Светлана Соловьева – Твои корни. Третий роман трилогии «Повернуть судьбу» (страница 7)
– Мама, мы поедем, – добавил Павел, уже серьёзно. – Не переживай, пожалуйста. Нам всем нужен этот отдых!
Они уехали. Первые дни шли прекрасно. Присылали фото: Саша на берегу озера в панамке, Серёжа с воздушным змеем, Кира и Павел на фоне гор. Потом наступила тишина. Ни сообщений, ни звонков. Почти сутки тишина.
Наталья Сергеевна не находила себе места. Телефоны молчали. Она обзвонила все возможные службы, турфирмы, больницы. Наконец, дозвонилась Нике.
– Ника, дети… они… исчезли! Пропали! – голос дрожал, слова путались, и она разрыдалась.
Ника, находившаяся в командировке в другом городе, не раздумывая, бросила всё. Через несколько часов уже влетела в квартиру. Наталья Сергеевна сидела у телевизора, окружённая телефонами, с платком в руках, лицо заплаканное.
– Наталья Сергеевна, что случилось?! Говорите!
– Они поехали в пансионат «Лазурит», на Кавказе… – всхлипывая, начала она. – Первую неделю всё было хорошо. А потом тишина. Полная тишина! Я звоню – молчат! Службы молчат! А сегодня утром… по новостям…
Она показала на экран. По телевизору шёл выпуск новостей, на экране мелькали кадры паники, крики, отцепленные улицы, пожарные машины.
– Террористы… подорвали экскурсионный поезд… и захватили отель с отдыхающими…
Ника побледнела, но старалась держаться.
– Это ещё ни о чём не говорит?! – она взяла пульт и убавила звук. – Подожди паниковать. Вы уверены, что это их отель?
– Да! Назвали и отель, и город. Время совпадает… Что, если… там… они?!
– И телефоны не отвечают?
– Все вне зоны…
– Хорошо, – Ника сжала губы. – Тогда так: я лечу туда. Сегодня же. Найду их. Во что бы – то ни стало!
Наталья Сергеевна смотрела на неё как на спасение.
– Родная… а билеты? Вдруг нет?
– Сейчас проверим, – уверенно произнесла Ника и села за ноутбук. Через пятнадцать минут она уже бронировала билет. – Вылетаю сегодня. К вечеру буду там.
Направляясь к выходу, и вдруг резко остановилась, и повернулась, озабоченно глядя на Наталью Сергеевну.
– Нужно золото!
– Какое золото? – растерянно спросила та.
– Возьму всё, что есть. Вдруг пригодится. В обмен, на взятку, на что угодно?!
– Конечно… – трясущимися руками та сняла серёжки, цепочку. – Больше нет…
– Сколько есть, – твёрдо сказала Ника, пряча украшения. – Остальное возьму дома.
И, не попрощавшись, ушла быстрым, решительным шагом. А за ней в пустой комнате осталась мать: растерянная, измотанная страхом, молча молящаяся, чтобы с её детьми и внуками всё было в порядке.
Глава 11: «Горы молчат»
Ника прилетела к обеду, немного поспав в самолёте. В аэропорту пересела в небольшой туристический автобус, чтобы добраться до города. По дороге разговорилась с местным гидом и узнала шокирующие новости: часть постояльцев из захваченного отеля находится в госпитале. На маршруте экскурсионного поезда было заложено самодельное взрывное устройство. Заряд оказался слабым, но всё же унёс жизни нескольких человек. Погибли только те, кто был в первом вагоне. Взрыв произошёл прямо под электровозом, он сошёл с рельсов и увлёк за собой состав. Было множество пострадавших, раненных и травмированных. Людей спасло лишь то, что инцидент случился не в горной местности. Это был устрашающий жест со стороны террористов, прелюдия к захвату отеля, демонстрация серьёзности намерений.
Узнав о случившемся, Ника сразу же приняла решение, направиться сначала в госпиталь. Возможно, кто-то из родных там? Она решила действовать по обстоятельствам. Добравшись на такси до госпиталя, быстро вошла внутрь. У дежурного попыталась узнать хоть какую-то информацию, но в бушующей суматохе получить ответы оказалось невозможно.
Толпы раненых, хаос, бегущий персонал, всё погрузилось в неразбериху. Ника металась по холлу, заглядывая в лица, вслушиваясь в обрывки фраз. На вешалке заметила белый халат. Недолго думая, спрятала свою сумку под стол, надела халат и, оставив при себе только документы, деньги и золото, отправилась внутрь здания, рассовав ценности по карманам.
Она обошла весь первый этаж, осторожно заглядывая в палаты. Везде лежали раненые, каталок не хватало, люди стонали, а медсёстры и врачи спешили с капельницами и перевязками. На фоне этой лихорадочной суеты она оставалась незамеченной.
Вдруг, поднимаясь на второй этаж, она услышала слабый, отчаянный голос. Она остановилась, не сразу поняв, но что-то ёкнуло внутри.
– Ника! Ника!
Сердце замерло. Она резко остановилась и, обернувшись, увидела у лестницы Киру: измождённую, с опухшим лицом и перевязанной головой. Та лежала на каталке и смотрела на сестру испуганным, растерянным взглядом.
– Кира, милая! Девочка моя, – бросилась к ней Ника. – Не плачь, я здесь. Всё будет хорошо, слышишь? Где остальные?
Кира судорожно схватила сестру за руку, пытаясь унять слёзы.
– Мы с Пашей и Серёжей поехали на экскурсию… – начала она говорить. – Сашеньку оставили в детской комнате… – она всхлипнула и заплакала. – Наш отель захватили террористы. Боже, он там совсем один! Уже прошло больше суток?! А вдруг он голодный, напуганный… – недоговорив, снова зарыдала.
– Кира, соберись! – строго, но мягко сказала Ника. – Ты должна мне помочь. Рассказывай всё, что помнишь.
– Я очнулась… рядом не было ни Паши, ни Серёжи. Я одна. Ника, я ничего не знаю! Что с Сашей? Что с Пашей? Я боюсь… так страшно…
– Тише, родная, – Ника гладила её по голове, стараясь не задевать окровавленную повязку. – Я здесь, я всё выясню. Если ты здесь, значит, и они тоже могут быть рядом?! Потом поеду за Сашенькой.
Поцеловав сестру в щёку, Ника побежала по второму этажу. Она заходила в палаты, заглядывала под одеяла, не пропуская ни одного уголка. Внутри всё сжималось: а вдруг она не найдёт их? Мысли метались между страхом и отчаянной решимостью.
И вдруг… из одной палаты донёсся детский плач. Не один, сразу несколько голосов, не менее десяти. Заглянув в приоткрытую дверь, она увидела Серёжу. Он сидел на кровати, дрожал, рядом мальчик постарше пытался его обнять.
– Серёженька! – Ника резко распахнула дверь.
Ребёнок мгновенно поднялся на колени и протянул к ней руки. Она подхватила его, крепко прижала к себе и пошла к Кире. Мальчик не плакал, но всё тело дрожало, губы побелели от напряжения.
– Сейчас, родной, всё позади. Пойдём к маме. Она тебя ждёт, – шептала она, прижимая его к груди.
На месте, где она оставила Киру, уже никого не было. Ника осмотрелась и услышала отдалённый женский крик.
– Не надо, не увозите меня! Меня сестра не найдёт. Пожалуйста! – это кричала Кира.
Её голос был полон отчаяния. Ника узнала его. Резко свернув за угол, увидела, как каталку с Кирой пытаются закатить в палату, а та, осипшая, рычала и хваталась за косяк двери.
– Кира! Я нашла его! – закричала Ника, приближаясь.
Перестав вырываться, Кира обмякла. Увидев сына, вытянула дрожащие руки. Обняв его, зарыдала, теперь от счастья. Серёжу она прижала так, словно боялась снова потерять. Из-за суеты и нехватки персонала, разрешили ребёнка остаться с матерью.
Серёжа обнял маму, прижался и затих. Его страх постепенно растворялся в маминых руках. Обняв сына, Кира гладила по голове и молчала. Ника налила воды и поставила на тумбочку.
Кира немного успокоилась. Одного сына Ника нашла и вернула ей! Но сердце матери разрывалось от беспокойства о Сашеньке, и про мужа она ничего не знала.
– Теперь за Павлом! – сказала Ника, решительно. – Я скоро.
Павел лежал в послеоперационной. Его ноги были сломаны, одну собрали с помощью металлического аппарата. Увидев Нику, он напрягся, не зная, что ожидать.
– Паша, Кира и Серёжа живы, – улыбнулась она, взяв его за руку.
Он закрыл глаза и с облегчением выдохнул.
– Спасибо, Господи! Как они?
– У Киры лёгкая травма головы. У Серёжи царапины, но он с мамой, всё хорошо.
– А ты? Как ты оказалась здесь?
– Прилетела искать вас, когда услышала, что произошло.
– Спасибо тебе, родная… – голос его дрожал.
– Ладно, Паша, я пошла. Нужно ещё Сашеньку найти.
– А с ним, что? – со страхом, пристально глядя на неё, спросил тот. – Я был без сознания, вообще ничего не знаю. Он же в отеле остался, там за ним должны присмотреть?
Ника смотрела на взволнованного папу, понимая, что он ещё ничего не знает про младшего сына.
– Ника, я чего-то не знаю? – поняв, что случилось ещё что-то, спросил Павел. – Не молчи, говори, прошу тебя, говори!
– Паша, ты только не волнуйся, – с досадой посмотрела на него и, вздохнув, произнесла та.