Сью Бёрк – Интерференция (страница 33)

Ом велел держаться смиренно. Я мог бы таким прикинуться, пойти с ними, заняться с ними прополкой и разговаривать с ними. И слушать. Узнавать. Рано или поздно они проговорятся. Я сел бы вот за тот столик, с Джеральдиной: она слишком труслива, чтобы грубить, но при этом она знающий фермер. Она позволит мне напроситься на работу в полях.

Но сначала – еда. На столе чуть подальше были выложены хлеб, ореховая намазка и плоды – плоды радужного бамбука. Я тщательно проанализировал эти плоды. В них присутствовал кофеин. Отличный плод для завтрака. Очень вкусный. Такие плоды будут прекрасно продаваться на Земле. Я взял один и положил на глиняную тарелку вместе с хлебной лепешкой, прихватил чашку с чаем из краснопсовки и…

У меня за спиной какой-то мужской голос раздался так громко, что я отвлекся.

– Бархатные листья? Даже если бы их варили неделю, а потом окунули в мотыльковое масло, то они все равно остались бы несъедобными. О чем ты только думала?

Перевод, прошедший по моей связи, не соответствовал тому возмущению, которое звучало в исходном голосе. В этом-то и заключалась проблема перевода. Вот почему я постарался как можно лучше выучить английский и заставил себя привыкнуть к мирянскому акценту.

Я обернулся. Позади меня оказался столик с экспериментами поваров. Если вы что-то с него пробовали, то должны были дать отзыв.

Повариха – полненькая женщина – просто пожала плечами:

– Я подумала, что они могли понравиться стекловарам. Как смело, что ты попробовал.

– В следующий раз вывешивай предупреждение.

– Я думала, слов «бархатные листья» уже достаточно.

Они секунду прожигали друг друга взглядами, а потом вернулись к своим делам. Антропологи объясняли, что здешняя культура очень прямолинейна.

Бархатные листья. Еще что-то, еще один факт, который стоило бы прояснить.

Кто-то тронул меня за локоть. Ом.

– Ты не против сесть со мной?

– Конечно, нет.

Ну, вообще-то да, против, но выбора у меня нет. Я пошел следом за ним к его столу в центре зала. Ему нравилось находиться в центре внимания, становиться старшим по месту пребывания. Там оказались еще Карола, и Голубка, и один из Му-Ри. Ом дождался, чтобы я сел и начал есть, задавая мне вежливые вопросы о том, как мне спится и полностью ли я адаптировался к пище, от которой у нас поначалу бывала диарея и кое-что похуже. Я заверил его, что у меня все в порядке.

– Наверное, ты знаешь: мы обнаружили, что у кораллов здесь есть ДНК, тогда как большинство остальных живых организмов базируется на РНК.

Я кивнул:

– И растений с ДНК нет, только с РНК.

– Вот это мы и хотели бы исследовать. Хотим отправиться на Коралловые равнины и собрать образцы.

– Хорошая идея.

– Отлично. Му-Ри Фа организует поездку завтра. – Он указал на Му-Ри за нашим столом. – Он сообщит тебе подробности.

Я судорожно сглотнул, чуть не подавившись:

– Я в ней участвую?

– Да.

Карола что-то тихо сказала Голубке.

– Тебе там понравится! – объявила Голубка. – Я недавно вернулась. Там красиво и очень интересно. Могу все тебе рассказать. Часть растений те же, а некоторые – совершенно другие. И конечно, кораллы невероятно интересные.

Я понял часть ее слов, а канал разобрался с остальными.

– Они могут травмировать, – напомнил я.

Она вскинула руку с обрубленным пальцем:

– Надень перчатки и не снимай. И не делай глупостей, как царица Ржа. Кораллы охотятся и достают довольно далеко. Я написала подробный доклад о нашем визите. Ты можешь его прочитать!

Наверное, длинный доклад на классическом английском. Я не стал отвечать.

Чуть выждав, Карола предложила:

– Я его прочту и перешлю тебе резюме.

– О! – добавила Голубка, чуть подпрыгнув от энтузиазма. – И вам надо взять в команду Артура. Он молодец и сможет вас защитить. И Каузи, если он выздоровел. Надеюсь!

– Артур там был? – уточнил Му-Ри Фа.

Голубка начала рассказывать об их недавней вылазке. Подробно рассказывать – и Фа вроде бы было интересно. Я пытался слушать, но в основном пытался убедить себя, что действительно хотел бы участвовать. Однодневная вылазка, туда и сразу обратно, времени отнимет немного, но если мы найдем интересные виды – а судя по ее словам, найдем, – то их надо будет исследовать. У меня и так интересных объектов было больше, чем я мог бы справиться. Нам следовало взять двух ботаников, но всем животные казались интереснее растений – возможно, из-за того, что мы, люди, тоже были животными. А ведь животных без растений не было бы!

