них жители? Придется ли ему стрелять? Как вообще работает автомат? Он замер в ожидании приказа. Вместо этого раздался жуткий голос мертвеца, грянувший над мерно покачивающимся трупом.
– Беги! Беги, Лил! Бе…
Глава 23
По спине Кориолана пробежала дрожь, другие новобранцы тоже содрогнулись.
– Беги! Беги, Лил! Бе…
Крик нарастал и буквально поглотил Кориолана, эхом отражаясь от деревьев и атакуя его сзади. Ему показалось, что он сходит с ума. Забыв про приказ, он завертел головой, словно ожидая увидеть целую армию Арло, окружающую со всех сторон. Ничего. Никого.
Вдруг голос мертвеца раздался снова, на этот раз с ветки прямо над ним.
– Беги! Беги, Лил! Бе…
Заметив черную птичку, Кориолан вспомнил лабораторию доктора Галл, где видел таких же существ. Сойки-говоруны! Похоже, лес прямо-таки кишит ими, и сейчас они имитируют предсмертный вопль Арло.
– Беги! Беги, Лил! Бе…
– Беги! Беги, Лил! Бе…
– Беги! Беги, Лил! Бе…
Снова встав по стойке смирно, Кориолан увидел, какой переполох птицы вызвали в заднем ряду, хотя бывалые миротворцы застыли как ни в чем не бывало. «Наверное, уже привыкли», – подумал Кориолан. Вряд ли ему это когда-либо удастся. Тем временем предсмертный крик Арло постепенно превратился в мелодию. В музыкальную фразу, повторявшую его интонацию, причем гораздо более навязчивую, чем сами слова.
Миротворцы схватили женщину, Лил, и увели прочь. Она издала последний отчаянный вопль, и птицы подхватили его тоже, сперва как голос, потом как часть мелодии. Человеческая речь исчезла, остался лишь музыкальный диалог Арло и Лил.
– Сойки-пересмешницы, – проворчал солдат, стоявший впереди. – Паршивые переродки!
Кориолан вспомнил разговор с Люси Грей перед интервью.
Так вот что имела в виду Люси Грей! Шоу Капитолия – казнь. Сойки-пересмешницы действительно существуют. Какие-то местные птицы, предположил Кориолан. Кого же тот солдат назвал переродками? Кориолан прищурился, пристально всматриваясь в густую листву. Зная, что искать, он заметил сразу нескольких соек-говорунов. Наверно, сойки-пересмешницы выглядят точно так же… Нет, вон они! Сидят немного повыше. Черная птица чуть крупнее сойки-говоруна внезапно расправила крылышки, сверкнув двумя пятнами ослепительно белого цвета, подняла головку и запела. Кориолан понял, что это и есть сойка-пересмешница, и невзлюбил ее с первого взгляда.
Пение птиц взволновало зрителей, шепот сменился ропотом, а затем и отдельными выкриками недовольства, когда миротворцы посадили Лил в тот же фургон, который привез Арло. Кориолан страшился мощи толпы. Вдруг она накинется на солдат? Не дожидаясь приказа, он снял оружие с предохранителя.
Автоматная очередь заставила его подпрыгнуть, и он огляделся в поисках окровавленных тел, но увидел лишь усмехающегося офицера. Опустив оружие, тот кивнул командиру, который приказал разогнать птиц. Среди них Кориолан заметил десятки пар черно-белых крыльев. Стрельба утихомирила и толпу. Миротворцы махали руками и кричали: «За работу!» и «Шоу окончено!». Люди стали расходиться. Кориолан продолжал стоять по стойке смирно, надеясь, что никто не заметил его возни.
Когда все забрались обратно в грузовик, чтобы ехать на базу, майор сказал: