Светлана Яблоновская – Лавандовый танец (страница 6)

– Ваш друг, он… случайно не тот, кто недавно переехал и устроился в кофейню рядом с супермаркетом?

Анна чувствовала лёгкую неловкость. Говорить о своей работе было ей некомфортно – слишком прозаично. Внутри она жила совсем в другом мире: мире идей, стихов, размышлений. В мечтах она сидела не за столом с отчётами, а в окружении мыслителей и поэтов. Внимательно вслушивалась бы в слова философов, спорила бы, искала бы истину – не в таблицах, а в смысле. Её тайная мечта была приблизиться к тому, что вечно. К тому, что не поддаётся расчёту.

– Вы… знаете Антона? – Андрей растерялся.

– Он как-то упомянул, что познакомился с девушкой-бухгалтером. И добавил, что у неё есть симпатичная подруга…

Он замолчал, слегка покраснев.

– Если честно… я не люблю сводничество. Мне всегда казалось, что настоящие встречи происходят сами собой – где-нибудь на улице, в трамвае, супермаркете…

Мысль, что Анна могла встречаться с Антоном, резанула. Он старался не придавать ей значения – но она, увы, уже поселилась внутри. Он начал постукивать ногой и бросать взгляды в сторону – ища официанта с их заказом.

– А, вы про Мари! – Анна засмеялась, прикрыв рот рукой.

– Это так неожиданно… Да, Мари недавно ходила в кафе с Антоном. Они пили чай. Неужели это было здесь?

Она слегка растерялась.

– Это… правда очень забавно. Такое совпадение. Прямо… потрясение. Приятное. Просто неожиданное.

Они на мгновение замолчали. Оба – в легком замешательстве. Как будто мир чуть приблизил их – и они не знали, как реагировать.

Принесли заказ. Они пили лавандовый чай, разговаривали тихо. Смеялись. Слушали друг друга. Минуты текли – незаметно, как вода. И в какой-то момент всё стало просто: они здесь. Вместе. В нужное время. В нужном месте.

Когда кафе начало редеть, они вышли на улицу. И решили пройтись. Безлюдный парк у озера затаился в вечернем свете. Легкие мелодии доносились из ближайшего кафе – будто сопровождение их истории. Деревья покачивались в такт, а гладь озера – оставленного на ночь лебедями – сияла, отражая небо и их двоих. Они шли молча, но между ними звучало больше, чем можно было бы выразить словами.

– Вам не становится грустно осенью? – тихо спросила Анна.

– Листья опадают, рано темнеет, холодно… На улицу и нос высовывать не хочется. Вы слышали что-то об осенней депрессии?

Они шли по парку. Анна старательно обходила шуршащие листья, будто боялась спугнуть умную мысль Андрея. Увидев свободную лавочку – ту самую, любимую, – они присели.

– Осенняя депрессия, – начал Андрей, – это состояние, которое не обязательно связано с осенью. Я как-то читал статью – говорилось, что утрата радости, внутренняя хандра, ощущение пустоты… всё это может накрыть в любое время года. Душа может болеть и в сказочную зиму, и в романтичную осень, и даже жарким летом.

Он улыбнулся, посмотрев вперёд, на редеющие деревья.

– А для меня осень – это, наоборот, приятная пора. Нос ещё не мёрзнет, ресницы без инея, и в то же время солнце не палит. Осень – моё любимое время года. А ваше?

Он слегка наклонился к Анне – не навязчиво, а так, будто хотел услышать её по-настоящему. Ни одно слово не пропустить.

– Я люблю зиму, – задумчиво произнесла она.

– Зимние отпуска я предпочитаю любым другим. Только зимой я позволяю себе надеяться на перемены. Верить в лучшее.

Она замолчала на мгновение.

«Ты забрал мою любовь к зиме… Когда падает снег, я не могу думать ни о ком, кроме тебя. Зачем было делать так больно? Зачем забирать единственное, чем я жила?.. Даниэль… ты принёс мне только отчаяние.»

Нахлынувшие мысли сменили светлую улыбку на лице Анны – на тень. Она отвела взгляд. Постаралась скрыть грусть, повернувшись к дорожке. Но Андрей всё понял. И – не спросил. Просто остался рядом.

– Я… я задал неуместный вопрос? – осторожно произнёс Андрей.

– Простите. Я не хотел… ворошить ваши воспоминания.

Он мягко положил руку ей на плечо. В этом прикосновении было нечто большее, чем сочувствие – тепло, которое доходило до самого сердца. Он такой… настоящий, – подумала Анна.

– Что вы. Не стоит извиняться, – улыбнулась она. – Вы не сказали ничего плохого. Просто… кажется, я начала замерзать. Может, пройдёмся?

Она поднялась с лавочки и протянула ему руку. Разве дамы должны подавать руку джентльменам? – мелькнуло у неё.

Андрей слегка растерялся, но тут же расплылся в улыбке. «Исключительная девушка», – подумал он.

На улице быстро темнело. Фонари едва справлялись – свет был рассеянным и тусклым. Романтичный парк постепенно превращался в декорацию для мистического фильма. Андрей предложил проводить Анну. Они ускорили шаг и через несколько минут оказались у её дома.

