Светлана Томская – Истинная для Высшего Дракона (страница 6)

– Это то же самое. Я ещё до отъезда развела немного иберийского мыла для мытья волос, как вы любите. Только как же вы сами?..

Объяснять ещё раз, что справлюсь, не пришлось. Раздался стук в дверь. Неужели его сиятельство понял, что такое правила хорошего тона?

Бети, оставив меня, побежала открывать. Однако это был не граф. Я услышала негромкий женский голос. И хотя я была достаточно далеко от двери, запах еды почти мгновенно достиг и моего обоняния. Живот обиженно заурчал, намекая, что стоило сначала поесть.

Вздохнув, я нырнула с головой в бадью, чтобы намочить волосы, и занялась мытьём. Сложно обходиться без ванной с проточной водой. У нас в Чампии были самые совершенные ванные, покрытые дорогой эмалью. И воду не приходилось таскать вёдрами, она поставлялась по трубам.

Вымылась-то я сама, но, чтобы смыть мыло, я всё-таки призвала на помощь Бети. Пришлось проявить чудеса ловкости, чтобы скрыть от девушки метку на лопатке.

Нашлось у нас и нормальное полотенце, и приятная на ощупь нижняя рубашка, которая полностью скрыла мою спину. Вручила мне служанка и чистые шортики, назвав их панталонами.

Почувствовав себя частично одетой, я смогла выдохнуть с облегчением и позволить Бети заняться моим одеванием. Отбиться от корсета мне не удалось. Моя пугливая служанка оказалась непреклонна. Аргументы «Мне нечего утягивать» с ней не сработали.

Оказалось, что корсет – это необходимая часть статуса, и если я не хочу выглядеть как крестьянка… Я сдалась. В моём хлипком положении сложно было устанавливать свои правила. Поверх корсета на меня надели нежно-голубое платье. Оглядев себя в зеркале, я признала, что, не будь корсета, платье висело бы на мне мешком.

А так я выглядела очень даже неплохо, если не считать, что на голове у меня вместо причёски была башня из мокрых волос, замотанных полотенцем.

Снова возникло острое ощущение беспомощности. Будь у меня огненная и воздушная магия, то одного бытового плетения хватило бы, чтобы высушить мою копну волос. Но это оказалось не единственным отличием.

Не сразу я заметила, что Бети, нахмурившись, изучает подол платья.

– Странно, – сказала она. – Вы как будто выросли немного. Платье раньше полностью прикрывало щиколотки. И вроде бы тоньше стали.

Я замерла, не зная, что ответить. Вот и нашлись отличия между мной и донной Анной. Но Бети уже сама нашла объяснение.

– Наверное, после стирки платье село. Говорила я, что нельзя доверять тамошней экономке. Воду перегрела.

Ну да, хорошее объяснение: короче стало, потому что подсело. А вот почему при этом оно не стало теснее в талии, а наоборот? К счастью, Бети уже успокоилась.

– Хорошо, что запас есть. Вы сейчас поешьте, а потом я немного отпущу подол. Не годится вам с голыми щиколотками ходить.

Слово «поешьте» спровоцировало голодный спазм в животе. Уговаривать меня не пришлось. Вот только, когда я увидела то, что мне принесли, я на мгновение застыла.

– Бети, – вкрадчиво позвала я. – А мяса не было?

– Мяса? Вы же его не едите.

Ещё как ем. Это что же, я теперь на одной траве сидеть должна?

– Немного принеси, мы в дороге.

– Так я с удовольствием. – Бети даже заулыбалась. – Сколько раз вам говорили, что сил не будет, если совсем мясо не есть.

Служанка выскочила за дверь. А я подошла к окну.

Окно предоставленной мне комнаты выходило на задний двор. И я невольно замерла при виде открывшейся мне картины. Молодой черноволосый мужчина в одних штанах стоял у колодца. Как раз в этот момент он наклонился, и слуга вылил ему на спину ведро воды. Мужчина распрямился и принялся растираться полотенцем, а я как зачарованная смотрела на перекатывающиеся под загорелой кожей бугры мышц, могучие плечи, узкие бёдра.

Обнажённые торсы для драконицы, у которой два брата и отец постоянно тренируются в таком виде, не новость. Но в движениях этого мужчины было столько первобытной дикости и силы, что я невольно сглотнула. А ведь он не был драконом.

Я так засмотрелась, что упустила момент, когда мужчина повернулся ко мне лицом и поднял голову. Наши глаза встретились.

На таком расстоянии разглядеть цвет глаз невозможно, но на один миг у меня возникло ощущение, что они приблизились, как если бы проснулась Рейя и подключила драконье зрение. У меня даже сомнений не возникло, что глаза у неизвестного синие.

