Светлана Залата – Феникс. Служение (страница 15)

Из самого помещения был еще один выход — помимо главного.

Когда мы пришли, в зале собралось уже немало Равных. Почти все — люди, хотя мелькали и пайди, чьи массивные приземистые тела немало выделялись в толпе, и была даже пара эфириалов, которые, кажется, забрели сюда от скуки. Впрочем, их народ, кажется, вообще все делает со скуки.

Ближе всего, почти вплотную к помосту с рингом, сидели по двое-трое богатеи и их телохранители. От их рядов тянуло магией так, что хотелось потереть нос. Впрочем, мерзких нитей разложения и зла в этих запахах не было. Наверняка многие в таком месте пользовались чарами и амулетами, чтобы скрыть свою внешность, да и не только для этого.

— Поговори с волшебниками, — шепнула я Дианель, пока мы втроем, — Витор смешался с толпой у входа, пользуясь своим не самым богатым одеянием, — шли к распорядителю, — тут их много.

— И без тебя вижу. Не лезь не в свое дело.

— Ты переигрываешь.

Чародейка многозначительно подняла бровь.

Мы втроем подошли к распорядителю, которым тут был пайди, такой же квадратный и бородатый, как и весь их род.

— Мои бойцы хотят поучаствовать в состязаниях, — полным надменности голосом обратилась к нему Дианель.

— О, разумеется, госпожа, — церемонно поклонился пайди. — Вы совершенно точно обратились по адресу. Я — Гольд фон Брок, и я буду рад включить ваших воинов в число состязающихся, госпожа…

— Дианель Алетрутаивель, — милой крокодильей улыбкой улыбнулась чародейка, — пожалуйста, ничего не напутайте в произношении.

— Разумеется, — этого Брока так просто было не пронять. — Вы желаете видеть сражения насмерть? Или поединки по турнирным правилам?

— Видеть я желаю все. А дерутся пусть по турнирным, мне они еще пригодятся.

Я хмыкнула. Вот же все-таки…

Дианель в ответ окатила меня ледяным взглядом, словно я тут не «наемник», а ее личный раб, ни больше ни меньше.

— Хорошо, как вам будет угодно, — чуть поклонился пайди, — я запишу ваших воинов. Им придется оставить все снаряжение в наших охраняемых комнатах и использовать затупленное оружие, страндартное для всех поединщиков. В случае серьезных травм мы предоставляем услуги целителей и бодрящие зелья. Сегодня у нас как раз в первой половине вечера турнир претендентов, хорошее время чтобы показать себя новым бойцам, а после него — бои насмерть между чешуйчатыми. Хотите сделать ставки на своих бойцов или на кого-то еще?

— Хочу. Позже.

— Разумеется. Запишите тогда их вот сюда…

— Я и сама могу роспись поставить, — мое терпение лопнуло. Да, грамотный наемник. И так бывает, — где?

Распорядитель не без удивления пододвинул ко мне пергамент. «Ксандра», — вывела я. Не совсем настоящее мое имя, но настоящее знать никому и не обязательно.

За Арджана расписывалась Дианель. Не то он был не обучен грамоте, что скорее всего было правдой, не то все-таки был обучен, но не хотел показывать это.

— Господа бойцы, пройдемте, — к нам подошел закутанный в просторные одежды савр с чешуей красноватого цвета, — за мной. Ат-та проводит вас.

— Идите, — царственно махнула нам рукой чародейка, — и проиграете — останетесь без жалования.

Я едва подавила желание рассмеяться. Что ж, надо признать, командовать у чародейки выходило легко и естественно. Как у любого, кто вырос в роскоши и среди сильных мира сего.

Как и у меня когда-то.

Служка-савр повел нас в дальний проход к второму выходу из зала. Мимо клетки, в которой пара бойцов просто разминалась, демонстрируя зрелищные, но совершенно бесполезные в реальном бою телодвижения, разогревая публику. За проходом был спуск вниз, в помещения, находившиеся под залом арены.

Там был самый настоящий лабиринт со множеством комнат, тесных даже по узарским меркам.

— Здесь оставлять оружие и доспехи, — Ат-та кивнул на небольшое помещение с множеством сундуков, часть из которых сейчас была открыта, — и забирать ключ. Мы оттуда ничего не брать — ключ один. Таковы правила. Потом идти в зал ждать. С него — в клетку. Там драться от гонга до гонга. Чудес нет, проклятий нет, только сила и мечи.

— Правила? — поинтересовалась я, стаскивая чешую и расстегивая ремни на наручах. Кольчуга отправилась в сундук следом за остальной броней.

— Не убивать. В шею не бить. Судья решит кому лучше удалось.

Вот и хорошо.

В одной рубахе было непривычно, особенно после того как клинок тоже отправился в сундук. Словно и вовсе без одежды осталась. Я усилием воли превратила Знак на шее в татуировку, заставив огонек стечь куда-то к середине груди. Меньше шансов что заметят и поймут, что это.

