Сьюзан Деннард – Ведьма правды (страница 37)
Если Мерик не хочет спасти жизнь Изольды, значит, он им не союзник. Неважно, что стояло у Сафи на пути – контракт, настроенные против них с Изольдой моряки,– все уже было неважно. Адмирал Нихар стал ее
Глава 20
Мерик спустился в трюм, чтобы проведать донью. Ему не нравилось, что он оставил ее в каюте без поддержки. Ее повязанная сестра была больна, и Мерик понимал, как это влияло на девушку. Он твердо собирался разгладить любые морщинки озабоченности на ее лбу.
К тому же это была единственная проблема, с которой он мог хоть что-то сделать в данный момент. Колдун голоса Вивии постоянно дергал Гермина, требуя, чтобы Мерик сообщил, где сейчас торговый корабль Дальмотти. Сестра не собиралась опускать флаг Лисиц, пока своими глазами не увидит торговое соглашение с имением Гасстрель.
Мерик снова солгал, сообщив, что корабль не преодолел еще и половину пути, но у него возникло ощущение, что Вивия начинает обо всем догадываться.
Не успел он добраться до пассажирской каюты, как его перехватила тетя.
– Нам нужно срочно причалить, – заявила она. Ее лица не было видно в полумраке, но серебристые волосы сияли. – Изольда в очень плохом состоянии, она не протянет долго. Какие порты есть поблизости?
– Ни одного, куда мы могли бы зайти. Мы все еще в водах Дальмотти.
Мерик попытался пройти вперед.
Эврейн остановила его, нахмурившись:
– Что непонятного в словах «не протянет долго»? Это не обсуждается, Мерик.
– Не ты командуешь кораблем. – У Мерика и так заканчивалось терпение. – Мы остановимся, когда я скажу, что можно, тетя. А теперь отойди в сторону, чтобы я мог навестить донью.
– Ее нет в каюте.
В груди у Мерика начало разгораться знакомое пламя.
– И где же она? – тихо спросил он.
– Полагаю, наверху.
Эврейн безразлично окинула взглядом грузовой отсек, как бы говоря: «Ну ты же видишь, что ее здесь нет, верно?»
– Тем не менее, – продолжал Мерик, и его голос оставался опасно спокойным, – она должна была оставаться под палубой. Почему ты не удержала ее в каюте?
– Потому что это не входит в мои обязанности.
При этих словах Мерик вспыхнул от гнева. Эврейн знала, что было сказано в контракте фон Гасстреля. Она знала, что Сафи должна была оставаться в трюме из соображений безопасности. Одна пролитая капля ее крови могла означать полный разрыв контракта.
И мысль о том, что Сафи прольет кровь… что ей будет больно…
Парень взлетел обратно на лестницу, и слова тети летели за ним:
– Так ты позволишь девушке умереть? Ты должен высадить нас на берег!
Мерик не обращал внимания на тетю. Он найдет Сафи и объяснит ей – конечно, мягко, не показывая свой гнев, – что она не имеет права покидать каюту. Она послушает, подчинится, и тогда Мерик снова сможет расслабиться. Минус несколько морщин.
Принц приказал своим людям отойти в сторону, а сам направился к квартердеку. Его ведовской дар проснулся и требовал выхода, и, как ни старался, он был бессилен перед этим.
–
Мерик остановился. Это был голос Сафи. Позади него.
Он медленно повернулся, его грудь тяжело вздымалась. Внутри зарождался ветер, куда более сильный, чем обычно. Такого не было уже несколько нет. Контроль над собой безвозвратно ускользал.
И ускользнул окончательно, когда Мерик увидел Сафи, стоящую в центре палубы с саблей в руке.
– Вы высадите нас на берег. – Голос звучал отчетливо и холодно. – Вы подплывете к берегу сейчас же.
– Вы ослушались приказа, – сказал Мерик, внутренне выругавшись. Куда делись все его намерения разобраться с девушкой как можно мягче? – Я велел вам, и мое слово здесь – закон. Я велел оставаться в каюте под палубой.
В ответ Сафи лишь высоко подняла саблю.
– Раз Изольде нужен колдун огня, мы сходим на берег.
Мерик с ужасом понял, что барабан замолк. Корабль начало раскачивать, колдуны прилива перестали поддерживать ход судна.
Принц выхватил собственный меч.
– Спускайтесь вниз, донья. Сейчас же.
