Светлана Залата – Демоны должны умереть (страница 59)
Даже не знаю, что меня удивляло больше: то, что разноцветноволосый Дмитрий Оберихин оказался сыном человека, владеющего домом едва ли сильно меньше моего, то, что его отец безропотно согласился на эту авантюру, или то, что в доме Оберихиных были комнаты, происходящее в которых можно было услышать из кабинета главы рода.
– Зря мы это затеяли, – пробормотал Нетан, вслушиваясь в возражения Виноградова, – Антон не дурак, он на это не купится. Возьмет образец чая, и…
Нетан страдальчески поморщился.
А план-то ведь был неплох: Оберихин-старший пригласил к себе домой Виноградова, обратившись в клинику именно к нему как к «специалисту, готовому работать с самыми щекотливыми случаями»; Дмитрий без энтузиазма, но согласился подыграть и заставить менталиста выпить с ним чай; Голицын ждал, когда из дома поступит сигнал о вызове наряда…
Но увы, с чаем не срасталось. Его пить Виноградов отказывался категорически, а настойчивость Дмитрия скоро станет заметной…
– Думаю, пора нам вмешаться, – я поднялась со стула.
Кабинет хозяина дома позволял услышать происходящее в части комнат, и теперь словно бы из ниоткуда уже знакомый голос менталиста уговаривал младшего Оберихина дать себя осмотреть, а потом уже и чай, и все остальное.
Я ругнулась. Ладно, есть еще план «Б», менее законный…
– Подождите, – подал голос Оберихин-старший, – он дожмет. Всегда добивается своего. Вот увидите.
Ну увидеть-то я вряд ли увижу…
– Матвей Васильевич, – я обернулась к Нетану, – а когда там этот развязыватель языка начинает действовать?
– Спустя примерно две минуты после применения, – с готовностью отозвался старый маг.
Надо же – этот Дмитрий кодовую фразу все-таки запомнил. И правда – дожал ведь…
– Вперед! – Оберихин-старший с немалой для его комплекции скоростью вскочил из-за стола и вылетел за дверь.
Нетан, сжав кулаки, последовал за хозяином дома. Я отстала, неспособная пока двигаться столь же быстро. По заверению Георга – из-за того, что часть каких-то там ресурсов организм оттянул на заживление руки.
Нужная дверь находилась, как назло, в другом крыле, да еще и в конце длинного коридора, последнюю половину которого я преодолевала под ругань:
– Ты меня никогда не уважал!
– А ты считаешь меня неразумным ребенком!
– Ты и есть ребенок, Дмитрий! Что это за истерики с этим чаем?!
– Истерики? Ты сам попросил!
Ну вот надо этому Дмитрию ляпнуть что не нужно!
– О чем попросил? Вести себя нормально? – нашелся Оберихин старший.
– Нет, о…
– Что тут происходит? – Нетан явно понял, что пора спасать положение. – О, а ваш гость…
– Хватит! – это уже Виноградов. – Я немедленно ухожу.
– Антон Максимович, мы с вами не закончили…
– Закончили, – по астралу пронеслась слабая вспышка энергии. – Я ухожу.
– Вы посмели применить ментальное внушение?! – гнев в голосе Оберихина был вполне настоящим.
– А вы опоили меня неизвестно чем!
Ну почему это неизвестно?..
Я дошла до нужной двери и разом включила и запись звука на смартфоне, и записывающий амулет, который раздобыл Шуйский, и амулет-передатчик, настроенный на Голицына. Хоть какая-то из этих записей да пригодится.
Дверь отворилась, выпуская хозяина дома с мрачным и каким-то поникшим сыном. Наверняка не обошлось без магии или артефакта – смотрел Оберихин-младший куда-то в никуда, да и в целом выглядел пожевано.
Виноградов хотел было выйти следом, но я не дала, перегородив дорогу.
– Есть разговор, Антон Максимович. Как со специалистом, знаете ли.
– Я вам ничего не скажу! Вы что-то использовали, что-то запрещенное! Это вам с рук не сойдет!
Я улыбнулась и попросила:
– Вернитесь в комнату, Антон Максимович. Я хочу с вами поговорить. С разрешения хозяина дома.
– А я с вами – нет!
А ведь он искренен. Георг клялся и божился, что с этим зельем даже менталисту сложно будет удержаться от того, чтобы честно отвечать на прямые вопросы.
– А придется. Я хочу, чтобы вы рассказали про Нити Марионетки. Те самые, которые на меня поставили. А вы использовали эти чары на мне, не так ли?
Виноградов замер. Замер, плотно сжав губы. Видно было, как он борется с собственным телом, с собственным разумом, пытаясь промолчать тогда, когда хотел говорить.
– Отвечайте на вопрос! – надавила я. – Сейчас же!
Виноградов дернулся всем телом… А потом поймал мой взгляд. На мгновение, но этого хватило.
Страх сковал тело. Липкий ужас, появившийся из ниоткуда и вцепившийся когтями в разум.
Реальный запах. Реальный!