Сьюзен Бауэр – История Древнего мира. От истоков цивилизации до первых империй (страница 48)

Похоже, Тушратта не знал об этом секретном договоре, но вскоре он увидел его результат: Суппилулиума, уверенный теперь, что Египет не придет защищать Митанни, двинулся на восток, к самой столице Вашукканни. Если Тушратта и смотрел на юг, ожидая помощи, то он делал это напрасно. Двор Эхнатона хранил величавое молчание.

Более того, вскоре у Митанни объявился еще один враг. Ашшур, который многие годы формально подчинялся Митанни, тайно перевооружался Египтом; теперь эта поддержка дала плоды. Ассирийский царь Ашшур-убаллит (вероятно, внук царя, который первым получил помощь от Аменхетепа III) привел своих воинов и присоединился к хеттам, атаковав Вашукканни с юга.

Тушратта, атакованный и с юга, и с запада, отвел своих людей из северной Месопотамии. Ашшур-убаллит немедленно объявил эту территорию принадлежащей Ашшуру. Впервые после падения династии Шамши-Адада Ашшур стал царством[118]. И в следующем же своем письме в Египет Ашшур-убаллит употребляет титул Великий Царь (одновременно прося дальнейшего субсидирования)[119]:

«От Ашшура-убаллита, царь Ашшура, Великий Царь, твой брат. Золото в твоей стране подобно грязи; можно просто собирать его. Зачем ты так бережешь его? Я строю новый дворец. Пришли мне золота для строительства. Когда Ашшур-надин-аххе, мой предок, написал твоему отцу, то получил двадцать талантов золота… Если твои намерения относительно меня дружеские, вышли столько же»{310}.

Это письмо, в отличие от подобного послания от Тушратты, явно не сочли оскорбительным. Вероятно, Эхнатон и не ждал другого от ассирийцев.

Тем временем на западном фронте Тушратте приходилось туго. Хетты подошли к стенам Вашукканни гораздо быстрее, чем он ожидал. Не готовый к осаде, он бежал из города с несколькими придворными. Но он выбрал своих товарищей неудачно: во время бегства один из спутников совершил покушение на него.

Ассирийское Среднее царство

Его старший сын и наследник, поняв, что сопротивление бесполезно, вернулся к врагам и сдался. Ему был оказан почет, но у него не было трона. В действительности после падения Вашукканни царства Митанни не стало. Хурриты отступили за Евфрат перед лицом продвигающихся хеттских войск. Тут, на склонах гор Загрос, с которых они пришли, они основали слабое родовое царство, которое крупные силы некоторое время игнорировали.

А Суппилулиума тем временем без особых столкновений продвигался с египтянами вниз на юг вдоль Средиземного моря.

Каждый город, который он брал, принадлежал Митанни, а не Египту – хотя на пути он прошел через принадлежавшие Египту земли{311}.

Эхнатон не возражал против образования этой империи. Но его бездействие в это время было не столько проявлением дружбы, сколько вынужденной мерой. Египетская армия мало сражалась под предводительством Аменхетепа IV и еще меньше при его сыне; солдаты отвыкли от войны. По Египту и вверх по берегу Средиземного моря распространилась чума. С чумой пришла нужда. Один второстепенный царек западных семитов писал фараону, извиняясь за нехватку меди, которую он посылал в качестве дани, – чума нанесла урон его рабочей силе.

Пострадала даже царская семья. Примерно на четырнадцатом году правления Эхнатона умерла его главная жена, а вскоре за ней – и вторая по положению. Эхнатон, у которого было три дочери и ни одного сына, решил, что самый надежный способ заполучить наследника – это лично сделать беременными всех трех царских принцесс.

Эта стратегия провалилась. Все дети оказались девочками, а средняя дочь скончалась во время родов.

Эхнатон выдал старшую дочь за дальнего родственника и объявил молодого человека своим наследником. Вскоре принцесса умерла. Старый фараон тоже почувствовал себя плохо и последовал за ней. Наследника короновали и посадили на трон, но всего на несколько дней, а затем он умер тоже. По-видимому, чума добралась и до царского дома.

Придворные выбрали царем девятилетнего мальчика по имени Тутанхатон. Совсем не ясно, был ли он царской крови; но наверняка он не был сыном Эхнатона, хотя, похоже, рос во дворце. В девять лет его забрали от воспитателей и сделали фараоном, его право на власть усилили церемониальной женитьбой на единственной выжившей дочери Эхнатона – самой младшей, которая была старше мальчика и стала уже матерью принцессы (от собственного отца).

Тутанхатон был окружен советниками и придворными, которые наблюдали, как Египет теряет власть над севером, и боролись с чумой, пока Эхнатон строил свои храмы Атону. Мальчик сам видел, как вымирали члены царской семьи, один за другим. Трон должен был казаться ему смертным приговором: теперь его отдали под гнев старых богов.

