Светлана Титова – Ненавижу блондинов (страница 17)

Глава 16. Скитальная… Или «Где обещанная судьба, что на печке находит? Может, я не на той печке лежу?»

— Лакки, фу! — моих покусанных и поцарапанных рук коснулись чужие пальцы. — Эй, ты в порядке? Помощь нужна?

Мужчина, хотя скорее молодой парень, предложил помощь, и этот факт сразу перевел его из позиции врага в помощники. Измученная, голодная, с притупленным инстинктом самосохранения, я не испугалась его, переведя в ранг русских «питеров-паркеров». Подняла лицо и зажмурилась от яркого света, бившего в глаза. Резко отвернулась, замахав на него рукой.

— Уберите свет. Слепит глаза. Я же ничего не вижу, — зашипела на парня лет четырнадцати или чуть старше, давшего оценить себя, осветив на пару мгновений свое лицо.

Сделала поправку на подсветку снизу, сильно искажающую реальные черты. Лицо у парня чистое, с легким пушком и еще по-детски пухлощекое. Немного оттопыренные уши и неаккуратные вихры светлых волос торчат в разные стороны. Светлые же глаза, цвет трудно разобрать в свете фонарика, смотрят с интересом и удивлением. Но фигура впечатляет вполне взрослой внушительностью.

Или он от природы такой богатырь или железо качает… лет с семи..

— Извини. Я не подумал. Я Захар… Зубов Захар, — голос у парня под стать фигуре, густой не по годам бас — А ты… заблудилась? Тут это проще простого.

Ему бы в хоре петь или батюшкой в церковь. Вон голосище какой!

Мысли у меня путались. Всплывали идиотские ассоциации и ни одной связной идеи, как быть дальше.

Захар, не впечатленный мной, разглядывал кусты вокруг, землю, довольного пса, постоянно шаря фонариком. Боялся чего-то или нервничал.

Одет он был в пятнистый костюм и высокие ботинки на шнуровке. Вполне обычная одежда для грибников или охотников. Ни корзины, ни ружья с ним не было. Ремень плотно обхватывал талию. К нему крепились кожаные ножны.

Лакки юлой крутился вокруг меня, по-собачьи простодушно радуясь, что смог меня выручить. Я наглаживала шелковистую шерсть, не торопясь вставать. Ступня побаливала, и устала я зверски. Боялась без опоры не удержаться на ногах. Надо бы в фитнес клуб записаться, прошла и пробежала сегодня не так много, а держусь еле-еле.

— Маша Ершова, — представилась парню, глядя на него снизу вверх. — Где я, Захар? Что это за лес?

Лучик метнулся по моей груди, к зияющим дыркам с рваными краями, через которые проглядывало телесное кружевное белье. Я тут же обхватила плечи и прикрылась руками. Глянула на него неприязненно.

У этих малолеток одно на уме. Мало ли что он задумал. Лакки меня не спасет, а убежать не смогу из-за ноги.

— Ты в тульской области. Поселок Троицкий недалеко, — сказал он так, точно все в мире должны были знать небольшой поселочек, потерянный на карте.

Подобное простодушие выдает сельских жителей. Я бы умилилась, но душевных сил не осталось. Странноватого парня немного опасалась. Все же ночь, а я одна. Чем он казался странным, пока не поняла. Но как-то не вписывался он в современную молодежь. Это и настораживало.

Чтобы не думать о плохом, попыталась вспомнить, как далеко Тула от Москвы. Но, увы, география не мое сильное место.

— Это сколько же от Москвы? — спросила его, пытаясь сориентироваться самой.

Он тоже молчал, подсчитывал в уме расстояние. Лакки покрутился, быстро усек, что в ближайшее время мы никуда не идем, и растянулся на моих ногах, уложив голову на лапы. Я потрепала его за ухо, прислушиваясь к лесной тишине.

А лес жил ночной жизнью. С разных сторон доносились шорохи, потрескивали деревья, точно древние старцы, ухали ночные птицы.

Захар медлил с ответом. Неужели никогда не ездил в Москву! Или он вообще не местный?

— Километров двести будет. А ты москвичка.

— С чего ты так решил?

— Акцент выдает. Вы все странно говорите на «а», где надо говорить «о».

— М-да, никогда не замечала. Нет, не москвичка. А говорю так всю жизнь, — пожала плечами.

Он и сам казался странным: говорил хоть и медленно, но правильно. Я прекрасно знаю молодежный сленг, которым пользуются его ровесники… да и мои. Он не похож на Макса, которому с детства прививают правильную речь. Но и у того случайно, но проскакивают модные словечки. А Захар точно из какого-то медвежьего угла вылез. Чувство, что он общается преимущественно со взрослыми.

Его родители к ровесникам не пускают? Секта какая-то… типа старообрядцев или староверов? Что вообще подросток один с собакой делает в лесу ночью? Я-то понятно, а он… Не нравится мне все это. Надо быстрее выбираться на дорогу, пока меня их «Ку- клукс-клан» не завербовал. Женят на Захаре, и не выберусь больше к маме и людям.

— У тебя телефон, — только дошло, что парень подсвечивает кусты вокруг смартфоном. — Можно мне позвонить? Я… потеряла свой. Мне нужно маме сообщить, что со мной все в порядке.

