Сьюзен Хилл – Удержать птицу счастья (страница 20)

А кто будет держать Сашу за руку, когда ее ребенок отправится в школу, а затем и в колледж? Кто тогда станет для нее светом в окошке? Если бы Саша могла заглянуть чуть дальше детской колыбельки...

Как, удивлялся Джейк, эта Саша Ламберт постоянно умудряется выводить меня из себя?

В письме, пришедшем из клиники, содержалась масса информации о процессе оплодотворения и длинная анкета, которую нужно было заполнить. Саша благополучно справилась с большинством вопросов, но последний поставил ее в тупик.

"Как Вы представляете себе Ваше будущее после рождения ребенка? Пожалуйста, опишите подробно".

Эти люди не удовольствуются простыми ответами типа: "замечательно" или "прекрасно".

Им подавай подробности, доказывающие, что она сознательно подошла к своему решению.

Саша погрызла кончик карандаша, раздумывая над тем, что это такое чудо рождения.

Громкий стук в дверь оторвал ее от приятных размышлений и вернул к реальности. На пороге стоял Джейк Виндзор, одетый в дождевик.

- Какого...

Он резко перебил ее:

- Рэйчел Эндрюс увезли в Биллингс на "скорой помощи". Ее муж позвонил своей матери, чтобы она приехала завтра утром присмотреть за младенцем. Я подумал, что раз ты так сильно любишь детей, то сможешь взять его на ночь.

Остальные дети в моей машине. Я сейчас везу их за город. Молочная смесь в сумке.

Прежде чем Саша успела ответить, Джейк вкатил коляску и вышел. Через мгновение он вернулся.

- Пеленки, - сообщил он, ставя сумку на пол.

- Слушай, Джейк, я не думаю, что смогу присмотреть за ребенком сегодня... - Саша умолкла, заметив, что он читает заголовки документов, разложенных на кухонном столе.

- Пути Господни неисповедимы, Саша. Можешь считать, что он ответил на твои молитвы о ребенке. - Решительный голос Джейка был полон презрения. Длинный палец коснулся края конверта. - Хотя бы на время. Вот Тим, ему всего два месяца. И он нуждается в твоей помощи. Надеюсь, он не станет орать слишком громко и не помешает твоим планам. - Джейк весело усмехнулся. - Через час я вернусь тебя проведать. А то вдруг не справишься.

Тим, видимо, дожидался этого момента, чтобы выразить свое негодование оглушительным ревом. Это было не тихое, испуганное хныканье, а громкий, надрывный вопль, требующий немедленного удовлетворения.

Саша склонилась над коляской и развернула одеяльце. Но хотя большие голубые глаза Тима широко открылись, глядя на нее, его маленький розовый ротик не закрывался ни на секунду.

Напротив, Тим завопил еще яростнее, размахивая маленькими ручками и ножками.

- Значит, мне пора идти, - усмехнулся Джейк. - И запомни. Дети - это такая радость!

Со смехом он исчез за дверью, прежде чем Саша успела подобрать подходящие слова, в полной мере выражающие ее отношение к поручению.

- Ладно, Тим. Давай проверим пеленки. - Она уложила ребенка на столик в ванной комнате и отстегнула пластиковые застежки. Разумеется, подгузник намок. Но сумку с пеленками она забыла на кухне.

Саша обвела взглядом крохотную ванную, пытаясь решить, что делать дальше. Пока она смотрела по сторонам, ее рубашка пропиталась теплой жидкостью. Саша с отвращением поморщилась.

- Надо было подождать, пока я возьму подгузник, прежде чем делать это, - грустно сказала она.

Тим заорал снова.

- Ладно. Да ладно же! Я возьму другую пеленку. - Она сняла с вешалки одно из своих любимых белых вышитых полотенец и завернула ребенка, удивляясь, зачем ей понадобилось вывешивать свои лучшие полотенца именно сегодня.

Сумка стояла там, где Джейк ее оставил, и Саша достала из нее толстый белый подгузник.

Тим не прекращал орать, пока она пыталась справиться с пластиковыми застежками-липучками. К сожалению, уж если они застегивались, то застегивались намертво. Подгузник завернулся вокруг его животика, криво обхватив одну ногу.

- Прости, малыш, но так уж вышло. Я разучилась это делать. Как я вижу, Джейк принес только четыре штуки, а впереди у нас долгая ночь.

Тим смотрел на нее одно мгновение, затем его рот открылся, и он издал свой громкий горестный вопль, от которого у Саши свело зубы.

