Светлана Залата – Дело №1. Ловчие (страница 40)

– В твоей медицинской карте есть записи о д-двух п-попытках самоубийства, – заметил Павел. – Не вышло с п-первого раза?

– Вроде того. А то вы не знаете, что это индивидуально.

– Не знаю, – отозвался маг.

– Разумеется! Вы родились с золотой ложкой в ж… во рту. Одно слово папеньки – и вот ваша магия с вами. А знаете, как погано подыхать в своем же дерьме и блевотине ради шанса наконец дотянуться до звезды за пределами мира?! – Раскрасневшееся лицо Ярослава перекосило от злости. – Не знаете. Ни черта вы не знаете! Вам все досталось просто так, и вы никого и никогда не подпустите к магии. Вы – князи, а остальные – грязь. И когда кто-то поднимается из грязи, вы втаптываете его обратно. Знаете, что я услышал, когда пришел в себя в больнице, когда достал звезду, сделал невозможное? Служаки обсасывали тот факт, что я, безногое дерьмо, посмел «захватить» неприкосновенный Исток! И что я, безногое дерьмо, обязан обозлиться на всех вокруг и начать всем вредить просто потому что! Знаете, каких трудов мне стоило удержаться и не засунуть каждому в задницу по зонду? Но я удержался. А в ответ что? Сиди, грязь, молча и в сторону компьютера смотреть не смей. Ходить не можешь? Общаешься только в сети? Да плевать! Вот тебе два часа свободы в день, и пусть маменька с папенькой присматривают! А то вдруг ты планы по захвату миру строишь, маршировать, так сказать, колонны недовольных призываешь? И так пять лет, в собственном гребаном доме, в этой клетке…

Инга, склонив голову, слушала продолжавшийся гневный монолог. О том, как тяжело под присмотром, о том, как приходится писать бумаги за каждый чих и что только в офисах выставочного центра рядом не мельтешат родители и не мешаются братья и сестры. А еще о том, что, несмотря на «тупые запреты», Ярослав все равно возился с механизмами, расслаблялся, учился управлять своей силой… Не нужной семье силой.

– Я говорил отцу, что знаю, как сделать «Автоповара» лучше, как его начинку подправить, что могу демонстрацию провести. И что? А ничего. Ему срать на меня и на мои проблемы! Им всем срать. Я просто неудобный сын-неудачник. Отпрыск, на которого наплевать, которому…

– Нет, – терпение Инги закончилось, – те, на кого всем плевать, живут в приемных семьях, никогда не видя родной. Без своей комнаты, без родителей, готовых рискнуть своей свободой, потакая нарушениям закона. – Эмпат, если бы могла, вколотила бы каждое слово в голову этого идиота. – А потом от них отказываются, и они живут в приюте, где нет ни своего ноутбука, ни смартфона, ни часов. Им не приносят еду горничные и их не берут на экскурсии по городу. Они даже не знают, как выглядят их отец и мать. Вот на таких родителям и правда плевать.

– Я не…

Ярослав встретился с ней взглядом – и отвел глаза.

– Ты решил, что станешь крутым во что бы то ни стало. – Парень сказал достаточно, чтобы Инга хорошо это понимала. – И тебя начали разводить как лоха. Рассказали, как круто будет получить магию, утереть нос всем вокруг. Подбивали зайти все дальше и дальше. Да ты обосрался от страха, когда в первый раз ничего не вышло. Хотел ведь выйти из игры, разве нет? Но леска затянулась. Чем угрожал твой милый друг? Сдать тебя? Обещал рассказать всем твоим виртуальным друзьям, что ты – чмо, трус и глупец? Или льстил, говоря, что другие бы сдались, а ты – нет? Или и то и другое?

Инга сама однажды так попалась. В приюте одна из старших девочек, Лариса, начала рассказывать всем, что знает, как стать магом. Ссылалась на свою тетю, которая вроде как всему научилась сама. Рассказывала, как правильно дышать, как проваливаться в состояние между сном и явью, придушивая себя или друг друга. Как пройти дальше и получить магию. Настоящую, полноценную. Инга польстилась. Кто не хотел бы уметь все и сразу? Очнулась она только после того, как чуть не задохнулась. Начала выяснять и поняла, что тетя Ларисы происходит из старого рода и сама отправила в приют племянницу, рожденную матерью не от мужа.

– Ты хотел стать исключительным, тем, у кого получится. И получилось ведь, – продолжила Инга, косясь на Павла. Маг смотрел спокойным, но тяжелым взглядом на Ярослава. Видимо, чтобы тот не расслаблялся. Эмпат решила напирать дальше. – Вот только выяснилось, что выкладывать неприличные картинки на чужих страницах и взламывать мелкие сайты – вовсе не то же самое, что нарушить закон по-крупному, не так ли? А ты уже почувствовал силу и не собирался ждать пять лет. Не хотел получать образование, книжки читать, чертежи делать. Нет, ты хотел все и сразу. И твоя семья от тебя не отвернулась. Твой отец дал взятки – и тебя оставили дома. Тебе позволили ездить на выставку и сидеть там одному. Твоя семья тебя кормила, поила, одевала, и обувала, и не контролировала, что ты там в интернете ищешь.