Поэтому он игнорировал деятельность Суппилулиумы на севере и, наставляемый своими советниками-регентами, начал заниматься более срочными делами. Он отверг имя Тутанхатон и переименовал себя в Тутанхамона, чтобы продемонстрировать свою лояльность древнему богу. Следуя желаниям своих советников, он приказал удалить имя Эхнатона с монументов, снять его надписи с барельефов, разбить его статуи[120]. Великий город Атона стал называться Амарной.

Когда это было сделано, Египту снова пришлось повернуться лицом к остальному миру. Государство Митанни больше не представляло проблемы, но на севере лежало государство гиксосов, огромное и угрожающее; Ашшур-убаллит вел себя в своей столице как император; тем временем в южной части Месопотамии, в Вавилоне, возвысился военачальник касситов Бурнабуриаш I, который решил заявить протест. Он написал молодому Тутанхамону, предложив новому царю прекратить оказывать уважение Ашшур-убаллиту. Теперь, когда Митанни выпустила Ашшур из рук, заявил Бурнабуриаш, город должен по праву принадлежать Вавилону. Он будет контролировать город, а не Ашшур-убаллит, и совершенно негоже Ашшур-убаллиту называть себя «Великим Царем»{312}. Более того, Тутанхамону не следует принимать посланцев Ашшура, будто тот имеет право вести собственные иностранные дела. «Я не посылал этих ашшурских вассалов к тебе, – написал Бурнабуриаш. – Почему они прибыли в твою страну по собственной воле? Если ты любишь меня, они не будут вести каких бы то ни было дел. Отошли их ко мне с пустыми руками»{313}.

Тутанхамон игнорировал это требование, и ашшурские посланники продолжали появляться при египетском дворе. С Ашшур-убаллитом обращались как с царем, поддерживали его власть и оснащали его армию; он просидел на своем троне почти тридцать лет.

В конце концов Бурнабуриаш оставил надежду перетянуть Египет на свою сторону против Ашшура и взял другой курс. Он предложил, чтобы Ашшур-убаллит прислал свою дочь в жены вавилонскому наследному принцу, Караиндашу. Ашшур-убаллит согласился – судя по всему, увидев в этом браке способ обезопасить свою новую империю от нападений с юга. Свадьба была должным образом отпразднована. В свой черед Караиндаш вскоре стал отцом наследника, и два государства, Ашшур и Вавилон, существовали бок о бок в хрупком мире.

Но мир длился только до тех пор, пока не умер Бурнабуриаш. Перед смертью он решил обойти сына в пользу своего полуашшурского-полувавилонского внука, оставив несчастного Караиндаша в положении царского жеребца-производителя. Вероятно, он надеялся, что мальчик по праву царского наследования будет иметь шанс претендовать и на ашшурский трон – это привело бы Вавилон и Ашшур под одну корону.

Вместо этого он приговорил внука к смерти. Касситы в армии восстали. Они посчитали, что новый царь-полукровка не имеет права на трон Вавилона. Они напали на дворец, убили царя-полуашшурца и поставили на его место военное правительство{314}.

На этом месте в игру вступил Ашшур-убаллит. Фрагменты писем и сохранившиеся надписи не дают возможности подробно восстановить его действия; судя по всему, он казнил убийц своего внука. Был провозглашен новый царь – но невозможно сказать точно, кто был этот новый царь или какую роль играл в коронации Ашшур-убаллит. Мы можем сказать наверняка только то, что ашшурцы не пришли править Вавилоном. Касситский царь, быть может, младший сын Бурнабуриаша, остался на троне города. В какой-то момент во время хаоса Караиндаш, по-видимому, был убит.

Ашшуро-вавилонский союз не был единственным странным браком в этом регионе.

Процарствовав чуть менее десяти лет, Тутанхамон неожиданно умер; обстоятельства его смерти никогда не станут известны – возможно, его поразила стрела. Он был похоронен с великой помпой. Может, его гробница была и не богаче гробниц его предков – но, в отличие от других, она оставалась не разграбленной до ноября 1922 года.

Тутанхамон не оставил после себя детей. Его жена Анхесенамон (как и муж, она сменила свое имя в честь Амона) была беременна дважды. Оба раза она рожала преждевременно, и младенцы появлялись мертвыми. Их крохотные тельца были тщательно забальзамированы и похоронены с отцом в царской гробнице{315}.

Теперь, когда ее муж умер, в царской семье не осталось живых родственников-мужчин, и не было ребенка от Тутанхамона, чтобы стать при нем регентшей. Анхесенамон начала беспокоиться о своем будущем. В конце концов, египетский двор не был свободен от амбициозных мужчин, которые были бы рады захватить власть – скорее всего, после ее неожиданной смерти. Главным среди них был ее дед по материнской линии – Эйе. Эйе служил у Эхнатона первым министром, оставался советником при Тутанхамоне и все еще находился во дворце: старый, потерявший терпение человек, который знал, куда прячут тела. Таким же могущественным, хотя и не таким старым, был полководец Хоремхеб, чья служба началась еще при правлении Аменхетепа III. Несмотря на такой долгий срок службы, ему было меньше пятидесяти – он поступил в армию в тринадцать лет.