Святослав Яров – Нефритовый след (страница 3)

– Что тут у нас? – обратился Гришин к врачу, склонившемуся над бесчувственным телом.

– Два сквозных пулевых левой половины груди… – не оборачиваясь и даже не полюбопытствовав, кто и на каком основании задаёт вопрос, ответил тот. Сразу видно, тёртый – чётко усвоил, что ежели человек сумел преодолеть ментовской кордон, то спрашивает не из праздного любопытства, а по долгу службы и, более того, имеет на то полное право.

– Сердце не задето, – продолжил медик, – однако явно поврежден один из крупных сосудов – большая кровопотеря. Состояние тяжёлое, но есть вероятность, что выкарабкается… – закончив возиться с повязкой, он выпрямился и посмотрел на Андрея, как бы вопрошая: что вас ещё интересует?

– А с тем что? – Гришин кивнул на неподвижное тело байкера.

– Моё дело – живых спасать, а не покойников обследовать. По поводу того, все вопросы к судмедэксперту! – с изрядной долей цинизма ответил врач и, сочтя разговор оконченным, скомандовал своим. – Быстро загружаем!

Фельдшер и водитель подняли носилки и понесли их к машине.

– В Склиф? – уточнил Андрей напоследок.

– А то куда же! – отозвался врач. – Я ж говорю, необходимо срочное переливание крови. Счёт на минуты.

Закончив погрузку пострадавшего, медики проворно запрыгнули в машину, припаркованную на проезжей части, шагах в десяти от места событий. Поскольку в направлении Садового Каретный ряд, забитый автомобилями, полз еле-еле, «скорая», мигая всем, чем только можно и надрывно подвывая сиреной, понеслась в НИИ Склифосовского по полосе встречного движения. Проводив взглядом удаляющуюся карету скорой помощи, Андрей подвёл первые итоги. Один – труп. Второй выживет, нет ли – бабушка надвое сказала. Пойдём разбираться дальше.

Гришин сразу определился, с кем из четвёрки патрульных целесообразнее переговорить, чтобы прояснить ситуацию. Естественно выбор пал на прапорщика, который проверял у него документы. И дело даже не в том, что тот был старшим по званию – у остальных на плечах поблёскивали всего лишь сержантские лычки – просто прапор, наверняка отработал в конторе дольше, повидал больше присутствовавшего здесь постармейкого молодняка, а стало быть, за годы службы должен был научиться докладывать чётко и внятно.

– Кто его успокоил? – подойдя к прапорщику, спросил Гришин, указав на труп, облачённый в байкерскую униформу.

– Я, – невозмутимо отозвался полицейский.

– На ловца и зверь… – пробормотал сыщик, несколько удивлённый столь безмятежным спокойствием человека, совсем недавно отправившего на тот свет пусть и преступника, но всё же хомо сапиенс.

– Не впервой, что ли? – не удержался от вопроса Андрей.

– Не впервой, – подтвердил прапорщик, не вдаваясь в подробности.

Хладнокровию ППСника можно было только позавидовать.

– Тогда рассказывай! – предложил сыщик. – Только коротко и по делу!

Служака со стажем, по всему видать, и без напоминаний сестру таланта почитал как близкую родственницу.

– Были на маршруте. Я за рулём. На Каретном застряли, – как бы призывая в свидетели дорожную обстановку, прапорщик кивнул на плотный поток машин, едва-едва ползущий мимо них в направлении Садового кольца. – Как поравнялись с «Эрмитажем», слышу выстрел. Народ в рассыпную. Гляжу, тот… ну, которого увезли, – пояснил он, – на спину валится. А этот, – снова кивок, на сей раз на труп, – вдогон ещё раз шмаляет… Мы в правом ряду тыркались, ну я и рванул сюда через две сплошных. Выскакиваем с Володькой, – видимо имея в виду напарника, продолжал рассказывать прапорщик. – Автоматы само-собой на изготовку. «Бросай оружие!» – орём. Он обернулся и на меня ствол навёл… Ну, я его и срезал! – закончил прапорщик, любовно похлопав ладонью по крышке ствольной коробки своего «калаша».

– По-нят-ненько, – протянул сыщик, удовлетворённый практически стопроцентным подтверждением своей версии развития событий, и покосившись на мотоциклетный шлем, лежащий на тротуаре возле байкера, уточнил. – Он, когда стрелял, в шлеме был?

– Ну да, – подтвердил полицейский. – Еще и намордник опущен.

– А как эта хрень на земле очутилась? – поинтересовался Гришин, прикинув, что такого рода защитная экипировка сама по себе с головы упавшего человека вряд ли свалилась бы.

– Врач пульс искал, – объяснил служака.

– Ты мотоцикла поблизости не приметил?

– Был. За троллейбусной остановкой стоял.

– С водилой? – уточнил Гришин.

– Кто-то за рулём сидел… – подтвердил патрульный, припоминая, и добавил. – Да я его толком не разглядел. Только мы сюда рванули, он по газам и ходу.

Понимая, что бравому прапору не до того было, Андрей всё же спросил:

– Что за мотоцикл? Цвет, номер?

