Святослав Коровин – НГРД (страница 11)
– Ладно, давайте не обо мне. Лучше расскажите зачем вы меня позвали.
Иван Клавдиевич встал, вышел из-за стола…
– Ох, ноги что-то затекли… А позвали, чтобы предложить вам поучаствовать в тестировании новейших разработок наших учёных. Центр разработок находится как раз там, где, судя по фильму блогера Рюмина-Поздеева, построен тот самый загадочный Город. Мы предлагаем провести в Центре две недели, поучаствовать в испытаниях и получить сумму, равную пяти вашим ежемесячным заработкам. Правда же, неплохое предложение?
– Денежное. Отрицать этого не буду, – Андрей посмотрел в спину Ивана Клавдиевича, который встал у окна, что-то рассматривая сквозь запылённое стекло. – Но я вообще-то журналист, а не тестировщик-испытатель.
– Андрей Романович, – Борис Сергеевич улыбнулся, – да хоть мастер по плетению лаптей. Ваш психотип и образ вашего мышления, помноженные на характерные реакции, позволят вам блестяще выполнить эту работу. От вас не требуется углубляться в технические подробности, вам просто нужно будет жить в комфортной квартире, ходить на работу, которая вам подходит, иногда, если потребуется, общаться с нашим психологом. При этом вы будете пользоваться новейшими изобретениями как бытового характера, так и прочими. Мы же, наблюдая за вами, будем понимать, насколько эти технологии жизнеспособны и нужны в нашей Стране и мире в целом.
– Наблюдая?
– Не переживайте, не по камерам. Просто замеряя ваши психоэмоциональные и иные показатели в моменты взаимодействия с оборудованием.
– Андрей Романович, – Иван Клавдиевич подошёл к Андрею и положил ему руку на плечо, – Ну что вы сомневаетесь и переживаете? Вы проведёте две недели в очень комфортном месте и вернётесь домой с большими деньгами. Счастливым, здоровым и отдохнувшим. Конечно же, если будете неукоснительно следовать инструкциям.
– Каким?
– Каждый день вы будете получать задания. Несложные. В Центре вы будете находиться с небольшой поправкой на то, что жить вам предстоит в будущем. Это если фигурально и образно выражаться…
Вообще, конечно, Андрею стало ещё интереснее. Понятно, что рассказать об этом он уже никому не сможет, но всегда ли нужно кому-то что-то рассказывать? За две недели ему предлагают сумму, которой хватит на полгода, да и работа, судя по всему, нескучная предстоит.
– Простите, а это все законно?
– Конечно. Вы подписали бумаги, скажем так, государственного образца. В случае нарушения договорённости будете отвечать как раз таки непосредственно перед законом, – Иван Клавдиевич сел за стол. – Не переживайте вы так! В те или иные моменты Стране нужны добровольцы, и это связано не только с опасными ситуациями. – Допустим я соглашусь, и что дальше?
– Дальше вас доставят домой, дадут билет на поезд, который отходит завтра из Москвы, и уже через несколько дней вы окажетесь на своём рабочем месте. После того как пройдут две недели, вы отправитесь домой. Всё просто.
– А можете подробнее рассказать о том, что там… В этом самом Городе.
– Вы сами всё увидите. Все подробности также узнаете на месте. С вами будут работать лучшие учёные Страны.
– Разве лучшие не в Сколково? – не смог удержаться от сарказма Андрей.
– Если вы вспомнили Сколково, тогда поправлюсь… – Иван Клавдиевич улыбнулся, – С вами будут работать
Андрей вышел из здания. Снаружи ждала машина, на которой его привезли сюда. Водитель, увидев, что он выходит, вылез со своего места, обошёл автомобиль и открыл перед Андреем дверь:
– Садитесь, Андрей Романович.
Андрей сел. Он уже понял, что нет смысла диктовать адрес – водитель наверняка его знал.
Когда машина въехала во двор дома, где жил Андрей, водитель открыл бардачок и достал оттуда конверт:
– Андрей Романович, возьмите. Это билеты.
– Ага. – Андрей взял конверт и вылез из машины, – спасибо, что довезли.
Достав сигареты, он закурил и пошёл к дому.
Зашёл в подъезд, поднялся на лифте, открыл дверь квартиры.
