Сёдзи Гато – Падая в бездну (страница 24)

В последнее время Соске был очень напряжен и подавлен. Курц прекрасно знал о том, насколько он серьезен и ответственен. Конечно, он ни разу не сказал этого вслух, но он очень ценил этого угрюмого парня и считал его отличным товарищем. Руководству следовало бы получше подумать над тем, правильно ли Соске используют в последнее время?

Курц вздохнул и встряхнулся. В любом случае, сейчас не время для таких мыслей. Если «Веном» высунется, вместо Курца в диспуте примет участие его снайперское орудие. Даже если семидесятишестимиллиметровые снаряды не смогут пробить силовое поле, по крайней мере, они помогут Соске улучить момент.

Держась под самой поверхностью воды, Курц терпеливо ожидал начала сражения.

Соске и капитан Мак-Аллен составляли ударную группу. После того, как Мао и Данниган ликвидируют угрозу взрыва, Курц и Нгуен откроют огонь по наземным целям с большой дистанции. Соске и Мак-Аллен должны были синхронно с ними на большой скорости высадиться на пляж и атаковать оставшихся противников. Планировалось, что команда саперов поддержит их, выбравшись из подземного склада на поверхность. ТДД всплывет после начала боя между бронероботами и поднимет вертолеты с десантниками, которые подавят сопротивление во внутренних помещениях химического завода — план выглядел так.

«Арбалет» Соске и «Гернсбек» Мак-Аллена уже приблизились метров на шестьсот к побережью. Конечно, использованные американцами М6 с газотурбинными двигателями не смогли бы бесшумно подобраться на такое расстояние. Но даже новейшие митриловские М9 не могли действовать на более мелком шельфе, оставаясь незамеченными. В отличие от систем маскировки «Туатха де Данаан», ЭКС М9 и «Арбалета» не позволяла скрывать боевые машины, когда нижняя часть корпуса находилась в воде, а верхняя — уже нет.

Осторожно выставив полголовы на поверхность, колышущуюся невысокими волнами, «Арбалет» тщательно просканировал лежащий впереди остров. Ночной низкоуровневый телевизионный прицел приблизил здания химического завода, низкие хранилища, окруженные забором и освещенные переливающимся зеленым светом фонарей. Повсюду виднелись разрушения, оставшиеся с прошлого неудачного штурма.

Соске определил позицию одной из вражеских самоходных зенитных установок. На гусеничном шасси возвышалась башня с двумя двухствольными автоматическими пушками. Искусственный интеллект «Арбалета» автоматически опознал цель: 2С6М «Тунгуска» советского производства. Несмотря на свое зенитное предназначение, она представляла собой большую угрозу и для бронероботов. Стоило противнику обнаружить его, и на «Арбалет» обрушился бы настоящий ливень тридцатимиллиметровых снарядов.

Вдоль пляжа двигался один из вражеских караульщиков. Бронеробот периодически посвечивал по сторонам прожектором, выхватывая из темноты пальмы и выкатывающиеся на пляж волны. На инструктаже говорили, что это «Мистраль-II» французского производства. Его силуэт напоминал низенького коротконого здоровяка и был лишен даже намека на голову, а между ног у него располагалась малокалиберная пушечная установка.

«Мистраль-II» превосходил бронированием советский РК-92 «Сэведж», с которым Соске много раз приходилось иметь дело, и отличался более высокой точностью стрельбы.

Других противников в поле зрения не наблюдалось, но задания и рельеф местности образовывали многочисленные непросматриваемые зоны, где могло скрываться все, что угодно. Включая и «Веном».

Прямо напротив Соске на песке так и оставались обгорелые обломки бронеробота — одного из американских «Дарк Бушнеллов». Его корпус был смят и деформирован, а манипулятор торчал к ночному небу, словно вытянутая в агонии рука мертвеца.

Американские морские пехотинцы неожиданно столкнулись с противником, противостоять которому не мог и гораздо более современный М9, а ведь они имели только бронероботы предыдущего поколения. Страшно представить себе отвратительное ощущение беспомощности и бессильного гнева, которые они испытывали в свои последние минуты.

Прошел час. Над лагуной развернулось розовое полотно рассвета. Согласно плану операции к данному моменту Мао и Данниган должны были уже проникнуть в подземелье и обезвредить детонаторы. Но пока никаких сообщений не поступало. На базе и химическом заводе все было по-прежнему тихо.

«Веном» так и не появился в поле зрения. Проходит техническое обслуживание в каком-то из ангаров? Или скрывается в режиме оптической невидимости? Что, если он тоже погрузился в воду и сейчас незаметно подкрадывается к митриловским бронероботам? Если он прямо сейчас устроил засаду на команду Мао? А, может быть, атакует группу Курца? В голове Соске непрерывной чередой вращались вопросы, не имевшие ответа. Он нервничал все сильнее. В этот момент заморгал индикатор ультракоротковолнового приемо-передатчика ближнего радиуса действия.

— Сержант Сагара, — раздался голос Мак-Аллена.

