Сюзанна Валенти – Короли карантина (страница 59)

Монро бросил мне пару перчаток, и я натянула их, расслабляясь от ощущения чего-то такого знакомого мне. Прошло много времени с тех пор, как я тренировалась, но знакомый острый прилив крови к мышцам охватил меня, и это было похоже на пробуждение из глубин ночного кошмара.

На долгое мгновение мне стало просто… хорошо. Даже восторженно.

Монро поднял один из мягких ударных щитков и, держа его перед собой, двинулся к центру мата.

— Тогда давай посмотрим, что у тебя есть, принцесса, — сказал он тоном, который предполагал, что он ожидал, что это не произведет впечатления. Я не заботилась о том, чтобы произвести на него впечатление, но я чертовски уверена, что воспользуюсь возможностью выплеснуть эту ярость, живущую во мне.

Я молниеносно двинулась к нему, нанося первый удар с гневным воплем. Затем еще и еще, усердно пытаясь снять напряжение в своем теле. Я отступила назад, нацелив сильный удар ногой в центр щитка и заставив его отступить на шаг. Мне даже не хотелось смотреть на его лицо, я просто сосредоточилась на этой красной мишени и представила лица Сэйнта, Блейка, Киана.

Я наносила удар за ударом, прежде чем нанести удары спереди, сбоку, а затем завершила их ударом с разворота. Если бы это действительно были те мальчики, которых я представляла, они бы сейчас лежали на полу в лужах собственной крови. Это был тот самый образ, который вызвал кривую улыбку на моих губах.

Смех вырвался из легких Монро, когда он швырнул щиток через всю комнату.

— Твою мать, принцесса.

Я пожала плечами, наклонившись вперед и тяжело дыша. В глазах у меня потемнело, и мне просто нужна была секунда, чтобы успокоить сердцебиение. В животе было так пусто, что стало больно. И мысль о том, сколько дней это может продолжаться, пугала процентов на тридцать… Ладно, шестьдесят.

Монро направил меня к фонтанчику с водой в углу комнаты, и я встала, чувствуя себя немного лучше, когда направилась за напитком.

— Итак, ты знаешь, как отбивать удары кулаками и ногами по щиту, но как ты справляешься с противником, Риверс?

Я обернулась и увидела, что Монро натягивает перчатки, а его рубашка валяется на гребаном полу. У меня пересохло во рту, когда мой взгляд опустился на совершенство его проклятого тела и татуировки, покрывающие его плоть. На груди у него была изображена разъяренная тигрица, и я пристально посмотрела на нее, мне понравился огонь в ее глазах.

— О, я знаю, как противостоять противнику, сэр. Тебе просто нужно найти его слабое место. — Я шагнула за ним, когда он поднялся на боксерский ринг, и сама оттолкнулась вслед за ним. Мы встали друг напротив друга, и адреналин заструился по моим венам, когда ухмылка тронула мои черты.

Он повторил это, бросив на меня мрачный взгляд, и по моей коже пробежало покалывание.

— Хорошо. Потому что я собираюсь превратить тебя в смертоносный клинок против этих парней, принцесса. Я собираюсь показать тебе все их слабые места, которые я откопал. Ты готова к этому?

Черт возьми, да! Я нетерпеливо кивнула, затем сделала выпад, нанося первый удар. Мой кулак врезался прямо в тигрицу, и я ухмыльнулась, отскочив на пятки, когда он бросился на меня в отместку. Он легчайшим ударом ткнул меня в бок, и я закатила глаза.

— Не смей себя сдерживать, Монро, — прорычала я. — Я пришла сюда сражаться. Так что сражайся.

В его глазах заплясали огоньки, и он снова двинулся на меня, на этот раз с силой, ударив кулаком в перчатке по моей руке. Я была готова, поморщившись от удара, но не замедлялась, когда подняла колено и с криком усилия ударила его ногой в живот.

Он откинулся назад с диким смехом, и этот звук эхом отозвался прямо в моем теле, заставляя мои вены гудеть от жизни.

— Победителем станет тот, кто уложит своего противника на землю, — сказал он, его голос был полон энергии, когда он снова двинулся на меня.

Было приятно драться с настоящим мужчиной. С мужчиной, который дал мне шанс на бой. Который не манипулировал и не угрожал, чтобы контролировать меня. Он был равным противником, и я преуспевала в каждом ударе, который он наносил. Я даже наслаждалась болью, которую он мне причинил, потому что она была справедливой, и я ответила на нее так же сильно.

Вскоре мы были в синяках и вспотели, танцуя друг вокруг друга, пока продолжалась наша борьба, и ни одному из нас не удавалось вырвать другого с корнем.

По краям моего зрения снова мелькнула темнота, но я моргнула, заставляя себя сосредоточиться.

Я пиналась и била кулаками снова и снова, но недостаток еды давал о себе знать. Монро нацелился ударить меня ногой в живот, и когда я подняла руки, чтобы защититься, то отшатнулась назад, чуть не потеряв равновесие, когда в глазах у меня потемнело. Он не упустил ни секунды преимущества, бросившись на меня и, как сумасшедший футболист, повалил меня на землю.