Но, только когда губы изогнулись в знакомой самоуверенной улыбке, я поняла, кто именно передо мной. Уже привычная волна жара окатила меня изнутри. От окна я отпрянула, едва не сбросив с узкого подоконника стоявший на нём горшок с полудохлым растением, но было поздно. Граф заметил меня и, несомненно, сделал свои выводы.

Какой позор!

Я невольно выругалась, помянув ханга.

Как дать ему понять, что я случайно выглянула в окно, а не специально наблюдала за ним? Очень мне нужно смотреть на полураздетого наглеца.

Перед глазами непроизвольно возникла картинка мощной спины, рельефных рук. Ну да, пришлось признать, что его сиятельство красив не только лицом. Однако я тут же напомнила себе, что мне до этого нет никакого дела.

Я в тот момент вообще понятия не имела, кто передо мной. Хотя бы потому, что не ожидала увидеть вместо седых волос чёрные. Вот и решила, что это какой-то местный дикарь.

Мысленно обозвав графа дикарём, я почувствовала себя чуточку лучше, но, увы, ненадолго, потому что сообразила, что сама была далеко не в лучшем виде. Мои собственные волосы всё ещё были как попало замотаны полотенцем.

Я даже застонала от отчаяния. Да что же я всё время влипаю в неловкие ситуации?

И какие ещё сюрпризы поджидают меня в этом мире?

– Какая дурацкая мода, – пробормотала я, вспомнив богато одетых мужчин в седых париках, которых заметила на первом этаже таверны.

– Вы о чём, госпожа?

Оказывается, Бети уже проскользнула в комнату и накладывала мне на тарелку с овощами мясо.

– О мужских причёсках. Зачем мужчины носят парики?

Тарелка дрогнула в руках Бети.

– А разве вы сами не говорили всегда, что благородного вельможу можно отличить по парику?

Неужели я, то есть Анна, такое говорила? Ну и мода! Будет о чём рассказать родным, когда я вернусь домой.

– Благородного – да, – вывернулась я, – но ведь при этом не узнаешь, каков он на самом деле. А вдруг лысый?

Бети фыркнула.

– Садитесь лучше, поешьте, госпожа, а потом я приведу в порядок ваши волосы и ваше платье.

Да, пожалуй, стоило поесть. Может, после этого буду лучше соображать и быстрее отскакивать от окон?

Овощи оказались отменными, а вот мясо… мяса почти не было. Несколько тонких полосочек, которые я проглотила, почти не жуя. Жевать, собственно говоря, было незачем. Мясо было мягчайшим и ароматным. Хотелось ещё, но я помнила, что сказала Бети о своей хозяйке. Придётся постепенно приучать служанку к тому, что вкусы донны Анны изменились. И тянуть с этим не стоит, иначе в свой родной мир я вернусь задохликом.

Сразу после еды Бети занялась моими волосами: расчёсывала их, делила по прядкам и периодически бегала вниз, чтобы заменить полотенце на сухое и нагретое. И такое будет каждый раз?

Бети хлопотала вокруг меня, а я с тоской думала о том, что столкнулась с очередной проблемой. За процессом сушки волос нас и застал очередной стук в дверь.

Я дёрнулась, едва не лишившись пряди, и зашипела от боли. Высвободив волосы, я сбежала на кровать, занавешенную балдахином, приказав Бети:

– Открой, но я не хочу, чтобы меня видели. Я сплю.

На этот раз я не ошиблась.

– Ваше сиятельство!

Я услышала голос служанки и порадовалась, что на этот раз отреагировала вовремя и правильно.

– Привет, малышка, – раздался знакомый голос. – А где твоя госпожа?

Меня передёрнуло от этого покровительственного «малышка». Зато Бети, судя по её голосу, растеклась медовой лужицей.

– Спит уже, ваше сиятельство.

Граф хмыкнул.

– Странно. Значит, мне показалось, что я видел её в окне.

И по интонации, с которой граф Адриан произнёс эти слова, я как-то сразу поняла, что ни в какое «показалось» он не верит. И в то, что я сплю, тоже. Я прижала ладони к горящим щекам. Хоть бы скорее избавиться от этого попутчика. Одной проблемой было бы меньше. Едва ли мне по дороге грозят ещё какие-то неприятности, а вот умереть от стыда из-за очередной неловкой ситуации опасность есть.

– Твоя госпожа разрешила мне оставить у вас в комнате вот это. Куда положить?

Неужели он всё-таки принёс эти свои шпаги? У меня даже ладошки зачесались от любопытства, так захотелось рассмотреть и попробовать незнакомое оружие. Все остальные переживания временно отступили.

Вот бы куда-нибудь сплавить Бети.

Однако граф, похоже, решил это сделать вместо меня. Он понизил голос, и мне пришлось напрячь слух.