Сьюзен И – Конец времен (ЛП) (страница 33)

— Да какая тебе разница? Забудь о своих примитивных мифах. Хотя местечко, действительно, адское.

— Хорошо, на кого вы охотитесь? — перевожу я тему.

Ангел с коричнево-желтыми крыльями фыркает:

— Мы не охотники. Мы — жертвы.

Не нравится мне все это.

— А кто вы вообще такие? — Нет, я, конечно, предполагаю, что это и есть Хранители, но убедиться не помешает. — На ангелов вы не похожи, да и на… — А что я, в сущности, знаю о том, как выглядят местные демоны?

— О, мы забыли представиться?! Приносим свои извинения! — говорит не-ангел с коричнево-желтыми перьями. Свой сарказм он подчеркивает поклоном. — Мы недавно падшие. Хранители, если точнее. И, вероятно, твои палачи. Не все и сразу, кто-то один из нас. Но суть ты уловила. Так вот, Я — Ревун[3].Это Ястреб. — Он указывает на темнокожего не-ангела с черными перьями, а затем поочередно кивает на товарищей, называя их имена: — Термо. Летун. Крепыш Ви. Малыш Ви. И тот, что тебя держит — это Циклон. — Ревун оглядывает остальных — их слишком много, чтобы знакомиться с каждым, все равно я их не запомню. — Нас волнует, кто она такая?

— Конечно, — отвечает Летун. — Будет над чем подумать в следующем тысячелетии, когда нам вконец опротивят собственные мысли. Кто же ты?

— Я… — Называть я себя не спешу. Раффи говорил, в именах заключается сила. — Истребительница ангелов.

В голове все звучало лучше, а на деле как-то смешно. Ну да ладно.

На мгновение все умолкают и глядят на меня, забывая моргать.

А затем как по команде принимаются хохотать.

Ревун наклоняется вперед, прижимая ладонь к ребрам — похоже, они сломаны.

— Ой, не смеши! Мне же больно…

Циклон тихо посмеивается за моей спиной. Он наконец меня отпускает. Волосы спасены.

— Матерь божья, не думал, что все еще могу смеяться.

— Да-а, давненько мы этого не делали, — соглашается Малыш Ви.

— Истребительница ангелов?! — переспрашивает Ревун.

— Что ж, чудненько, — говорит Велиал, он же Крепыш Ви. — Теперь-то мы можем ее съесть?

— Он прав, — кивает Малыш Ви. — Когда мы в последний раз полноценно ели? Пусть она тощая, но мне важен любой кусок. Иначе мне не исцели…

Что-то его хватает — щупальце? — и утаскивает назад. Не-ангел кричит, извиваясь и отбиваясь ногами, но не может освободиться.

Существо волочит его за кучу строительного мусора — голова и плечи Малыша Ви проезжают по камням и осколкам.

Хранители тут же приходят в полную боевую готовность, но я вижу, что сил у них маловато, и легкие подводят. С кормежкой здесь действительно туго.

Я замираю на месте. Если уж легендарные воины боятся, что остается мне? Я начинаю жалеть о том, что не сдержала язык за зубами и предложила явиться сюда. Перспектива умереть на гладиаторской арене начинает казаться заманчивей смерти в аду.

На лицах недавно падших написан страх, но они все равно летят за Малышом Ви. Они молотят щупальца руками и ногами, стараясь вытянуть товарища из хватки чудовища.

Вдруг одного из них засасывает что-то вроде ураганного смерча. Оно втягивает его в оконный проем полуразрушенного здания. Раздается крик, через пару секунд — тишина.

Те, кто стоял ближе, бросаются к окну, но заглянув внутрь, тут же отворачиваются. На лицах смесь отвращения и потрясения — им бы хотелось забыть эту картину.

Вдалеке раздаются чьи-то крики. Безумный пронзительный визг, леденящий мою кровь.

Хранители отступают, а с ними и Малыш Ви, отбрасывающий ногой последнее из щупалец. Не-ангелы разворачиваются и несутся прочь от сумасшедших воплей.

Кто-то берет меня за руку и тянет за собой. К моему удивлению, это Велиал.

— Держись с нами. Мы — твоя единственная надежа.

Я заметила, что он не уточнил, какого рода надеждой они являются. Я наклоняюсь за мечом, не заботясь о том, что могу на этом попасться. Все слишком заняты: инспектируют территорию, строятся — им не до меня.

Мы делимся на две группы и бросаемся врассыпную. Проверенная стратегия? Судя по внешнему виду Хранителей, помогает она не особо. И это плохо.

Где Раффи?!

Во что я впуталась?

ГЛАВА 36

Мы бежим зигзагами по району, будто стая волков, удирающая от охотника. Повсюду разбросаны битые кирпичи и чьи-то останки. Обугленные и скрюченные деревяшки лежат вперемешку с ржавыми кусками металла среди руин.