Она нагнулась, чтобы достать бутылочку, и услышала шорох бумаги. Быстро выпрямившись, Саша обнаружила, что детская ручонка вцепилась в один из листов, комкая его тонкими пальчиками.

- Отдай мне, Тим! Какой хороший мальчик!

Ну же, отпусти! - С каждым ее движением голос Тима становился все громче.

Высвободив наконец бумагу, Саша, нахмурившись, взглянула на нее. Это был тот самый лист, над которым она трудилась, описывая свое будущее. А уголок оторван напрочь, с сожалением заметила она.

- Давай, малыш. Сейчас мы тебя немножко покормим, и, может, тогда ты уснешь. - (Он заревел еще оглушительнее.) - Как скажешь, - шепнула Саша, с волнением ставя бутылочку в микроволновку.

Только бы бутылочка побыстрее нагрелась, чтоб прекратить этот непрерывный ор. Может, тогда и головная боль пройдет. Или еще лучше поместить Тима в звуконепроницаемую комнату. Вот это идея!

Саша вынула бутылку из микроволновки и попробовала температуру рукой. То, что надо.

Она осторожно приподняла Тима и вложила соску ему в рот. Он сделал несколько глотков и заорал снова.

- Слушай, детка. Если ты хочешь есть, тебе придется взять в рот эту штуковину. Попробуй еще.

Что ж, она очень старалась, а Тим нет. Его крохотные ручки замолотили по воздуху, а маленькое личико побагровело.

Саша перенесла ребенка в гостиную и осторожно уложила на софу с горой подушек. Выпрямившись, она наклонила бутылочку, чтобы лучше ее рассмотреть, осторожно сжимая пальцами податливый пластик.

- Выглядит вроде нормально. И соска не закупорена, Тимоти, и температура как раз.., уууууууууууууу! - Тонкий пластик внезапно треснул, и теплая молочная смесь залила ей лицо, волосы, шею и плечи.

Тим радостно заурчал, весело размахивая ручками. Казалось, он вполне доволен собой.

- Ну, - разочарованно пробормотала Саша, - хоть кому-то из нас весело. - Она сбегала на кухню за тряпкой и тут же вернулась, беспокоясь, как бы маленький Тим не слетел с софы. Ее взгляд упал на книгу о младенцах.

Сейчас читать уже бесполезно, поняла Саша, вытирая липкую белую кашицу.

- Придется вспоминать то, что знала раньше, - произнесла она вслух.

Ребенок, как по команде, заорал снова.

- Я тебя из-под земли достану, Джейк Виндзор, и ты мне дорого заплатишь за это.

Секунду Тим смотрел на нее, прежде чем возобновить свои оглушительные вопли.

Саша хлопала его по спинке, поглаживала животик, щекотала, укачивала его и даже пела.

Ничего не действовало.

- Ладно, чудо. Попробуем еще раз накормить тебя из бутылки. Но предупреждаю. Я разогрею ее старым дедовским способом, и это займет некоторое время.

Прошла целая вечность, прежде чем вода в кастрюльке закипела и молоко начало нагреваться. Все это время Тимоти ревел, не умолкая.

Это ненормально, упрекала себя Саша. Какая же из тебя выйдет мать, если ты не можешь даже успокоить ребенка? Он заболеет, и у тебя будут неприятности.

- Замолчи наконец, - буркнула Саша.

- А я еще ничего не сказал, - ответил Джейк, так напугав Сашу, что она чуть не выронила младенца. - Я пришел помочь. Остальные дети уже устроены.

- Смотри, что ты наделал, - проворчала Саша. - Ты его до чертиков напугал.

Развернув малыша спиной, она осторожно усадила его себе на колени и попыталась накормить его из подогретой бутылочки.

- Почему ты так странно его кормишь? - ехидно поинтересовался Джейк. Саша видела, что он еле сдерживает смех.

- Мне кажется, если он не будет видеть мое лицо, то подумает, что я его мама, - пояснила Саша, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

- А.

Они сидели молча, глядя, как Тим сосет из бутылочки молочную смесь. Впервые за целую вечность в Сашином доме наступила тишина.

Саша испытала настоящую радость, когда малыш наконец начал есть.

- У меня не так уж плохо получилось, - заявила она Джейку гордым, самоуверенным тоном, когда он уселся напротив нее в кресло. - По крайней мере, хоть ниже талии я не запачкалась.

Она умолкла, заметив, что Джейк, ослепительно улыбаясь, качает головой.