Сьюзан Спанн – Кошачьи когти (страница 36)

— Конечно, нет. Сакура рада оказать помощь в вашем расследовании. Пожалуйста, входите.

Саюри была все в той же комнате, и кимоно на ней было то, в которое она переоделась вчера. Вероятно, из-за бессонной ночи ее глаза ввалились, но девушка улыбнулась, увидев священника.

Отец Матео уселся на пол.

Хиро повернулся к Маюри.

— Благодарю вас. Мы дадим вам знать, когда закончим.

Она кивнула и закрыла дверь, не сказав ни слова.

Саюри перевела взгляд с отца Матео на Хиро.

— Вы нашли убийцу? Нобухидэ меня отпустит?

— Пока нет, — ответил Хиро — Могу я посмотреть на ваш кинжал?

Она удивленно на него посмотрела.

— Я не ношу танто.

Хиро не был дураком, да и игры закончились.

— Если вы действительно гейша, а не проститутка, под кимоно у вас есть оружие. Покажите добровольно или я найду его сам.

Саюри долго смотрела на Хиро, потом правой рукой достала из левого рукава кимоно тонкие черные ножны. Она открыла их и вытащила разрисованный веер с металлическими ребрами, которые соединялись между собой бумагой с изображением сценки из городской жизни.

С легким щелчком Саюри сложила веер и положила его в левую руку. Правой рукой из нижней части ножен она вытащила кинжал. Пятидюймовое лезвие плотно прилегало к самому большому ребру веера. Длина и размер в поперечнике больше соответствовали метательному клинку нежели танто. Скорее даже он был похож на менхари-гата, поскольку был спрятан в веере. Саюри развернула клинок таким образом, что лезвие лежало у нее на ладони, а рукоять была направлена в сторону Хиро.

Он принял оружие и внимательно его рассмотрел, уделив особое внимание тем пазам, где лезвие соединялось с рукоятью, а рукоять в свою очередь с ножнами. Ни крови, ни каких-либо других подозрительных отметин синоби не заметил. Отполированный металл сверкал, словно новый, хотя клинок был выкован давно.

— Замечательно, — сказал Хиро и вернул клинок. — Семейная реликвия?

Убрав кинжал в ножны и спрятав его под кимоно, Саюри покачала головой.

— Это подарок Маюри. Она носила его, когда была гейшей.

— Расскажите нам, что случилось той ночью, когда умер Хидэёши, — сказал Хиро. — И на этот раз расскажите нам правду.

— Всю правду я рассказала вам еще вчера.

Хиро махнул отцу Матео.

— Пойдем. К вечеру мы будем на полпути к Нагасаки. — Он посмотрел на Саюри и направился к двери. — Желаю удачи. Она вам понадобится завтра при встрече с Нобухидэ. Уверен, отец Матео помолится за вашу душу.

Когда иезуит начал подниматься с колен, Саюри схватила его за руку.

— Нет, подождите. Я все вам расскажу.

Глава 31

— Акеши-сан приходил почти каждую ночь со времени моего дебюта, — сказала Саюри. — Но он и так был постоянным клиентом этом чайного дома задолго до того, как я стала ученицей.

Две ночи назад он приехал незадолго до захода солнца. Я подал ему ужин и сакэ, а потом спела и станцевала. Он был очень пьян и остался допоздна. Я хотела, чтобы он ушел, но он отказался. Он начал говорить мне о том, что хочет стать моим единственным покровителем. — Саюри искоса посмотрела на отца Матео.

— У единоличного покровителя есть права, которые недоступны простым людям, — объяснил Хиро.

Отец Матео пробежал рукой по волосам.

— Я надеялась, что он обманул меня, — сказала Саюри. — Маюри ничего такого не говорила. Он стал настойчив, попытался дотронуться до меня, и я испугалась. Тогда я сказала ему, что мне нужно в уборную, и пошла к Маюри. Но она велела мне вернуться в комнату и развлекать гостя. Она решила не вмешиваться.

