SWFan – Сказание о второстепенном злодее (страница 20)

Я перевёл дыхание, ощущая напряжение во всём теле, и продекламировал:

— Вот мы и встретились, плебейка! Извинись за свои слова, и тогда я, возможно, проявлю милосердие!

…Я ведь уже говорил, что не самый лучший актёр, когда волнуюсь?

Впрочем, фраза всё равно была под стать заурядному злодею.

'+0,1 балла!

(Текущие: 0,2)'

Адель ничего не ответила, но в глазах у неё появился острый блеск. К этому момента она, наверное, перестала воспринимать меня как человека, с которым в принципе можно было общаться или даже перекидываться оскорблениями; только её хватка на белой рукоятке длинного меча стала ещё крепче — выразительнее всякий слов.

— Начинайте! — велел судья.

В моё в лицо ударил ветер.

Между зрением и реакцией человека пролегает тонкая, но ощутимая граница. Я видел, как Адель замахнулась мечом и одним плавным движением приблизилась прямо ко мне, но совершенно не успел отреагировать. Собственное тело показалось мне вязким и неповоротливым, как ржавая марионетка на фоне стремительной девушки.

Как в замедленной съёмке, я вскинул правую руку — успел только потому, что планировал заранее — и выпустил золотистую молнию. Она была даже быстрее Адель… но цели не достигла.

Девушка заранее просчитала траекторию моего выстрела, поймала молнию мечом и направила в землю.

Не вышло, а в следующее мгновение Адель уже стояла в метре от меня, ударяя мечом прямо по плечу. Я почувствовал хруст, слабость и страшную, тупую боль, пронзившую меня до самых пяток. Я заранее стиснул зубы и теперь сжал их с такой силой, что на мгновение серьёзно испугался, что они треснут.

— Агх!..

Я не мог думать, не мог шевелиться — боль поглотила меня без остатка. Если бы её меч был настоящим, я не тупым, я бы потерял плечо и руку. Только титаническими усилиями я удержался за тонкую нить своего сознания и снова выпустил силу кристалла через наруч.

Между нами было меньше метра, меч Адель всё ещё касался моего плеча, но как только в моей руке загорелся электрический свет, она сразу отпрянула на пару шагов, без единого лишнего движения опустила сверкающий клинок и разрубила золотистую молнию.

И всё же для этого ей пришлось на мгновение перейти в оборону. Из последних сил я схватился правой рукой за свою шпагу и ринулся вперёд, совершая простейший рубящий удар «Стиля Имперского Клинка», который вычитал в мануале. Для этого не просто нужно было замахнуться — требовалось задействовать всё тело, включая ноги, торс и плечи.

В голубых глазах Адель впервые промелькнуло удивление. Это был первый раз, когда я схватил шпагу правой рукой. Всё это время я держал её левой и размахивал, как палкой. Впрочем, вовсе не мои реальные умения, которые не самом деле тоже были довольно паршивыми, обескуражили девушку, но сам факт, что они у меня были, что я не был совершенно бездарным. Только фактор неожиданности позволил мне приблизиться к ней и ударить её прямо по…

…мечу, которым она без малейших усилий со своей стороны заблокировала мой удар.

Динь!

Мои мышцы напряглись от напряжения, пытаясь продавить её оборону, но это было бессмысленно. Мой клинок дрожал, как напуганный зверёк, в то время как её меч оставался неподвижным, как гигантская стальная стена.

Наши лица оказались так близко, что я мог пересчитать все ресницы над её ясными голубыми глазами. Сначала в них читалась лёгкая растерянность, но уже вскоре Адель взяла себя в руки, и её взгляд наполнило леденящее спокойствие.

Следующие действия девушки были такими стремительными, что я даже не понял, что она сделала. Просто шпага вдруг вылетела у меня из рук, и я оказался совершенно безоружным. Глаза Адель вспыхнули голубыми огоньками, её клинок устремился на моё правое плечо. Левую руку я уже не чувствовал, если потеряю правую — битве конец, ей уже конец, я проиграл, и в то же время я со всей своей силы стиснул зубы, чтобы сохранить сознание.

Раздался хруст, у меня потемнело в глазах; мне показалось, что мои руки стали чугунными и потянули размякшее тело к земле.

Это…

…был ключевой момент.

— Что ты?.. — удивилась Адель, но было поздно — для неё.

В тот же момент, когда меч Адель притронулся к моему правому плечу, я её пнул.

По ноге.

Это был слабый, совершенно незначительный удар, который в игре нанёс бы не больше пары единиц урона и который Адель, которая всегда сражалась предельно рациональным образом, не видела смысла блокировать— но именно поэтому он всё же достиг своей цели.

Прямо перед началом битвы я поднял свой уровень владения электрической маной на один балл; теперь я выпустил силу кристалла, но вовсе не в Адель — нет, я знал, что даже теперь она могла увернуться, наблюдая за моими действиями. Более того, я не мог поднять руку, чтобы направить в неё золотистую молнию из наруча — поэтому я направил её в себя.

