Светлана Забегалина – Адептка-писательница (страница 14)

А затем они отправились на материк людей, но не чтобы сражаться с ними, а чтобы поселиться рядом, бок о бок с ними.

Белые драконы были хорошими воинами и стали охранять человеческий мир от разных чудовищ, в том числе иномирных, Они были хорошими политиками, так как решения принимали во благо народа и для его процветания. Поэтому белых драконов приняли.

Однако и на человеческом континенте нашлись те, что невзлюбил их, за силу и мужественность, за красоту и бескорыстие. Люди стали скрытно охотиться на драконов, убивая тех в человеческой ипостаси, нападая подло, исподтишка. И тогда драконы стали скрывать свою ипостась, они летали втайне и никому не раскрывали своих секретов, передавая тайное знание только потомкам, да и то только тем, в ком проявлялась способность к обороту.

Белые драконы вступали в браки с людьми, их становилось все меньше, тех кто мог летать в драконьем обличье. Но пока жив хотя бы один белый дракон, будет стоять и магический защитный контур, что не позволяет другим драконам добраться до материка людей.

Глава 15. Попытки примирения

Домой Даниэль приехал в хорошем настроении, пусть ответа он на свой магический вестник не получил — это он объяснял для себя тем, что у девушки скорее всего не было магических вестников, или был один, максимум два — на крайний случай, припасенный для близких родственников, и такая как Белль не станет его тратить на ненужный ответ для Даниэля. Ему ответ был не нужен. Извинился же. Пусть заочно, но извинился. Он итак это считал едва ли не подвигом для себя. Не привык извиняться за то, что немного поприставал к девушке — всегда все были польщены его вниманием. Однако белых волос не прибавилось, значит не подвиг. Да и вообще, незачем тратить время на такую девицу. Соблазнять такую ему совесть не позволит — пусть и бедная, но гордая, да и древнего знатного рода.

Ее предки были когда-то герцогами, это он знал, изучил все генеалогические деревья самых древних родов, среди которых видел и герцогов де Райтес. Но те заключали браки только по любви, воевали до последней капли крови, служили честно и не умели ни просить, ни льстить, ни хитрить. В результате интриг постепенно лишились своих владений, а один из высокородных мошенников как-то смудрился подставить де Райтес так, что их лишили этой приставки. Честное имя роды было потом восстановлено, обвинения сняты, но вот титул герцогу не вернули, «забыли» в канцелярии Итиллии, а тот прожив в столице две недели и так и не попав в дворец на прием к королю вернулся в свое уцелевшее поместье восвояси. Так говорили сплетни. А отец Даниэля знал практически все сплетни.

Поэтому девушку из славного древнего рода, скромную, бедную. Но гордую ему не хотелось обманывать. А значит все нужно прекратить, да и Свена отговорить от ее подружки — брюнетки. Та из семьи богатого торговца, они кажется торгуют сукном, держат несколько ателье и обувных лавок. А Свен пятый сын барона и титулованную невесту за него не отдадут, поэтому Вики была бы очень даже неплохой партией для Свена, но у него еще ветер в голове, а она подруга Белль.

Выходные Даниэля пролетели незаметно. Снова библиотека, там он как раз и просмотрел генеалогию древних и не очень, то есть всех оставшихся родов, снова магические шахматы, на этот раз с братом. У отца были дела на службе, и в воскресенье визит какой-то матушкиной подруги, как водится, с дочерью. Откуда столько девушек в столице иногда думал Даниэль, особенно на выданье. Он привычно обменялся с гостями парой незначащих фраз, а потом присоединился к тренировке брата по фехтованию. Это было гораздо интереснее, чем развлекать разговором гостей, а в библиотеку дочь маминой подруги могла и заглянуть, испортив все уединение. Поэтому фехтование.

Свен на выходных помогал отцу, вместе с ним объезжая баронство. Старшие сыновья делали это регулярно, вникая каждый в ту сферу, что им прочил отец, планируя разделить наследство, а вот младшему сыну кроме небольшого домишки и пары лошадей, по выводам самого Свена, достаться ничего не могло. Поэтому он просто помогал отцу, обучаясь вести дела в целом, и с крестьянами, и с торговцами лавок, и с нанимаемой охраной. Свен был славным парнем, который свыкся со своей судьбой младшего баронского сына, отца любил и не жаловался, не завидовал, не плел интриг.

Вики встречалась с подружками, съездила в лавки отца и прикупила для подруги теплые сапожки и плащ. Пусть та никуда из Академии и не выходит, но в выходные дни чтобы погулять по академическому парку лучше утеплиться. Вещи были недорогие, но добротные, оставалось лишь найти предлог, чтобы Арабелла взяла. Форменные туфли и ботинки для занятий, конечно, хорошо, что выдают, но свои тоже лучше иметь, а у Арабеллы они вот-вот прохудятся.