— Не выйдет позвонить, — насупился парень, освещая фонариком стенки оврага. — Зона тут.

— Какая зона? — похолодела я, понимая, что мои худшие опасения насчет клана старообрядцев сбываются.

— Аномальная, какая еще, — нехотя буркнул парень. — Разряжаются мобильники в три раза быстрее. Иная электроника не работает, или показывает неверно. Машины ни с того, ни с сего глохнут. Особенно которые из новых моделей.

Он осветил по дуге кусты, росшие вверху, на краю оврага. Я шлепнула по рукаву, отгоняя надоедливую мошкару. Не заметила, чтобы Захар мучился от нашествия комаров.

— Так вот же у тебя телефон в руках и светится, — кивнула я на девайс. — Значит, батарея работает.

— Этот сломан давно. Я его только из-за фонарика ношу. Мощный очень и удобно. — Он резко потушил свет, и в мою сторону прилетело флегматичное объяснение:- Заряд беречь надо. Включу, когда пойдем.

Я и не спорила, лишь поежилась, когда темень снова обступила со всех сторон. Лакки завозился на моих кроссовках, поскуливая. Нога ныла, раны и царапины саднили. Хотелось пить и спать. Мелькали мысли остаться на ночлег тут, обнять пса, чтобы согрел, и выспаться, плюнув на все. Но пережитый страх отгонял сонливость, требуя добраться до безопасного жилья, желательно своего.

— Если аномальная зона, то что тогда здесь делаешь? Это же опасно, наверно.

Я уже представила себе этого парнишку, начитавшегося фантастики, этаким горе-сталкером, ищущем ценные артефакты в зоне. Начитаются, наиграются в игры, и тянет их в опасные места. Но Захар удивил.

— Опасного тут ничего нет, кроме людей. Те разные бывают. А зона, она просто зона. Мало, кто о ней знает. Списывают на случайный фактор, — он поскреб пальцами затылок в задумчивости. С такой стороны проблему зоны он не видел. — Дядька бы сюда не поехал, если что не так. Мы тут рыбу ловим. Я, брат мой старший Игнат и дядька наш Прохор Зубов. Уже три дня тут, — обстоятельно и медленно обрисовывал мне ситуацию Захар. Наличие еще двоих взрослых мужчин насторожило. Мне, считай, повезло, что Лакки выбрал самого младшего и простодушного. Мало ли чем те двое дышат. Пока я размышляла, Захар продолжал просвещать, пользуясь свободными ушами: - Речка отсюда в двух шагах. Шиворонь. Рыбы там много. Не слыхала?

— Нет, я не любитель рыбалки. Я больше люблю грибы собирать.

Грибы и ягоды собирала с самого детства добровольно-принудительно. Бабуля обожала походы в лес. Но не просто бесцельное блуждание с любованием природных красот, а с выгодой. И пока корзинки и ведерки не наполнялись черникой и грибами, мы из леса не уходили. Ноги отваливались от усталости, тело зудело от укусов мошкары, живот сводило от голода, но нормы должны быть выполнены. Ягоды собирали мы, а бабушка искала грибы. Ее аргумент, что черника укрепляет зрение, не обсуждался. Тот факт, что очки носим все трое с глубокой молодости, и чернику едим постоянно, ее веры в лечебную силу этой ягоды не поколебал. Терпеть не могу чернику в любом виде.

— Чудно с твоей фамилией и не любить рыбачить, — хохотнул парень, не скрывая насмешки. — Так ты грибница, значит. От своих отстала. И как, много в этом году лисичек?

— Ни одной не нашла, — покачала головой. Мысленно поставила Захару двойку за такт. Я битый час перед ним хлопаю себя по голым рукам, а он не предложил куртку. — Захар, ты не выведешь меня к дороге. Мне нужно поймать попутку до ближайшего поста ГАИ.

Снова повисла пауза, и я немного занервничала. Парень молчал, и это напрягало. Успокаивая себя, гладила пса. Пожалуй, это был единственный парень, которого я сейчас не боялась.

— Зачем тебе попутка? Сейчас много всяких катается. Мало ли нарвешься еще. Игнат тебя отвезет утром прямо к дому. Ты же в Москве сейчас живешь, грибница?

— Сейчас живу и учусь в столице, — прояснила для него ситуацию. — Попасть домой было бы здорово, — кисло улыбнулась я, не видя в этом ничего здорового — А твой брат… Игнат не будет против?

— Не будет, — от внезапного появления еще одного из клана Зубовых я вздрогнула.

Лакки извинительно заскулил. Я же напряглась, не зная, чего ожидать от нового гостя. Мне хотелось договориться с Захаром. — Захар, тебя только за смертью посылать, — продолжил гость. — Дядя волнуется. Сначала пес сбежал, потом ты. — Тут же вспыхнул свет обычного фонарика, освещая сначала меня, пришлось прикрыться рукой от слепящего света. Луч метнулся на Лаки, поднявшего голову и завилявшего хвостом, перескочил на Захара, как и я, отвернувшего голову: — Ну, ясно с вами. Я бы тоже не торопился.