Раскалённая вспышка пронзила меня изнутри, обжигая внутренности и вызывая дикие мышечные спазмы. В глазах у меня потемнело, но я всё равно держал их открытыми и смотрел прямо на Адель. Она вздрогнула и сразу бросилась назад, но было поздно, и когда молния пронзила мою ногу, она устремилась и в неё.

Благодаря многочисленным (и болезненным) тренировкам, к этому времени я выработал у себя определённую устойчивость к параличу, который вызывал Зуз. У Адель её не было. Следовательно, мы оба получим урон и ожоги, но девушка к тому же станет неповоротливой, я смогу воспользоваться этим и…

И.

Такой был план, однако в тот же момент, когда молния прошла в ногу Адель, она вдруг… погасла. Это оказалось неожиданностью не только для меня, но и для самой Адель, которая удивлённо сморгнула. Я задумался остатками сознания, которое, словно сгорающий листок, пожирала бешеная боль, и вспомнил, что сегодня уже использовал Зуз более шести раз. Даже стабильные кристаллы имели ограничение на количество применений в день.

У меня закончился боезапас.

Приоткрыв губы, я рассеянно посмотрел на Адель. Девушка перевела дыхание, вскинула руку, занесла кулак — и нанесла ослепительный удар мне прямо в нос. Я услышал хруст — очередной, — затем щелчок, и наконец тонкая нить, удерживающая моё сознание в рамках этого мира, лопнула, и я со свистом полетел в кромешный мрак…

…

…

Глава 21

Утро

Сложно уловить момент пробуждения. Это происходит постепенно: сон перетекает в реальность и одновременно забывается, растворяясь в лучах яркого рассветного солнца.

Именно утренний свет встретил меня, когда я приоткрыл веки, такие тяжёлые, будто к ним крепились гири. Свет и свежий воздух с лёгкими морскими и осенними нотками, который задувал из приоткрытого окна, так что я слышал, как надувается гардина.

Постепенно я стал замечать и другие детали своего окружения: мягкую кровать у себя за спиной, свежее покрывало и едва заметную тупую боль. Я приподнял голову и увидел две руки, лежавшие на одеяле и перевязанные до самых плеч, как у мумии. Вероятно, они были моими, потому что они крепились к моему телу, но сказать точно было затруднительно, так как прямо сейчас они совершенно меня не слушались.

Я вздохнул, опуская затылок на кровать, и снова уставился на потолок.

Значит, я всё-таки проиграл. Ничего не поделаешь. В реальности сражаться гораздо сложнее, чем в игре. Там энергия кристалла автоматически восполнялась после каждого боя. Вот почему нельзя целиком и полностью полагаться на игровые знания. Я повторял это себе десятки раз, и всё равно совершил такую глупую ошибку.

Ладно, бывает. В любом случае я не смог бы победить Адель, даже если бы выстрелил в неё из «Зуза». Я хотел замедлить её с помощью кристалла, вызвать паралич, чтобы хотя бы немного уравнять наши силы, но к тому моменту, когда у меня всё же получилось дотянуться до девушки, я был уже не в состоянии сражаться.

Оставалось только надеяться, что я показал себя достаточно хорошо, чтобы Алекс тоже получил высокую оценку, и история вернулась в своё изначальное русло.

Кстати говоря, поведение Алекса во время нашей битвы было крайней подозрительным, и весьма вероятно, что причиной была…

— … Мая.

— А?.. А! Я не сплю, не сплю! — раздался возле кровати взволнованный голос.

Я вздрогнул, повернулся и увидел юную горничную с чёрными волосами, заплетёнными в косички.

Она сидела на стуле возле кровати и напряжённо смотрела на меня.

Наши взгляды пересеклись.

— Мая?.. — вырвалось у меня, после чего я сразу пожалел о своём вопросе, замечая, как её блестящие глаза расширились от удивления:

— Д-да. Вы меня знаете, господин Савин?

— Я узнал твоё имя после того случая, — ответил я, после чего поспешно сменил тему. — Что ты тут делаешь?

Несмотря на попытку прозвучать высокомерно и грубо, в моём голосе невольно проскользнуло удивление.

Мая замялась на мгновение, потом, опуская голову, ответила:

— Мне сказали ухаживать за вами, пока вы не поправитесь.

— Кто сказал?

— М-мисс Ной.

Челленджер? Старшая горничная? Она что, сумасшедшая? Хотя если так подумать, то я примерно могу представить себе ход её мыслей. Вероятно, она решила, что, если Мая проявит свои лучшие качества, ухаживая в трудную для него минуту за аристократом, который определил ей столь суровое наказание, это позволит ей загладить свою вину перед ним (мной).

Несмотря на строгий темперамент, старшая горничная Факультета Пурпурной Акации была весьма заботливым человеком, хотя и слишком раболепным в отношении имперского дворянства.