Таких, как Стивленд. Самое интересное растение.

– А радужный бамбук на Коралловых равнинах есть? – спросил я.

– Мы посадили семена, но с… Но мы ни про какой бамбук не знаем.

Стивленд… Она чуть было не сказала «Стивленд»?

Ближе к вечеру на городской стене я разговаривал с Зайвоном – одним из антропологов. Я поднялся туда, чтобы пошпионить за колонистами – посмотреть, что они делают рядом со Стивлендом, – и полюбоваться окрестностями. Здесь у всех растений есть нервы и мозг. Зайвон заметил меня наверху и присоединился ко мне. Я был чуть раздосадован помехой. Я надеялся, что если буду смотреть достаточно долго и внимательно, то замечу что-то – какую-то закономерность, которая покажет, как они мыслят, как взаимодействуют, что мне можно было бы сделать…

– У меня к тебе вопрос, – объявил он. – Он странный, но задать его нужно. Это про те деревья, которые называют Стивлендом.

– Задавай.

Он откинулся на стену и посмотрел вдаль, щурясь.

– Вчера одна четырехлетка сказала, что разговаривала с ним… С ним, она говорила о дереве «он», а не «оно». Я подумал, что это, наверное, детская фантазия, но вдруг нет, так что я поддержал разговор, и она рассказала подробности. По ее словам, он разговаривает через механизм, и много говорит на собраниях, которые они устраивают почти каждый вечер. Я сказал, что мы ни разу не слышали, чтобы он там говорил, а она ответила, что он отключен. Он не будет говорить с людьми с Земли.

– А что с нами не так?

– Ага. Я спросил почему, но она ничего внятного не сказала, так что, скорее всего, она сама не знает. Но я задаю тебе вопрос: такое возможно?

– Говорящие растения? – Я взвешивал свои слова. – Не знаю. Не могу сказать ни да ни нет. Похоже, у местных растений есть нервная система. Я не закончил исследования. Но меня тревожит то, что колонисты лгут нам в этом.

– Это дерево – один из столпов их культуры. Как и убеждение, что мы погубили Землю, из-за чего их предкам пришлось улететь. Если бамбук – это основа, то они хотят его защитить. Они – люди практичные. В этом я сильно расхожусь с Омом. Он видит предрассудки или романтизацию, а я – вескую причину, которую мы просто пока не выяснили.

– Ом. Заключительный отчет напишет он.

– Свой заключительный отчет, – парировал Зайвон. – У меня будет мой собственный.

– Когда мы вернемся на Землю. Кстати, что там вообще происходит? Мы должны были бы получать сообщения. Так планировалось: регулярная радиосвязь.

Он устремил взгляд на каких-то работающих в поле людей.

– Если бы с Земли не поступало сообщений, Ом беспокоился бы. Он молчит, так что, полагаю, мы их получаем. Возможно, Поллукс не желает их обнародовать, если он снова в деле. Он все еще… э… нестабилен. Точного диагноза не знаю. Хоть бы он прекратил жаловаться и пытаться заставить нас с ним соглашаться. Ну, Ом ведь тоже инструмент государства. Они не хотят, чтобы мы знали, что происходит.

– Думаю, это хороший знак. Отсутствие новостей – хорошая новость.

Зайвон продолжал смотреть вдаль.

– Да, но в какой-то момент нам, возможно, придется что-то сделать, чтобы выяснить, каково наше реальное положение.

– Возможно.

Рассвет. Я, Хаус, Му-Ри Фа, видеооператор, регистратор информации и Артур с Каузи – оба нагруженные примитивным оружием – ждем посадки на конвертоплан, пока пилот проводит какую-то проверку. Вокруг нас поля и леса бдят, наблюдают.

– Как дела у Каузи? – спросил я у Артура.

Каузи стоял рядом с ним, словно преданный пес. Я мог бы и сам догадаться, но решил подольститься к Артуру. Судя по докладу Голубки, он хорошо осведомлен. Он охотник, а не фермер, и исследователь, и лидер, и еще что-то… Что-то, о чем туземцы говорить не желают.

Каузи закудахтал, и мой канал дал перевод:

– Хорошо. Не земной вирус, это была мирянская бактерия, легкое лекарство. Я сильный. Я быстро поправляюсь. – Он взял Артура за руку (почему-то это мне не понравилось). Он указал на гермокостюм, который Хаус заставил надеть всех членов экспедиции. – Хорошая одежда для Коралловых равнин. Но, возможно, недостаточная. Возможно, их надо назвать Голодными равнинами. Ты будешь осторожен со всем, что видишь, и еще осторожнее – с тем, чего не видишь.

– А что мы увидим?