Я ушла в уборную и пробыла там достаточно долго. Хидэёши был пьян, я решила, что он не продержится долго и уснет. Когда я вернулась в комнату, так и получилось — он спал. Я осталась с ним, потому что знала: Маюри разозлится, если я оставлю гостя одного. Я тоже легла спать, а когда проснулась, он был уже мертв.

За исключением упоминания о покровительстве, когда Хиро решил, что она говорит честно, всю остальную историю Саюри рассказывала без единой эмоции.

— Это вы переместили тело Хидэёши? — спросил он.

Она покачала головой и уставилась в пол.

— Я бы не осквернила себя подобным образом.

— Я думал, христиане не верят в осквернение, — сказал Хиро.

Саюри подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Я такая же японка, как и христианка. Мои клиенты моей веры не разделяют. Я не стала бы разрушать свою карьеру, прикасаясь к трупу.

— Тогда почему все ваше кимоно было выпачкано кровью? — Поскольку Саюри не ответила, Хиро добавил: — Вероятно, я все объяснил недостаточно четко. Если вы будете лгать, мы со священником уедем в Нагасаки, а вы предстанете перед Нобухидэ лицом к лицу. Одна.

Саюри поморщилась:

— Я дотронулась до него, но не двигала.

Она показала в сторону очага в центре комнаты, словно до сих пор видела лежащий труп. На этот раз ужас на ее лице был вполне настоящим.

— Я увидела, что Акеши-сан лежит там весь покрытый кровью. Сначала я даже и не поняла, что он мертв. Я потрясла его, чтобы он пришел в себя. Клянусь, что не двигала его.

— Когда в последний раз вы видели Акеши Хидэтаро? — спросил Хиро.

Саюри покраснела и опустила взгляд на свои руки.

— Я не помню. Несколько недель назад.

— Как вы думаете, сколько еще лжи я должен выслушать? — требовательно спросил Хиро. — Я знаю, что он собирался выкупить ваш контракт. Он был здесь вчера… вы его видели?

— Вчера? — От неожиданности Саюри подняла голову. Ее губы дрожали. — Маюри мне не говорила.

— Так когда вы видели его в последний раз?

Ее плечи поникли.

— Утром два дня назад. Он спорил с Маюри, а потом, тайком обойдя вокруг дома, рассказал мне, что случилось. — Она прикусила нижнюю губу. — Маюри изменила цену. Она запросила больше денег, а он не мог заплатить такую сумму, поэтому она попросила его уйти.

— Что заставило ее изменить цену? — спросил Хиро.

Саюри сцепила руки и потерла пальцы.

— Не знаю. Могу лишь догадываться.

Девушка выглядела совершенно несчастной.

— Значит, послушаем вашу догадку, — сказал Хиро.

— Я думаю, Хидэёши захотел стать моим покровителем и предложил Маюри деньги, чтобы она разорвала договоренность с Хидэтаро. Хидэёши был богат. — Девушка подняла глаза, в которых вспыхнул внезапный огонь. — Но Хидэтаро хороший человек. Я лучше стану его женой и буду жить в бедности, чем ходить в любовницах у богача.

— А Акеши Хидэёши знал о ваших чувствах к его брату? — спросил Хиро.

— Да, но мне неизвестно, откуда он узнал. Я ему не говорила. Весь тот вечер он дразнил меня. Сказал, что мне лучше быть милой с ним, чем с Хидэтаро.

Саюри сдвинула брови и поджала губы. Она слегка содрогнулась, словно пытаясь забыть то, что уже не могла видеть.

— Думаете, это Хидэтаро прокрался сюда и убил брата, пока вы спали?

Саюри так сильно сжала руки, что побелели костяшки пальцев.

— Нет.

— Вы же понимаете, что из-за вашего рассказа он выглядит виновным, — сказал Хиро.