Я стараюсь не отставать от Хранителей: одни бегут, другие низко летят над землей — никто не рискует подняться выше и быть замеченным. Велиал из тех, кто летит. Он ухватился за лодыжку одного из товарищей, и тот выступает в роли поводыря. Подобного рода полет требует значительной степени доверия, с которым у Велиала из моих дней целая куча проблем.

Меня, наверное, убьют, как только представится шанс. Но разбираться с этим я буду после спасения от того, что пытается нас прикончить, чем бы оно ни было. Я оборачиваюсь посмотреть на преследователя и сразу об этом жалею.

Я вижу три накачанных демона, похожих на того, с кем я встретилась в воспоминании Велиала. Они огромны, раздутые мускулы перетянуты кожаными полосками, торсы обнажены — и это все, что мне удается разглядеть.

Кажется, в преисподней нет коров. И я стараюсь не думать о том, чью же кожу они используют в качестве ткани.

Они мчат в колесницах, запряженных дюжиной недавно падших — закованных в цепи и истекающих кровью. Демоны их секут, и те исступлённо работают крыльями. Новеньких в них выдает обилие сломанных и помятых, но все-таки перьев. И я, даже не глядя, знаю, что некоторых приковали к ободу колеса, как Велиала в прошлом.

С плетями демонов я тоже уже знакома — при каждом взмахе хлыста головы на концах — рыжеволосые и зеленоглазые — вгрызаются в рабов, тянущих колесницы. Шевелюры развеваются так, словно мы находимся под водой. Все это было и раньше. Беззвучный крик в том числе.

Хозяева преисподней взмахивают хлыстами, и головы впиваются в падших, вырывая кожу и перья.

Один из демонов смотрит на меня. Кажется, это тот, которого не устроило мое присутствие во время прошлого визита в преисподнюю. Крылья его в огне, тело блестит, отражая красное зарево. Колесницы приближаются, и он направляет свой хлыст в мою сторону.

Головы-близнецы разевают рты и летят ко мне, будто клубки зубов, глаз и змеевидных волос. Выражения лиц — за гранью безумия.

Я знаю одно — ни одна из них не должна коснуться меня! Я бегу изо всех сил, резко сворачиваю за угол и прячусь за разрушенным зданием.

В крошащейся стене я замечаю дверь и бросаюсь ее открывать.

Внутри непроглядная тьма и я собираюсь бросить в проем камень, но тут один из Хранителей совершает аварийную посадку в паре шагов от меня.

Это Велиал. Одна голова торчит из его спины.

Еще две падают на него: одна приземляется на руку и принимается выдирать полоски кожи, а вторая — на волосы и, схватившись за них, начинает раскачиваться по кругу.

Велиал хватает ту, что резвится на голове, и сминает в своих ладонях.

Я подпрыгиваю и яростным ударом сбиваю голову с его спины. Велиал — мой билет отсюда. И я никому не позволю его убить. Страшно представить, что случится, если он погибнет в своем воспоминании.

Оставшаяся голова поднимается по его руке. Я отдираю ее вместе с кожей, игнорируя вопли Велиала, и давлю ногами до тех пор, пока та не прекращает дергаться.

Велиала покачивает. Я толкаю его вниз, спускаюсь следом по темной лестнице и захлопываю за нами дверь.

Задвинуть засов не так уж и просто, но я стараюсь пыхтеть потише, пока справляюсь с ним.

Похоже, мы очутились в подвальном помещении без пяти минут обвалившегося здания. Единственным источником света остаются трещины в двери. А другого выхода в кромешной тьме не найти.

Земля над нами вибрирует. Стены крошатся, и массивные обломки с резким стуком бьются о дверь.

Я напрягаюсь, сжимая меч обеими руками. Велиал прислушивается к происходящему на улице, он выглядит обреченным — будто тысячи раз проходил через этот сценарий и постоянно проигрывал. Судя по тому, как он и другие Хранители побиты и изранены, мое предположение не далеко ушло от истины.

Дверь сотрясается, засов гремит — головы нас нашли. Проходит вечность, прежде чем они прекращают вгрызаться в дерево и биться в него лбами.

Крики и свист рассекающего воздух хлыста становятся глуше. Головы нас заметили, но демоны, кажется, нет.

Грохот колесниц исчезает вдали.

Я осторожно выдыхаю и оглядываюсь по сторонам. Мы в какой-то подземной лачуге. Потрепанные постельные принадлежности свалены в тени, рельефные отложения грязи, угли в давно погасшем очаге.

— Знаешь, что бы они с тобой сделали? — хриплый шепот Велиала раздается прямо над ухом.

Я подпрыгиваю от неожиданности — не знала, что он так близко.