– Марку не скажу. Цвет чёрный. Номера не было.

– Как со свидетелями? – продолжал расспрашивать Гришин.

– Думаю, найдутся. Кафе вон битком набито. Как тут завертелось, народ наружу вывалил… – сообщил прапорщик и скептически хмыкнул. – А то как же! Хлеба и зрелищ!

«О Ле» и впрямь находилось в опасной близости от места происшествия. Фасад кафе представлял из себя почти полностью застеклённую стенку со стеклянной же дверью, и, надо полагать, всё что творилось на улице многие посетители могли отлично разглядеть. Назначь я Светке свидание малость пораньше, и тоже вполне мог угодить в очевидцы, подумал Андрей. Сразу всплыли недавние тревоги на ту же тему. Ведь запросто на пару с женой могли под шальную пулю попасть. Не факт, что при ином раскладе патрульная машина оказалась бы рядом, и поди знай, чем закончилась бы эта катавасия… Вся наша жизнь – лотерея. Придя к такому выводу, подполковник скривился в скептической ухмылке.

Прапорщик видимо отнёс мимическую реакцию муровского опера на свой счёт и всё с той же поразительной невозмутимость добавил:

– Ну, а не найдётся свидетелей, так здесь повсюду видеонаблюдение. Камеры на каждом шагу понатыканы.

Логично, согласился с ним Гришин. Ну что ж, посмотрим записи – глядишь и что интересное обнаружится. Они, кстати сказать, и для реабилитации прапорщика пригодятся. Если всё, что тот рассказал, – правда, а врать ему резона нет, то дополнительные свидетельства правомерности применения оружия полицией не помешают…

– Надеюсь, у тебя неприятностей не будет, – обнадёживающе сказал Гришин. – По мне так ты всё правильно сделал. Жаль только, что наповал… – при этом он с сожалением посмотрел на бездыханного байкера. – Теперь-то уж его на спросишь: кто, за что и почему?

– Так, не в тире! Думать некогда было, – резонно заметил прапорщик. – А если бы он ещё кого замочил? Не спецом, а по случаю? Небось, не железный. Рука дрогнула, психанул или ещё что!

– Это точно. Безопасность граждан прежде всего, – словно мантру заученно произнёс Андрей, нимало не лукавя, потому как сам всегда исходил из такого посыла, и, приступая к выполнению своих непосредственных обязанностей, спросил. – Документы при ком-нибудь из них были?

– У китайца… – недвусмысленно направив ствол автомата на убитого стрелка, начал было прапорщик, но Гришин перебил его.

– Он – китаец? – переспросил оперативник и недоверчиво покосился на застреленного парня. Конечно, прапору виднее – врач при нём шлем с головы убитого стягивал. А так, не видя лица, попробуй догадайся. Но киллер-китаец в центре Москвы – это что-то новенькое!

– Железно! – уверенно подтвердил прапорщик. – Я ж родом из Приморья, а там этого добра полно. Насмотрелся на их рожи – в потёмках не спутаю.

– Ну, китаец так китаец, – согласился Гришин.

– У него вообще, ничего… – продолжил свой рассказ патрульный. – У второго только мобильник. Он рядом лежал. И… – он пошарил в нагрудном кармане своей форменной куртки и протянул сыщику что-то вроде брелока от автомобильной сигнализации. – И вот это!

Смарт ключ, сразу определил Андрей. Если верить шильдику, то от «БМВ».

– А какие-нибудь документы? – спросил сыщик.

Прапорщик лишь отрицательно мотнул головой.

Любопытно, подумал Гришин. Ну киллер на дело шёл, всё до соринки из карманов выгреб – это нормально. А терпила-то почему пустой? Впрочем, грузить сейчас голову безответными вопросами Андрей счёл делом преждевременным.

– Раз есть ключ, должна быть где-то поблизости и машина, – глубокомысленно изрёк он и, обращаясь уже к прапорщику, сказал. – Ты давай тут бди! А я пойду его тачку поищу.

Поиски много времени не заняли. Андрей просто перемещался от одной уличной парковки к другой и периодически нажимал на кнопку, встроенную в ключ. Едва он свернул в Успенский переулок и в очередной раз проделал эту нехитрую операцию, как на призыв брелока отозвалась приглушённым пиком чёрная «Х5», припаркованная сразу за поворотом. Прежде чем к чему-либо прикасаться, Гришин натянул на руки медицинские латексные перчатки, которые всегда имел при себе про запас, и только после этого открыл дверь и заглянул внутрь. Не обнаружив ничего интересного, он на секунду задумался, а потом опустил вниз солнцезащитный козырёк с водительской стороны. Интуиция не подвела: на сиденье плюхнулась обложка с документами. Нет, ну что за народ! Забыл мужик, где живёт! – сокрушённо покачал головой оперативник. Будучи полицейским, он не одобрял европейской моды, оставлять в машине права и документы – слишком лёгкая добыча для пацанвы, у которой руки чешутся пошарить там, где неположено. А потом начинаются звонки с предложением вернуть за вознаграждение…