Дома достал из шкафа старую сумку, запихнул в неё одежду, зубную пасту и щётку, зарядку для телефона и все остальное, что, как он решил, может пригодиться в дороге. Жаль, только, шампуня нет. Да и за сахаром так и не зашёл.
Поужинав, Андрей завёл будильник и лёг в кровать. Заснул быстро.
Белее белого
Волны бились о берег. Он стоял на краю утеса и смотрел на закат. Бесконечный закат, скупо кидающийся лучами красного жаркого солнца сквозь летний вечер.
– Берегись, – послышался незнакомый голос.
Он повернул голову и увидел небольшой красный автомобиль, стоящий на поляне. Двери машины открыты, в салоне никого.
– Берегись.
Он приблизился к машине. Салон раскурочен, сквозь порезы на ткани кресел выбиваются пружины и клочья наполнителя, рулевого колеса нет. Зачем-то попытался захлопнуть одну из дверей, но ничего не получилось – дверь заклинило.
– Берегись!
Да кто орёт-то?
Вернулся на утёс. Море потемнело, налетели чайки.
Посмотрев несколько минут на кружащих белых птиц, вернулся к машине. Присел, оглядел колёса. Как и ожидалось – спущены. Кое-где на резине покрышек виднелись зелёные островки то ли мха, то ли плесени.
– Берегись.
– Кто здесь? – встал и огляделся. Позади море, впереди бескрайнее поле, а в поле красная точка. Точка приближалась, постепенно обрастая подробностями.
Не точка, человек, девушка в красном платье. Это она кричала, смеялась и кружилась в танце, подходя всё ближе и ближе.
Он кинулся в её сторону, но ноги запутались в чём-то жёстком: колючая проволока. Упал, чувствуя, как проволока опутывает всё тело.
Он видел молодую цыганку. Она была совсем близко. Буквально в пяти метрах от него. Кружилась, приседала, вставала. И смеялась.
…А он беспомощно лежал, опутанный «колючкой».
Повеяло дымом. Это загорелась машина. В одно мгновение она вспыхнула, огонь начал пожирать остатки салона, краска на кузове пошла пузырями. Объятый пламенем автомобиль покатился в его сторону. Двери всё так же были открыты, в салоне никого не было – был лишь огонь. Пахло жжеными тряпками и плавящимся пластиком.
Машина двигалась медленно, но уверенно. Он уже не смотрел на цыганку, глаза впились в горящий автомобиль.
Тело обдало жаром…
– Берегись.
Цыганка была где-то рядом.
Он попытался поднять руку, чтобы защитить глаза от огня, но не смог.
– Догонишь, и буду твоя! – это цыганка остановилась совсем рядом. Так близко, что краешек юбки задел его руку.
Он сжал кулак, а она кинулась прочь.
Машина была совсем близко. Огонь слепил, жар был нестерпимым.
Несколько капель расплавленного пластика упали на его одежду и прожгли ткань. Ещё несколько капель попали на лицо.
Машина остановилась в паре сантиметров от его ног. Инстинктивно попытался подтянуть колени к животу – не получилось.
Он лежал на спине, глядя на горящий автомобиль. Он не чувствовал ничего, кроме жара и ужасного запаха.
А потом прозвучал взрыв. Автомобиль будто подкинуло чем-то из-под задних колёс. Он словно бы на секунду замер в воздухе в своём полусальто, а затем с громким скрежетом обрушился на Андрея…
Андрей проснулся. Проснулся, не открывая глаз, не глядя никуда, окунувшись во внутреннюю темноту. Сознание ещё цеплялось за сон, словно выпутываясь из пригрезившейся колючей проволоки.
– Доброе утро, Андрей Романович, – послышался женский голос откуда-то сверху. Голос явно звучал из динамиков. Невозможно спутать живой голос и звук, полученный за счёт колебаний мембран. Он вроде и похож на настоящий, но какой-то не такой… Живой, но не живой одновременно.
Раз… Открыл глаза и тут же зажмурился. Слишком яркий контраст между темнотой и светом.
– Блин…
– Корректировка интенсивности освещения произведена, – снова голос из-под потолка.
Вторая попытка прошла менее травматично как для сетчатки, так и для психики.