Светлана Титова – Академия Юрского периода (страница 10)

Дроу молча усмехнулся, небрежно откинув за спину тяжелый хвост светлых волос.

Ох, да тут одни нарциссы! Повезло мне — целый букет! А я еще переживала, что без цветов останусь.

— … поймать ядовитого трипадрючиса и собрать яд, — закончила урок нагиня, захлопывая конспект. — Завтра у всех проверю результат. Проведем опыты и напишем лабораторную работу.

Рев крата Альфы взорвал тишину. Я вздрогнула и выронила палочку, пачкая листки чернилами. До того сонные кадеты подскочили с мест и быстро заталкивали в пятнистые вещмешки и рюкзаки книги и тетради.

— Это что? — обмерла я. — Зверь прорвался за периметр академии?

— Конец занятий, — спокойно ответил дракон, закидывая за спину рюкзак.

— Почему рев завруса? — поразилась воображению местных креативщиков от образования.

— Что бы привыкали, — усмехнулся дроу, — в асах не растеряешься, когда снова услышишь, но уже настоящего.

— Привыкну?! — я покачала головой. — Если каждый раз так, то мочиться непроизвольно начну.

— Не преувеличивай, — сунув мне в рюкзак чернильницу, дракон потянул к выходу, — идем скорее. У нас следующее Вышивание.

— Что?! — я подумала, что ослышалась.

— Вышивание, — заверил дроу, подхватывая меня с другой стороны под локоть.

Мои ноги оторвались от пола, и я плавно поплыла. Парни не замечая веса тела, вынесли меня в коридор.

— Гладью или ришелье? — насмешливо поглядела на парней, думая, что они продолжают шутить.

— Вообще-то по-всякому, — пожал плечами дракон, — я, например, мастер крестиком. А Лотусс на скорость гладью.

Наг вытащил платочек размером со скатерть, продемонстрировав мне незавершенный сложный узор.

— А Натан? Или он только красивый? — поддела я, задетая мастерством парней, вспомнив свой «ускоренный метод».

— Самый красивый в академии, — уточнил обычно молчаливый дроу, и убил меня окончательно, добавив:- Левой рукой гладью, правой крестиком… одновременно.

Два противоположных потока кадетов лилось по коридору в поисках нужных аудиторий. Ребята подняли меня на высоту своего роста, и я обозревала довольные, смеющиеся лица нелюдей.

— Зачем воинам учиться вышивке? — поражаясь логике местных деятелей от образования, основателей академии.

— Тренировка терпения, — ответил дроу, возвращая меня на пол.

Глава 10

— Дана, дело есть на сто когтей крата, — меня догнал Караш, отобрал мою сумку и потопал рядом.

Я напряглась, глаз нервно дернулся. Свою кварту я уже немного изучила, и поняла, что от моих парней можно ждать всякого.

Дракон ждал вопроса, лишь поглядывал на меня из-под темных ресниц и улыбался своей фирменной улыбочкой — одним уголком губ, приоткрывая белоснежный оскал.

Ох, ты ж, красавчик включил очарование, значит, сказанное им мне очень не понравиться. Знаю я эти взгляды и улыбочки у парней. В доказательство моей догадки Караш приобнял за плечи, оберегая от спешащих и почти не смотрящих по сторонам кадетов, разбредающихся по аудиториям.

— Что? — внутренне напряглась, ожидая подвоха, дракон явно переигрывал с очарованием.

— Маленькая, раздобудь яда трипадрючиса на всю кварту. Мы все будем заняты после занятий, — Караш заискивающе улыбнулся.

— Чем это интересно? — сощурилась я, подозревая парней в обычном отлынивание.

— Ладно, мы же семья. Но ты помалкивай, а то парни мне хвост накрутят. Я им, конечно, тоже, но не хочется товарный вид терять.

Он улыбнулся и подмигнул парочке девиц, тащивших стеклянные емкости с заспиртованными ящерами со вскрытыми животами и колышущимися внутренностями, смущенно захихикавших на заигрывание дракона. От вида содержимого меня замутило, я отвернулась. Одна из девушек лишь перехватила емкость поудобнее.

— Так что там у Лотусса и Натана, — напомнила о себе.

— Влюбились. У одного свидание, а второй решился подкатить к девчонке, — коротко охарактеризовал ситуацию дракон.

— А ты? — подозрительно посмотрела на Караша, — тоже влюбился?

— Крат тебя пожри! Скажешь такое! Смотри, накаркаешь еще! — он остановился, схватившись за грудь со стороны, где билось сердце, возмущенно-испуганно смотрел на меня. — Я что совсем уже. Я же дракон как-никак.

— Тогда что? — сощурилась на дракона, ожидая от него убедительных аргументов.

Караш замялся, приобнял вновь за плечи, продолжив путь. Готова была поспорить, на смуглых скулах проступил легкий румянец. Он смерил меня сомневающимся взглядом и решился:

— Понимаешь, маленькая, какое-то время тому я встречался с одной нагиней. Ну, как встречался? Пару раз хвостами свились. Гм… Понимаешь о чем я? — я кивнула, ожидая окончание исповеди. — Расстались мы не очень. Плохо расставились. Мне не привыкать, но дело в том, что она там работает. И мне бы не хотелось, пока свежи воспоминания… и все такое. Выручи, замыкающая. А с меня и парней желание. Договорились?

