Сью Бёрк – Интерференция (страница 45)

Солнце садится, и большинство отдыхают после рабочего дня. Я слежу за границей леса и равнин, высматривая пожары, и ищу в сети данные по пожарам и экологиям. На Земле поразительно много разных экологических регионов. Мне подошли бы многие. Теперь я более четко могу себе представить, как там окажусь – и еще сильнее хочу туда попасть… то есть отправить свои семена.

К счастью, пожаров не видно.

Вскоре после рассвета Мерло идет на борт с двумя большими мешками моих семян, спрятанных среди его багажа: было бы сложно объяснить необходимость меня посадить там, где уже имеется бамбук. Он запрашивает меня о том, какие у меня ПУ: сеть расшифровывает этот вопрос как «предпочтительные условия: почва, вода, воздух, температура, освещение».

«Спасибо, что взял меня с собой, – говорю я. – Полагаю, можно считать, что если другой бамбук растет в определенной местности, то и я могу расти там или в месте, сходном с нашей долиной. Не забудь посадить меня в удалении от уже имеющегося бамбука, чтобы избежать конкуренции за свет. Наши корни смогут нас соединять. Артур и Каузи помогут».

«Я постараюсь привезти оттуда как можно больше семян, и от разных личностей. Могу только догадываться, как это тебе важно».

«Твои действия показывают, что ты это хорошо понимаешь».

Ом размышляет об «экспедиции внутри экспедиции, результаты которой для местной жизни важнее, чем для нас самих: мы стали слугами своих открытий». Да, он стал животным-служителем, и меня эта вылазка волнует больше, чем его.

Все поднимаются на борт: здоровый пилот, помощник врача, двое Му-Ри, Зайвон, Эрнст, Велма, этно-инженер, Мерло, Ом и Хаус: в этот список вошло несколько самых активных сторонников Поллукса. К команде присоединяются Артур, Каузи и Снежка (одна из лучших наших фермеров). В конвертоплане тесно.

В городе остались Мосеги (он все еще в больнице, восстанавливается после грибкового заболевания), один из Му-Ри, двое антропологов, астрофизик, один из регистраторов, Поллукс – и, что опаснее всего, Карола. Заставит ли это Поллукса колебаться или подтолкнет к крайним мерам?

Пока команда движется к конвертоплану, Поллукс в городе идет к врачу.

– Нам надо улетать как можно скорее. Туземцы все равно нас терпеть не могут.

Врач неизменно старается успокаивать людей и минимизировать проблемы.

– Думаю, некоторых мы раздражаем, и инфлюэнцу нам еще не забыли, но для большинства мы служим развлечением.

– Мы уже знаем, что те, у кого знак капли, нас ненавидят. Так?

– Откуда мне знать?

Поллукс догадался почти правильно. Члены Поколения дождевой капли, Поколения 9, за немногими исключениями вроде Голубки, обычно старше, и из-за своего возраста диспропорционально представлены в руководстве, в том числе Хосе и Джеральдина. Они не доверяют землянам и не нуждаются в развлечениях. Поколение 10 с бритыми головами возмущены тем, что земляне не вносят никакого вклада в жизнь города: едят, но не производят, так что они договорились между собой приглашать землян в свои команды и заставлять работать. Черные шляпы, Поколение 11, больше склонны смеяться. Стекловары в целом не любят землян, хотя по разным причинам.

На данный момент недовольство мирян еще не достигло уровня серьезного конфликта, однако история учит, что конфликты могут стать результатом не только обдуманных действий, но и стечения обстоятельств. Я могу и должен повлиять на принимаемые решения.

Конвертоплан стартует. Техники наладили трансляцию в Доме собраний, куда набились миряне. По той или иной причине сегодня почти не будет полевых работ, несмотря на чудесную весеннюю погоду. Многие уже видели записи первой высадки землян и экспедиции на Коралловые равнины, а также съемки Лаврентии – и это только усилило их желание увидеть еще что-то.

Я могу их понять. Через сеть я получаю одновременно несколько картинок с конвертоплана. Из нашей широкой долины конвертоплан поднимается, позволяя видеть впечатляющие горы на востоке и западе, и пролетает над восточными, направляясь к океану. Вода простирается от горизонта до горизонта, сине-зеленая под лазурным небом, усеянным мелкими облаками. На воду падают лучи солнца и тени, его поверхность колышут волны. Вода – это жизнь, и это водное пространство, этот океан служит обещанием и источником бесконечной жизни. Его важность внушает мне смирение. Это – источник воды, которая позволяет мне жить. Познав океан, я пойму смысл жизни, а сеть содержит огромный массив океанской мудрости.

Однако с этим придется подождать. Абак объявляет, что орбитальный корабль отправил свой конвертоплан на землю раньше, чем ожидалось, и Божья коровка связывается со мной из оранжереи.