Он навалился на меня всем весом, и из моих легких вырвался хрип, когда из них был вытеснен воздух.

— Черт, ты в порядке? — Спросил он, пристально глядя на меня сверху вниз.

Я кивнула, а затем начала смеяться, чертовски сильно.

Я была более чем в порядке. Я была чертовски божественна. Здесь, в этой комнате, я чувствовала себя непобедимой, неприкасаемой. И это также чертовски возбудило меня, когда Монро накрыл меня своим богоподобным телом.

Наше дыхание смешалось, и обжигающий жар нашей плоти прижался друг к другу, увлекая мой разум по грязному пути. Греховный взгляд в его глазах говорил о том, что его разум следовал тем же путем, и это творило с моим телом всевозможные извращения.

— Ты нечто, принцесса, — пробормотал он почти про себя.

Я замерла под ним, упиваясь выражением его лица, в котором не было ни капли ненависти. Было действительно приятно, когда на меня хоть раз не смотрели как на заразную. Это было так мило, так….

Тьма поглотила меня, и я попала в ее мирные объятия неизвестно на сколько времени.

Кто-то внезапно встряхнул меня, и я облизала пересохшие губы, когда мои глаза распахнулись. Я что, только что потеряла сознание?

— Татум! — Настойчиво кричал Монро, и когда мои глаза встретились с его, я инстинктивно потянулась, желая провести пальцами по его лицу, слишком поздно осознав, что моя рука все еще в перчатке. У него было такое милое лицо, когда даже толстая перчатка прижималась к нему.

Я замерла, осознав, что веду себя как сумасшедшая, и мой желудок нарушил тишину, жалобно заурчав, чтобы он услышал.

— Тебе нужно сходить к медсестре. — Монро помог мне сесть, и я покачала головой.

— Я в порядке, — твердо сказала я.

— Ты не в порядке… — Начал он рычать, но я перебила его.

— Я ничего не ела. Мне не разрешили, — призналась я, и мои щеки внезапно вспыхнули. Я не знала, почему мне было так неловко говорить это. Может быть потому, что это было похоже на проявление слабости, что Ночные Стражи имели такой большой контроль надо мной.

Лицо Монро застыло в чем-то по-настоящему яростном. Он был похож на отвергнутого бога, и я почти ожидала, что он вытащит золотого тритона из своей задницы и умчится в ночь защищать мою честь. Я ухмыльнулась этому мысленному образу, и он резко нахмурился, внезапно вскочив на ноги и отойдя в другой конец комнаты.

Через мгновение он вернулся с тремя протеиновыми батончиками и опустился передо мной, протягивая их.

— Ешь, — скомандовал он, не оставляя места для отказа. Это был первый приказ, который я получила за весь день, от которого я была по-настоящему в восторге.

Я стянула перчатки, отбросив их в сторону, затем схватила один из батончиков, разорвала обертку и откусила от него огромный кусок. Оно было сладким и ореховым, а на вкус — как самая лучшая гребаная вещь в мире. Я проглотила батончик за три свирепых укуса, совершенно не заботясь о манерах, приличиях или любой другой ерунде, за нарушение которой Сэйнт наказал бы меня. Когда я закончила, то обнаружила, что Монро наблюдает за мной, как за диким существом, которое он хочет заманить в свою мужскую пещеру. И, черт возьми, мне захотелось войти прямо в нее и свернуться калачиком у его камина.

Он предложил мне еще один батончик, и я взяла его с такой же жадностью, съев с таким же варварством, как и первый. К третьему я умудрилась притормозить настолько, чтобы съесть его, как полуручная девочка, но все равно съела меньше чем за минуту.

Когда я закончила, Монро протянул руку и стер крошку с уголка моих губ, заставив меня замереть и уставиться на него.

Он сунул ее мне в рот, и я почувствовала солоноватый вкус его плоти, отчего восхитительный жар прокатился по моему позвоночнику. Он убрал руку, казалось, неуверенный в том, зачем он это сделал, и я тоже действительно хотела знать ответ. Монро был неприкосновенен. Что было тем более неприятно, потому что он был еще и восхитителен. И по тому, как он смотрел на меня сейчас с силой урагана в глазах, я подумала, думал ли он также как и я.

Он внезапно моргнул, и чары рассеялись. Он поднялся на ноги, прошел через комнату, схватил с пола бутылку с водой, запрокинул голову и вылил ее себе в горло. Я долго смотрела на напряженные мышцы его огромного тела, и от этого зрелища у меня между бедер вспыхнул жар. Черт, он был как воин. Какое-то прекрасное существо, вырванное прямо из греческого мифа.

К тому времени, как он закончил пить, я была на ногах, безразлично разглядывая свои ногти, не позволяя ему увидеть, как сильно я внутренне пускаю на него слюни.