Сёдзи Гато – День, когда ты придешь (страница 45)
Чего именно пленители хотели от Канаме?
Леонард часто разговаривал с ней о разных малозначащих вещах. Хотя он не
обмолвился и словом о том, что происходит в таинственных недрах «Амальгам», у Канаме
все равно создалось впечатление, что он готовиться к чему-то, к чему-то очень
серьезному и большому. Вероятнее всего, до того дня ее не выпустят из этой роскошной
клетки.
Оторванная от своих корней, утратившая дом в Токио и друзей, Канаме
чувствовала себя безнадежно потерявшейся в чужом огромном мире. У нее уже не хватало
духа спорить и даже просто расспрашивать Леонарда о том, что с ней будет.
Какая разница? Ей было все равно.
Она больше не помнила, что такое гнев или веселый смех – здесь никто не злился и
не смеялся. Монотонная жизнь в огороженном, замкнутом мирке исподволь засасывала ее
и скоро Канаме перестала вспоминать и мечтать. Что толку? Она будет влачить здесь свои
однообразные дни, незаметно превратится в усталую взрослую женщину, незаметно
57
поседеет и спрячется за старческими морщинами. А потом просто умрет. Разве это так уж
плохо?
Поместье располагалось в субтропическом поясе, это легко было определить по
тому, что даже в феврале здесь было тепло, а вокруг дышали влагой вечнозеленые
тропические леса. В пределах видимости не было ни дорог, ни других построек, ни разу в
море не возник силуэт корабля. Ни единого инверсионного следа в южном синем небе.
Лишь вертолет, привозивший Леонарда и его подручных, оставался ниточкой,
связывающей поместье с внешним миром.
Это было очень тихое место.
Такое же пустынное и тихое как ее сердце.
Солнце село, и Канаме, как всегда, как многие-многие дни подряд, покинула
террасу и бездумно побрела по дорожкам западной части огромного парка.
Парк был ухоженным и ровным. Темно-пурпурные цветы жакаранды1, отмечавшие
подкрадывающуюся незаметную весну, сливались с бархатными закатными сумерками –
печальные и поникшие, словно в траурные гирлянды. Легкий морской бриз тронул листья
садовых деревьев, и они зашептали о чем-то, приглушенно и тревожно.
В тот вечер она забрела чуть дальше вглубь сада, чем обычно и устало прилегла
под деревом, прислонившись спиной к шероховатому стволу. Ее одолевала вялая дремота,
и Канаме послушно плыла по мягким сонным волнам, пока ее ушей не достигли
негромкие голоса.
Один из них был мужской, второй – женский.
– … И что же? Отступление из Лос-Анджелеса не подтверждено, не так ли?
Знакомый голос. Это был помощник Леонарда, Ли Фаулер.
Тонколицый молодой человек с длинными иссиня черными волосами, который без
труда покорил бы любую женщину одним-единственным взглядом. Канаме ничего не
знала о его прошлом, но под внешним обликом изящного и изысканного джентльмена
скрывался опытный и осторожный боец, на удивление проницательный. Он был
абсолютно, безраздельно предан Леонарду и всегда демонстрировал высший класс
любезности и уважения по отношению к Канаме. Как правая рука Леонарда, он
практически постоянно находился в разъездах по всему миру. Надо полагать, сегодня он
задержался в поместье.
– Да. Это неприятно.
Голос собеседницы Фаулера Канаме тоже немедленно узнала. Сабина Левония.
Еще одна из ближней когорты Леонарда.
Девушка, которая, по сути, и руководила всей прислугой, обеспечивавшими
существование поместья, всегда носила строгий брючный костюм и очки в узкой черной
оправе. Она выглядела молодо – ей нельзя было дать больше двадцати лет. Ненамного
старше Канаме.
Сабина никогда не отлучалась из поместья, и постоянно была на виду. Ее
корректность и чопорная предупредительность перед Канаме тоже не знала границ.
Но ее безупречная, слегка флегматичная учтивость не могла обмануть – девушка
была отнюдь не из хрупких горничных, способных только подносить чай. Напротив, вся
связь шла через нее, и, невзирая на молодость, она командовала не только служанками,
поварами и садовниками, но и охранниками, которые вытягивались перед ней в струнку.
Глаза за стеклами очков поблескивали остро и прицельно, как у человека, которому не раз
доводилось смотреть в прицел, а чувство настороженности и напряжения сопровождало ее
по пятам.
1 Жакаранда (лат. Jacaránda) — род растений семейства
вечнозелёные деревья, растущие в основном в тропической и субтропической зоне. Родиной большинства из
них является Южная Америка, в частности, Бразилия.