Арджан снимал свои доспехи куда медленнее, но его броня была и куда массивнее моей. Савр и остался в одном исподнем, стянув и набитую конским волосом рубаху, одеваемую под броню.

Ат-та, наш провожатый, замер, уставившись на Арджана. А именно на его шею, на которой не было ни клейма, ни ошейника. Ат-та несколько вдохов не двигался и даже не моргал. Потом зашипел на саврсокм наречии:

— Ты… Ты свободен⁈

— Я рожден свободным и завоевал свободу, — ответил не без гордости Арджан.

— Свободу нельзя завоевать. Нам никогда не дадут вкусить ее по-настоящему, — разочарованно ответил Ат-та, проводя рукой по своему горлу, на котором была видна тонкая лента ошейника, — тебя заставили драться?

Аржан выпустил облако дыма из ноздрей.

— Я хотел. Дианель не может мне запретить.

Ат-та моргнул.

— Эта девушка с тобой чтобы ты не сбежал?

— Нет, мы лишь делаем одно дело, — вклинилась я.

Саврский у меня был так себе, но нельзя жить на юге и совсем ничего не знать из слов на языке ящеров.

Аржан и Ат-та переглянулись.

— Ты знаешь наш язык, — Арджан прищелкнул пастью. — Достижение для крови Равного.

— На юге почти все его знают.

Ящер выпустил из ноздрей клубы дыма.

— Только те, кто хочет говорить с нами. А таких немного. Даже в Приграничье.

Что ж, на языке Пакта савр говорил лучше, чем я — на его.

Ат-та же продолжил смотреть на Арджана так, словно увидел божество. На миг глаза ящера с красной чешуей остановились на мне — но в них была лишь тень интереса. Все внимание Ат-та поглотил сородич.

Где-то наверху ударил гонг.

— Нужно идти, — спохватился ящер-служка. — Пора-пора.

Пора — так пора.

Пока, вправду, пора было еще не на арену, а в круглое помещение под ней, где ждали своей очереди бойцы. Помимо нас сюда набилось еще полдюжины участников. Люди. Мужчины. Интересно, в этих землях женщины вообще не берут в руки клинок, или лишь не выступают на арене?

Здесь же располагались две небольшие платформы, на которые полагалось встать после того, как называли твое имя и имя твоего соперника. Встать, до того взяв тренировочный клинок и щит, или какое-то еще из стандартного затупленного снаряжения. После этого открывался люк, и хитрый подъемный механизм в верхней части зала начинал со скрипом вращаться, заставляя платформу подниматься. Судя по возгласам — такое вот «прибытие» бойца было частью шоу.

И правда было — в этом я убедилась сама, когда первый раз сама ступила на движущуюся платформу. И с трудом не скривилась от того, как расхваливал «таинственную вооруженную южанку» распорядитель, чей голос явно был усилен магически.

Моим первым противником был какой-то весьма смазливый на вид юноша, залихватски крутящий в руках сразу два клинка. В отличии от Арджана, ими он явно владеть не умел, вертя во все стороны без всякого смысла. Да и вообще бойцом парень был явно не слишком опытным, едва ли не в первый раз взявшим в руки оружие. Он почему-то решил, что если у меня есть меч и небольшой щит, а у него меча целых два, то он просто обречен на победу, и рванул в атаку, ни о чем не заботясь. Тренировочный клинок лежал в моей руке иначе, чем родной меч, но все же достаточно хорошо чтобы отбить первый слишком широкий удар, увернуться от второго. Осталось ударить кромкой щита в кисть, и тут же достать мечом колено, чтобы лишить юношу желания нападать, да и вообще ко мне приближаться.

Остальной поединок до гонга прошел без каких-либо проблем. Юноша сдаваться не собирался, пусть и хромал и один меч из руки выпустил. У меня не было желания его увечить, так что оставалось только держаться в двух шагах да отбивать редкие нелепые выпады. Атаковал и защищался мой противник уже не слишком уверенно, так что периодически я чувствительно охаживала его по подставленной то руке, то ноге.

Победу предсказуемо отдали мне.

Следующие два боя прошли без моего участия. Один из поединков Арджан выиграл, и сделал это, судя по крикам сверху, весьма и весьма красиво.

Второе мое появление на арене было уже под чуть более одобрительный гул. В противниках оказался рослый северянин, покрытый узорами кланов, со здоровенным топором в руке. Уверенный в себе и своем мастерстве. И бьющий сильно и точно, явно из тех, кто не только на арене свое боевое мастерство оттачивал.

Рука с щитом начала болеть уже на третий удар. На четвертый я отбросила этот самый щит — толку все равно было мало, рано или поздно не сумею удар отвести. Нужен иной подход, нужен поединок по моим правилам.

Я нырнула влево от опускающегося лезвия, приняла на предплечье неприятный удар обухом, целившийся в голову — и схватила рукой топорище, одновременно шагая в сторону. Отбросила меч, обхватывая топор еще и второй рукой и рванула на себя. Растерянный северянин, не желая выпускать оружие, подался вперед — и полетел на настил, запнувшись о выставленную ногу.