Это вызвало у Сафи злобную улыбку, и она спокойно шагнула навстречу клинку Мерика. Потом она развернула плечи и прижалась грудью к острию. На ее рубашке появились вмятины.
– Вызовите целителя из колдунов огня, адмирал, или я позабочусь о том, чтобы ваш контракт был разорван.
Мерик почувствовал, как его глаза наливаются кровью. Сафи была готова напороться на острие. Сейчас прольется кровь, и Мерик потеряет все, ради чего так старался. Каким-то образом девушка узнала, что написано в контракте, и теперь она испытывает его.
И Мерик опустил клинок.
Но потом он поддался ярости. Ветер вырвался на свободу и пронесся над матросами вместе с криком:
– Каллен! Останови ее дыхание!
Лицо Сафи налилось кровью.
–
Она атаковала.
Мерик едва успел отпрыгнуть назад, к своей каюте, прежде чем клинок Сафи рассек воздух в том месте, где только что была его голова.
Он летел к квартердеку, а слово «трус» доносилось до его ушей со всех сторон. Оно срывалось с губ матросов, и, спустившись на палубу, Мерик отыскал в толпе глаза Каллена. Первый помощник покачал головой – в знак того, что на этот раз он не станет помогать.
Тогда Мерик понял почему: матросы его отца видели только женщину –
И не похоже, чтобы они знали о контракте с фон Гасстрелем. А это означало, что Мерику придется вступить в поединок с Сафией фон Гасстрель и при этом не пролить ни капли ее крови.
Едва ноги Мерика коснулись пола, девушка ринулась на него, размахивая саблей. Моряки расступились перед ней, все их внимание было приковано к тому, что будет дальше.
Сафи оказалась перед Мериком, выставив кривой клинок вперед. Парень отбил его своим. Искры от удара подтвердили: девушка умеет бить с силой. Ему нужно было как можно скорее вывести клинки из боя. Даже малейшая царапина могла оказаться причиной для разрыва контракта.
Девушка нанесла еще один удар. Мерик парировал, но его спина оказалась прижата к стене. Хуже того, мир резко наклонился влево, и корабль застыл в точке между периодами качки.
Девушка использовала инерцию движения судна и к тому же была очень быстрой. Один удар превратился в два. Три. Четыре…
Но тут корабль накренился в другую сторону, и колени у Сафи подкосились. Ей пришлось сменить позицию, прежде чем нанести следующий удар. Мерик был готов. Когда ее клинок взметнулся ввысь, он пригнулся. Сабля вонзилась в стену, и парень схватил Сафи.
Но как только девушка оказалась у него за плечом, Мерик почувствовал ее кулаки у себя на почках. На позвоночнике.
Его хватка ослабла, и корабль покачнулся. Он почувствовал, что теряет равновесие.
Сафи тоже падала – прямо на палубу головой вперед.
Поэтому Мерик обратился к своей ведовской силе. Воздух сгустился под девушкой, подхватывая падающее тело и возвращая парню равновесие…
Она схватилась за плечо Мерика и ударила коленом по ребрам.
Принц перевернулся на спину – ничего больше не мог поделать. Доски неслись навстречу к его лицу.
И его ведовские силы вырвались наружу. Они с доньей взлетели над палубой и, подхваченные вихрем, стали вращаться и кувыркаться в воздухе. Мир вокруг стал размытым. Они оказались над мачтами. Ветер хлестал вокруг них и под ними. Сафи, казалось, не замечала, как высоко они поднялись.
Мерик пытался контролировать ярость в груди. В легких. Нельзя было отрицать, что именно девушка пробудила ее в нем. Словно его ведовской дар больше подчинялся ей, чем ему.
Кулак Сафи полетел в лицо Мерику. Он успел отбить, прежде чем ее нога зацепилась за его лодыжку. Девушка разворачивала его назад – ее тело вращалось вместе с его, пока они оба не оказались вверх ногами. Все, что он видел, – это парусина, такелаж и кулаки Сафи.
Мерик оттолкнул девушку, но слишком сильно – или, может быть, его ведовская сила окончательно вырвалась на свободу. Так или иначе, Сафи вылетела из-под паруса в сторону. А потом оказалась за пределами воздушной воронки, созданной Мериком, и начала падать. Головой вперед. На сотню пялящихся вверх матросов.
Мерик подхватил ее ведовским ветром, сам перевернулся на спину. Море и такелаж пронеслись перед его глазами.