— На связи, сэр.

— Вот уже девять лет, как я вожу в бой бронероботы. Поэтому хочу кое-что тебе объяснить.

Соске слушал молча.

– Знаешь, я повидал всяких: имел дело с хорошими машинами, да и с дерьмовыми тоже приходилось возиться. Так вот, могу смело сказать, что тот, в котором ты сидишь, к дерьмовым не относится. Скремнись, сержант, и делай все, как всегда. Уяснил?

Надо полагать, капитан решил таким образом подбодрить напарника. Он всегда был остр на язык, строг и часто казался просто упертым служакой, но, на самом деле, относился к подчиненным очень внимательно, замечая их неудачи и сложности и по-отцовски помогая справляться с ними.

— Так точно, сэр, — ответил Соске. Но как бы бодро ни заставлял он звучать свой голос, у него не получалось изгнать навязчиво всплывающий перед внутренним взором образ разбитого «Бушнелла», омываемого волнами.

Прошло еще несколько минут, и со стороны острова донесся приглушенный взрыв.

Ни вспышки, ни дыма — это явно произошло в подземной части хранилища. На секунду Соске подумал, что это сработали подрывные заряды террористов, заложенные в хранилище химических боеприпасов. Но взрыв был слишком слабым. Результатом стала лишь жидкая струйка черного дыма, поднявшаяся над входом в низкое обвалованное здание, и суматоха среди вражеских боевиков. Они забегали туда-сюда, что-то крича друг другу.

«Началось».

Переведя в положение «вкл» тумблер голосового управления, расположенный на ручном контроллере, он приказал вслух:

— Ал, реактор — в боевой режим.

— Так точно, сержант. Энергетика — боевой режим. Повышение выходной мощности: двадцать, тридцать… — сообщил искусственный интеллект бронеробота, носивший имя Ал, низким мужским голосом.

Цифры, означавшие проценты от полной мощности реактора, работавшего до того в ограниченном режиме, начали пересыпаться, показывая стремительный рост.

– Говорит Урц-2. Детонаторы подрывных зарядов удалены. Повторяю, заряды обезврежены. Выходим на поверхность.

Докладывала Мао, и уже по одному ее тону было понятно: начальная фаза операции прошла успешно. Режим радиомолчания был снят.

– Говорит Урц-6. Я готов.

– Урц-10, аналогично, — доложилась группа огневой поддержки Курца и Нгуена.

— Шестьдесят, семьдесят, восемьдесят… — огромное количество энергии, накачиваемое палладиевым реактором, устремилось в электромускульную систему «Арбалета». Наведенные токи окружили поднятые над водой манипуляторы бледным голубоватым сиянием. Искусственные мышцы потрескивали, увеличиваясь в объеме и пульсируя. По корпусу бронеробота пробежала дрожь.

— …Девяносто, девяносто пять, сто процентов мощности.

Сейчас.

Соске сделал глубокий вдох. В наушниках отдалось:

– Урц-1 — всем. Разрешаю открыть огонь. В атаку!

— Вас понял, — Соске изо всех сил толкнул вперед рычажок в левом контроллере. Водореактивный движитель погруженного в волны бронеробота выбросил пенный фонтан, мгновенно вырвавшийся на поверхность. БР стремительно рванулся вперед, все больше разгоняясь, выпрыгнул из воды и помчался к острову, глиссируя, точно катер на подводных крыльях.

Быстрее, еще быстрее. Разгон был мощным, на спидометре торопливо замелькали набираемые узлы. Корпус «Арбалета» трясся и вибрировал. Срезая верхушки пологих волн, он летел к берегу, иногда целиком выскакивая из воды.

Сто пятьдесят метров, сто метров…

Сторожевой «Митраль-II» заметил оседлавший белый бурун «Арбалет» и навел на него автоматическую пушку. Но митриловский бронеробот опередил его — головные пулеметы залились длинной непрерывной очередью. Сотни 12,7-ми миллиметровых пуль, извергаемых в секунду, окатили вражеский БР стальным дождем. Прочная бронезащита выдержала удары, разбившиеся пули засверкали яркими искрами, точно окалина. Противник Соске рефлекторно прикрыл манипулятором линзы оптических камер и качнулся назад, ослепнув на пару секунд.

Большего и не требовалось. «Арбалет» на высокой скорости вылетел на пляж и сделал кувырок. Вздымая облака песка, он перекатился и с размаху врезался в «Мистраль». Сцепившиеся бронероботы по инерции проехали еще несколько метров, вспахивая пляж. «Мистраль» яростно бился, пытаясь сбросить противника, чтобы пырнуть его мономолекулярным резаком, закрепленным на стволе автоматической пушки, точно штык. Но митриловский бронеробот оказался быстрее: он упер ствол короткого помпового орудия в бок противника и выстрелил. Получивший 57-ми миллиметровый снаряд в упор «Мистраль», практически перебитый на две части, отлетел назад и рухнул, испуская струи масла из гидросистемы. Тут же занялось пламя.