Сёдзи Гато – День, когда ты придешь (страница 98)
вышибло фонтаны стремительного порохового пламени – надо полагать, сдетонировал
боезапас. Несколько перелетов дали близкие разрывы, забросав бронеробот землей и
тлеющими обломками.
– Хватит с меня таких рукопашных забав! – отдышавшись, заявил Соске. – Другое
оружие есть?
– Б е з у с л о в н о . П р о ш у .
На спине силуэта бронеробота, изображенного на оружейной панели, заморгало
схематическое изображение артустановки.
– Штурмовая пушка. …165 миллиметров?!
Удивление, звучавшее в голосе Соске, было вполне оправданным. Невозможно
было представить себе орудие для бронеробота калибром в 165 миллиметров. Калибр
стандартных автоматических пушек, используемых ими, не превышал сорока
миллиметров. Любимое помповое орудие Соске, «Боксер» было 57-ми миллиметровым, а
самая мощная пушка на вооружении Митрила – гладкоствольное снайперское орудие,
которым так ловко владел Курц – трехдюймовой, и имела калибр 76 миллиметров. Увы,
по этому параметру бронероботы не могли сравниться с основными танками,
вооруженными 120-ти миллиметровыми длинноствольными орудиями. Но масса танков,
как правило, превышала 50 тонн, в сравнении с воробьиным весом 10-титонных
бронероботов.
– Погоди, это ведь саперная пушка, так?..
Действительно, это орудие, появившееся впервые на английских саперных танках
«Центурион» AVRE еще в пятидесятых годах, предназначалось для разрушения зданий и
фортификационных сооружений с ближней дистанции в городских боях и имело малую
начальную скорость и крутую траекторию. Неужели кому-то пришло в голову
использовать его в маневренном бою бронероботов?
– Н а ш г л а в н ы й к а л и б р . Э н е р г и я о т д а ч и о ч е н ь в е л и к а ,
п р о ш у в а с с о б л ю д а т ь о с т о р о ж н о с т ь , с е р ж а н т . У с и л и е м о ж н о
п а р и р о в а т ь т о л ь к о с п о м о щ ь ю л я м б д а д р а й в е р а .
Вспомогательный манипулятор услужливо выдвинул короткоствольную гаубицу,
смонтированную на спинном кронштейне, в позицию для стрельбы: тело орудия
расположилось под правым манипулятором. Массивный казенник, мощные
противооткатные устройства, горшкообразное дуло – древняя артсистема выглядела
весьма солидно.
125
Оставалось проверить самое главное. Эта «Толстая Берта»…
– …Сможет она выстрелить? – пробормотал Соске, быстро проверяя боеготовность
штурмовой гаубицы.
– У т в е р ж д а т ь н е м о г у . И с п ы т а н и й н е п р о в о д и л о с ь .
– Теперь уже ничего не поделаешь. Придется мне попробовать.
– Т а к т о ч н о .
– Ну, тогда держись.
С орудием наизготовку, «Лаэватейн» прыгнул, пружиной взвившись в воздух над
горящими останками первого «Бегемота».
Второй титан немедленно разразился новым залпом. От пунктирных трассеров и
факелов стартующих ракет зарябило в глазах. Энергетическое поле лямбда драйвера
отразило удары наиболее точно нацеленных снарядов.
– Врешь, не возьмешь!..
Удар приземления и немедленно – новый прыжок. Вращение в воздухе.
Приближающиеся противотанковые ракеты. Головные шестиствольные пулеметы – на
максимальную скорострельность. Перехват. Раскинуть манипуляторы и ступоходы,
толчок силовым полем – торможение и изменение траектории. Крутая парабола. Уход от
огня. Дистанция до противника – двести метров.
Нужно атаковать с минимальной дистанции.
Он прыгнул в третий план, невысоко над землей. Жестокое сотрясение и
перегрузка. Оттолкнувшись от коленного сустава «Бегемота», бронеробот кубарем
пролетел между колоннообразных ступоходов. Тогда, во время сражения на рассвете в
Ариаке, он выстрелил снизу вверх в щель промежности, туда, где сочленялись
ступоходы…
– Не успел!..
Завершив кувырок вперед, «Лаэватейн» глубоко взрыл песок пляжа ступоходами и
взвился вверх, как кузнечик. На мгновение он завис в воздухе за спиной «Бегемота»,
целясь в затылок стальному титану.
Вражеский пилот продемонстрировал завидную оперативность и гибкость: ударное
силовое поле «Бегемота» взвыло, врезавшись в «Лаэватейн» остро сфокусированным
тараном. Казалось – в следующий миг дерзкий карлик разлетится на куски. Однако…