Вики посплетничала с матерью, вечером сидя у теплого камина, и та сообщила, что раз уж Вики совершеннолетняя, то отец решил начать подыскивать ей жениха. Выучиться в Академии ей как любимой дочке обязательно дадут, старшие братья тоже ратуют за то, чтобы сестренка училась, раз уж ей так хочется, но жениха следует подбирать. Поэтому, если Вики …на этих словах Виктория вздохнула. Ну вот не хотелось ей замуж. Когда-нибудь, когда она встретит такого, как ее отец, да. А вот «искать», «подбирать» — однозначно нет. Но у нее в запасе четыре года, и чего это родителям так не терпится ее сосватать… Свена она выкинула из головы. Она и Арабелла слышали, что Свен каждый курс менял подружек. После летних каникул он заявлял что-то своей прежней пассии и та начинала искать другого парня. Быть третьей пассией Свена, а потом наблюдать двух других, пока он будет учиться на четвертом и пятом курсе ей не хотелось. Дружба и легкий, ни к чему не обязывающий флирт, совмещенный с помощью в учебе — это неплохо, даже хорошо. Но вот то, что он переступил границу легкого флирта…Это было нехорошо. Пусть ищет доступных девиц в другом месте, хотя наверняка у него были такие, он никогда не рассказывал, чем занимается на выходных. Наверняка среди этих занятий есть и не самые пристойные. Так размышляла Виктория.

Арабелла выходные писала и оформляла заявку на конкурс. У нее из головы совершенно вылетел один невоспитанные сын герцога. Записку от него она сразу же сожгла. Та симпатия, что в ней зародилась к Даниэлю была перечеркнула его самовлюбленностью, самоуверенностью, и еще другими «само». Да, он сын герцога, причем наследный, но это не означает, что он может по отношению к ней себя так вести. Заколки возвращать было бы глупо — они ему ни к чему, да и такой подарок возвращать — самой позорится мелочностью, а вот встреч и прогулок следует избегать, да и само внимание игнорировать.

Так они все думали до тех пор, пока не настал понедельник, и вся четверка не встретилась в коридоре одного из корпусов. Девушки при встрече холодно поздоровались. Промолчать на приветствие было бы невоспитанным, презрение или колкость — выглядели бы глупо, а вот холодность — главное оружие обиженных девушек. Особенно она удалась Арабелле. Ее обычно теплый взгляд зеленых глаз казался морозящим. Даниэлю стало холодно и неуютно, едва он встретился глазами с Белль. Вики посмотрела на Свена чуть высокомерно, могла себе позволить так смотреть на ветреного юношу. Сапожки и плащ Белль взяла, поблагодарила, а когда узнала, что они были куплены по оптовой цене в лавке отца Вики, то еще больше обрадовалась и обещала заплатить за них после каникул, когда она съездит домой. Виктория отмахнулась — мол отдашь, когда сможешь.

Три дня Даниэль и Свен пытались вновь вести себя так, будто ничего не случилось. Подкарауливали в библиотеке, но девушки сначала развернулись и ушли, а в другой раз просто игнорировали все попытки обратить на себя внимание. Смотрели холодно, как бы мимо. Вики больше задирала нос — знала себе цену, а Белль просто делала вид, что не видит и не слышит Даниэля.

На четвертый день игнора Даниэль решил изменить тактику, и подкараулить около общежития. На стоящего у стены сына герцога де Ларреа девушки обращали внимание, хихикали проходя мимо либо кокетливо строили глазки. Даниэль отшучивался, что мол стена этого здания самая чистая, а тень самая густая из-за развесистого дуба.

Белль и Вики возвращались из библиотеки одними из последних. За это время Даниэля уже видели почти все адептки первого курса, кто пройдя мимо, кто в окно. При виде Белль под руку с подругой, Даниэль отлепился от стены. Стало уже темнеть и от неожиданности девушки даже вздрогнули — не сразу заметили парня и не поняли, кто это. Даниэль приблизился быстрыми шагами. Попросил подождать Вики чуть в стороне, чтобы он мог поговорить с Белль без свидетелей. Арабелла вздохнула, но согласилась. Ей было непонятно, зачем Дан пришел, и о чем он собирается с ней говорить.

Поэтому, когда они отошли в сторону на пару метров, а Дан накинул полог тишины, то Белль начала первой

— Ваше сиятельство, я не ответила на магический вестник, потому что не видела и не вижу смысла. Не нуждаюсь, в Ваших, Даниэль извинениях. Они ни к чему. Ваше неуважение ко мне продиктовано тем, что мы не ровня. В моей фамилии нет приставки «де», хотя когда-то она и была, а финансовое состояние моего рода, моей семьи таково, что возможен брак только с таким же бедным, но честным аристократом, как я. Романы мне не нужны. Портить свою репутацию я не позволю. В Академии, и думаю, за ее пределами, много девушек, что не откажут Вам. Мне же от Вас ничего не нужно. Я, конечно, благодарна за помощь на практике, да и в работе с книгами, но на этом все. А теперь позвольте мне удалиться.