Парень потер скулу и подбородок. Похоже, кому-то прилетело в челюсть от эмоциональной подружки при расставании.

М-да… Получить троих парней в должники — это казалось очень заманчивым. Опять же повод в моих глазах был более чем уважительный — чувства. Я же не крат какой-нибудь, все понимаю.

— Договорились. С вами все понятно. Камень преткновения — женщины, — сделала вывод, вспомнив, известный фильм про пиратов. — Ладно, мы же семья. Как он выглядит этот… блин, ну как его?

Я пыталась вспомнить трудное имечко. В этом мире, зверье именовали, похоже, не иначе, как спьяну или от лютой ненависти ко всему живому.

— Трипадрючис, — подсказал Караш, — фиолетовый такой, ушастый. Ты не ошибешься. Он первый на тебя кинется. Дрянь характер у зверюги.

Караш умел «успокаивать». После этих слов, я уже жалела, что согласилась на авантюру. Но делать нечего. Дала слово — выполняй.

Трипадрючис оказался еще большей мерзостью, чем описал дракон. И вид имел премерзкий. Размером со среднюю собаку, о шести лапах с шипастым хвостом. Клыкастая широкая морда и огромные, просто слоновьи уши. Надев выданную защиту, слишком большую и болтавшуюся на мне, не по размеру большие перчатки, огляделась, понимая, что до образа валькирии Ританы мне как до Луны. С тоской глянула на вечереющее, персиковых оттенков чужое небо, прислушалась к воющим и рычащим ящерам, вздохнула и решительно прошла сквозь стену. В полутьме вивария выловила притихшую гадину, пыхтя и матерясь, потащила на свет, во двор академии. В отличие от видящих в темноте оборотней, дроу и местных людей, у которых способности к ночному видению остались как последствия смешанных браков, я ничего не могла разглядеть в шаге от себя, оказавшись единственной «слепой» в этом мире. Свет по понятным причинам в виварии и в аудиториях академии был не предусмотрен. Только декоративный вариант в виде свечей, для украшения интерьеров.

Пойманный ящер активно сопротивлялся и верещал, взбивая хвостом гравий. Мелкие камушки пульками разлетались в разные стороны и больно ударяли по ногам. Ухватив за уши, потащила верещащего поганца на зеленый мох. Красивый красновато-сливовый окрас шкуры тут же окрасился зелеными пятнами. Ругаясь про себя, а когда получила хвостом по пятой точке, и вслух, пыталась зафиксировать голову, наступив на уши. Но трипадрючис вертелся ужом, брыкаясь всеми шестью лапами. Приходилось зажимать их коленями. Но коленок у меня две, а лап у ящера шесть. Выигрыш был на его стороне. Через полчаса битвы, я устала и взмокла, на все лады проклинала нагиню с ее заданием и кварту с их любовными «заморочками», и судьбу, забросившую меня в это пещерное «мракобесие». Мне все же как-то удалось нахлобучить на клык одну из пробирок, и пара желтоватых капель стекла по закаленной стеклянной стенке. Потеряв яд, ящер издал душераздирающий вой и закрутился совсем отчаянно. Порции было мало, на всю кварту не хватит. Когда уже подумывала, не долбануть ли ушастого чем потяжелее, и у бессознательного выцедить из клыков яда, за спиной послышалось покашливание. Я быстро глянула назад, заметив форменные начищенные до блеска высокие ботинки.

— Чего стоишь? Помоги, давай! Наступи ему на уши, а я яд выцежу! — зло рявкнула на кадета, не спешащего помочь слабой женщине.

— Кадет Кутько, торофус из рода цапусов не ядовитый, — послышался голос ректора. — Отвечайте по форме.

Я замерла, ящер перестал извиваться и притих. Повернулась, поднимаясь, к торофусу, прикидывавшемуся все это время трипадрючисом, и прошипела:

— Что же ты, свинья чешуйчатая, мне сразу не сказал?

Ящер возмущенно пискнул, оправдываясь. Наверно…

Неожиданно он позеленел, и его вывернуло прямо мне на ботинки. Поджав губы, сдержала крепкое словцо из уважения к ректору. Сняла перчатку и оттерла пот, заливавший глаза. Взглянула на ректора. Безукоризненный вид, прическа волосок к волоску.

Хорош!

Дракон сложил руки за спиной и ждал. Вспомнив о приветствии, вытянулась и отрапортовала:

— Ректор Герт-Рудий Аслан Свищ, кадет Кутько выполняет домашнее задание!

— Герун-Дий Алар Бриш, кадет, — поправил без капли раздражения ректор. — Когда вы уже запомните?

— Так точно, — вспомнив о наказе царя Петра, расслабила мышцы лица.

В этот момент ожил ящер и под шумок решил сбежать. Пришлось придавить ногой хвост. Пособие возвращать придется. Ректор глянул на летящие из-под лап торофуса куски мха, пытающегося вырваться на свободу, но ничего не сказал.

— Вольно, кадет, — разрешил дракон. — Так зачем вам секрет половых желез этого цапуса?