– Спасибо вам за этот вечер, – сказала Анна.

– Мне было очень хорошо с вами. Я редко хожу в такие места… и только сейчас понимаю, сколько всего упускаю. Это кафе… оно теперь будет первым в моём списке.

Она снова протянула ему руку. Её пальцы посинели от холода – тело хотело в тепло, но сердце не хотело прощаться. Андрей сжал её ладонь своей – тёплой, уверенной. Как странно, – подумала Анна. – Эта тонкая куртка не может греть. Но его прикосновение… будто бы защищает от всей стужи мира.

– И мне было хорошо с вами, Анна. Но теперь – бегите. Не хочу, чтобы вы простудились. А я… я подожду, пока вы подниметесь и помашете мне из окна. Мне важно знать, что вы благополучно добрались до квартиры.

Анна зашла в квартиру и сразу бросилась к окну. Она помахала Андрею, и он, улыбнувшись, медленно побрёл прочь – в тёплый вечер, в тишину, в свои мысли. Анна провожала его взглядом, пока он не скрылся за углом дома.

Сердце билось мягко, но как-то особенно. Тонкие, почти музыкальные ритмы внутри пробуждали музу. Она чувствовала, как в груди поднимается волна – но не знала, как её выразить. Анна заварила себе чашку крепкого чёрного чая и села на кухне. Перед ней лежал белый лист бумаги. Она хотела писать. Хотела – но не могла. Слишком много чувств, слишком мало слов. И тогда она взяла карандаш. Если не рождаются строки – пусть появится лицо. Она хорошо запомнила его черты – за время, что они провели вместе в «Белой луне». Сконцентрировалась. Вдохнула.

На листе появился он – Андрей, в синей лёгкой куртке, сидящий за столиком, чуть склонив голову, с той самой улыбкой, в которой было так много человеческого тепла.

«Ты такой милый», – прошептала Анна и улыбнулась. А в окне, отражаясь в стекле, улыбалась она сама – новая, светлая, наполненная собой.

Все выходные Андрей и Анна переписывались. Анна не отрывалась от телефона, её воодушевляли разговоры о море, горах, далеких путешествиях. Они избегали личных тем, и Анну это вполне устраивало. Она не была готова открыться Андрею так быстро, считая, что разговоры о личном могут подорвать их отношения. Андрей почувствовал её настороженность и не стал допрашивать. Тем более что у него самого не было много, что рассказать. Окончив школу с посредственными оценками, он пошел работать охранником в небольшой круглосуточный магазин. Не желая брать на себя смены безалаберного коллеги, он вскоре ушёл с работы. Сменив несколько рабочих мест, Андрей выгорел эмоционально, что сказалось на его отношениях с родными. Родители не принимали его решения и считали, что он заслуживает большего, что ему стоит поступить в институт. Но Андрей предпочитал спокойную и экономную жизнь, не желая тратить деньги отца. Он решил переехать, как только представится подходящий момент, считая, что это поможет наладить отношения в семье. Его отношения с родителями продолжали ухудшаться, и когда его оставила очередная девушка, он собрал вещи и уехал. Оглядываясь назад, Андрей понимал, что это было его единственное правильное решение. Он не стремился к славе, почету или богатству. Переехав в небольшой, малообещающий городок, он наконец восстановил эмоциональное состояние и обрел внутреннюю гармонию. Родители заметили изменения в его поведении, и больше не докучали разговорами о высшем образовании и большом заработке. Со временем они начали навещать его и видели прелести его скромной жизни. Это было для него самым большим достижением.

Воскресный вечер пел о любви. Последний тёплый осенний день влюблённые парочки решили провести с пользой – медленно прогуливаясь по усыпанным золотыми листьями улочкам небольшого городка. Ветер был мягким, вечер – прозрачным. Анна сидела у окна. Смотрела на улицу. Вспоминала их первое свидание. Она разглядывала прохожих – и в каждом подмечала что-то от Андрея. У кого-то – его походка. У кого-то – такая же лёгкая куртка. Кто-то даже держал в руках бумажный стакан, как он.

Анна улыбалась уголками губ. В глубине души ей так хотелось, чтобы он вдруг появился – просто стоял у её дома. Ждал. Без звонка, без слов. Просто ждал. «Смотришь ли ты в окно сейчас, как я? Думаешь ли обо мне?»

Печаль сменилась радостною песней.

К пустынным берегам пришла вода.

Мир стал загадочней и интересней,

Я словно бабочка порхаю без труда

Любовь свою я от завистников укрою,

Не отобрать им больше счастья моего.

Дождливым летом, зимнею порою

Храню тепло объятья твоего.

5 глава. Как так вышло?

Озеро покрылось тонким льдом, улетели птицы, засыпало улицы свежим снегом. Пришла пора пуховиков и в тон подходящих шапок и шарфов. Крыши города наконец приобрели приятный белоснежный вид, на окне появились замысловатые узоры. Открылся первый в городе каток, благодаря которому платная клиника увеличила прибыль с нуля до миллиона.