– Карола хочет войти в группу встречающих корабль. Разумно ли это? То есть можем ли мы ей доверять?

– Она хочет остаться здесь навсегда, так что, думаю, можем. И она сможет помочь нам в случае любых проблем общения между нами и командой с орбиты.

– Правда? Отлично! С точки зрения ДНК будет здорово, если она останется. Нам нужны новые люди. Как ты думаешь, а еще кто-то останется?

– Велма. И может, еще кто-то, хотя это будет зависеть от того, кто будет главой команды землян – Поллукс или Ом. Нам надо пересмотреть наши планы на момент их приземления. У них план есть. Они хотят прилететь, собрать здесь команду, посадить на борт и отправить на орбиту. Потом они возьмут остальных, когда те вернутся, и все улетят назад на Землю.

– О, так не получится. Все земляне сегодня заняты.

– Да. Я не думаю, что это осуществимо, но тем сильнее им будет хотеться воплотить этот план в жизнь. Некоторые команды бывают упрямыми.

Она невесело смеется:

– Тут нет ничего нового. Мы к этому не готовы.

– Но нам надо подготовить все, что сможем.

Конвертоплан с орбиты приземлится через два часа. Некоторым мирянам надоел бесконечный вид однообразно-прекрасного океана, и они отправились в мастерские или на поля. Я отслеживаю радиообмен между пилотом с орбиты и астрофизиком, который ассистирует при посадке, так что знаю, где конвертоплан находится, и получаю с него картинку – но более того: я слышу его приближение, как длительный гром. Люди на полях прерывают работу, чтобы посмотреть. Когда летательный аппарат становится виден, мыши разлетаются, а потом несколько особей осторожно приближаются к севшей машине, выискивая возможность доклада.

Конвертоплан – диск размером с два дома с вращающимся краем – создает ветер, чтобы опуститься на землю, садится на пустом поле у края леса, покрывая траву изморозью от своего ледяного выхлопа. Астрофизику пришлось ругаться с пилотом, убеждая не садиться на пшеничное поле, где он уничтожил бы посадки. Это разозлило бы мирян так, что было бы уже ничего не исправить.

Пилот, Дарий Резвани, спрыгивает на землю, спотыкается – и выжидающе смотрит на приближающуюся группу встречающих. Я из сети узнал его историю. Он обучался пилотировать внеорбитальные аппараты в бизнес-консорциуме регионального правительства. Это правительство было насильственно свергнуто новым правительством с иными экономическими приоритетами. Во время переворота он потерял многих членов своей семьи. Ему было непросто найти новую работу, и в конце концов он вызвался участвовать в этой экспедиции в поисках «места, где можно летать выше». Не уверен, что он честно изложил свою причину отправиться на Мир.

По полю к нему идут Поллукс, Карола, Хосе, Царап, астрофизик и еще один основной стекловар – отличный охотник, вооруженный утяжеленным копьем. Это оружие опаснее, чем может показаться, хоть он и изображает, будто высматривает бархатных червей. Карола внимательно слушает сеть и передает полученные новости всем, кто пожелает их узнавать.

«Мы можем доверять этим туземцам?» – приватно спрашивает Дарий у Поллукса. Дарий выше и смуглее Поллукса и держится прямее.

«Этим точно. Они не хотят вмешиваться. Им не нравятся помехи. Из-за этого уже идет ропот».

«Мы здесь не для того, чтобы мешать туземцам».

«Возможно, придется».

И вот они уже достаточно близко друг к другу, чтобы разговаривать.

Поллукс улыбается и приветственно протягивает руку.

– Добро пожаловать на Мир! – говорит он вслух.

– Да уж, пора бы. – Дарий снова спотыкается. – Гравитация. Еще не привык.

Еще один член команды спускается по лестнице, удаляется от нее так, словно вязнет в грязи, подходит к Дарию и что-то ему тихо говорит.

– Что? Вот идиоты! – Он поворачивается к Поллуксу. – Они не тренировались!

После сердитого разговора выясняется, что из десяти членов команды с орбиты только четверо способны хоть как-то ходить и Дарий входит в это число. У остальных та или иная степень мышечной атрофии из-за отсутствия физической нагрузки, хотя тренировки считались обязательными. Они решили, что их костюмов хватит для того, чтобы компенсировать притяжение планеты. Несмотря на то что присутствие стекловаров внушает Дарию отвращение, Карола с Царапом поднимаются на борт для оценки ситуации, после чего Царап бежит в город, чтобы организовать носилки. Реакция мирян колеблется от раздражения до презрения, а вот сочувствия они не демонстрируют. Большинство уже пришли к выводу, что если земляне и сообразительны (что спорно), то определенно ленивы.

Поллукс зол:

– Надо поддерживать дисциплину! Они сами не способны себя организовать. И что мы теперь будем делать?