– Еще бы они что-то контролировали, – буркнул Ярослав, – я сам себе купил планшет. И вообще – они меня заставили работать! Сидеть и пялиться на трансляции с камер этого выставочного зала, куда три с половиной калеки в день заходят!

Инга попыталась не расхохотаться. Да, он инвалид, да, не ходит… Но она бы променяла работу горничной, когда батрачишь по двенадцать-шестнадцать часов с тряпкой в руках, на столько же часов разглядывания мониторов в комнате с кондиционером.

– Да плевать, – мрачно продолжила она, – у тебя была работа и куча свободы, потому что твои родители рисковали многим. Но тебе хотелось большего. Ты начал подрабатывать в такси, но все не то. И вот тот, кто дал тебе «звезду», вновь объявился на горизонте. Раньше он рассказывал, как несправедливо, что у тебя нет магии, а теперь – что мерзкие маги и правительство закрыли тебе все дороги, но у него есть одно средство. Одна простая работка: отправить такси по нужному адресу, и все. К девушке опаздывал?

– Хотел показать другу одно интересное место.

– И тебя ничего не смутило, – с сожалением констатировал Павел.

Ярослав бросил на него взгляд, равно наполненный яростью и сожалением.

– Мне нужны были деньги, ясно? Вам не понять, каково это – с трудом в сортир ходить, и то еще не в каждый. Каково жить в доме с кучей людей, которым плевать на то, что ты хочешь, которые могут вломиться к тебе, перекрыть выход – и от них не уйти. Каково иметь младших братьев, бесконечно бегающих повсюду. Бегающих, топающих своими ногами! Каково видеть мать, стыдливо отводящую глаза. Я хотел съехать, как только закончится этот домашний арест. Хотел иметь возможность хоть по интернету покупать себе нормальную одежду, заказывать еду. Жить я хотел, ясно?!

– И оплатил жизнь чужой смертью, – с горечью заметила Инга.

– Я не знал. – Ярослав явно понял, что скрывать что-то бесполезно, и теперь пытался оправдаться. – Ноль просто просил меня помочь и деньги кидал на карту.

– Ноль? – заинтересовался Павел.

– Это ник. Я не знаю, кто он, ясно? Мы давно познакомились в сети. Обсуждали одну рок-группу, потом концерты, протесты… В общем, он – нормальный парень. Много пережил и сочувствовал моей истории. Я как-то пожаловался, что вообще никаких перспектив – программирование и дизайн всякий мне плохо даются, а чем еще в сети зарабатывать? Вести блог о том, как дерьмово инвалиду, или писать кривые тексты, которыми забиты все сайты, за копейки? Ноль рассказал, что знает способ, как… ну… как получить магию. Работающий. И все завертелось.

– Ты п-поверил анониму из интернета? – В голосе Павла слышалось почти нескрываемое удивление. – А если б-бы он рассказал, что магия б-берется из мышьяка, то искал б-бы отраву?

Ярослав насупился:

– Я не идиот. И проверял через «Слово» все, что Ноль предлагал. Вбивал в поиск – и листал ссылки. Ничего опасного. Да и чем себя занять, когда из комнаты просто так не выйдешь? И один раз… Получилось. Такой странный сон, после которого я смог, просто подумав, поменять время на часах. Это прошло, но…

– Но остановиться б-было уже невозможно, – хмыкнул маг, – и ты п-продолжил. П-поверил своему анонимному собеседнику, утверждавшему, что д-достаточно убить себя – и способности останутся с тобой навсегда. Убить себя д-дважды.

– В первый раз почти получилось, ясно? И да, я думал, что, может, ну его, но Ноль мог сдать меня предкам, и они бы меня запихали в дурку. Они и так хотели, но я сказал, что это случайность, и они отстали. А если бы решили, что я, ну, этим занимаюсь, – кранты. Если бы получилось, то я мог бы показать им свои возможности, помочь в бизнесе, – усмехнулся Ярослав. – Получилось. Но моя помощь им не нужна.

– Зато Нолю п-пригодилась.

Ярослав на несколько секунд прикрыл глаза, словно признавая свое поражение.

– Да. Я научился делать то, что он просил. Не сразу, но у меня вышло.

– Но вы рассорились, – заметил Павел, – и так, что ты своего д-друга и наставника б-боишься д-до чертиков.

Ярослав скривился:

– Я делал то, что он просил. Не задавал вопросов раз, другой, третий… Если отцу не нужны мои таланты, то помогу тому, кому нужны. А потом увидел в сети заметку, что на месте, куда я направлял такси, нашли тело. Я не убийца, ясно? Я написал Нолю и сказал, что выхожу из игры. Он в ответ заявил, что зайдет ко мне, когда не будет семьи. Я посмеялся – кто-то из них всегда дома. Но один раз утром, когда мать уехала с младшими, а отец куда-то направился по работе, я обнаружил у себя в доме парня. Худой такой, щуплый. Надкусил зачем-то пирог, потом – пару бутербродов, которые мне оставили на столе. Я телефон достал, начал набирать номер полиции… А он взял – и стал девушкой. Я чуть в обморок не упал! Он сказал, что или я затыкаюсь, делаю как раньше и получаю свои бабки, или он меня сдает с потрохами особистам, и там мне черная метка светит. Пока я в себя приходил – он и свалил.