Светлана Соловьева – Твои корни. Третий роман трилогии «Повернуть судьбу» (страница 6)

– Да. И не только распашонку.

– Вы их так долго хранили?

– Ой, Кирочка, поверь, годы пролетают быстро. Кажется, ещё вчера он спал в этих пелёнках… А теперь сам ждёт сына.

Павел взял одну из пелёнок в руки, задумчиво провёл пальцем по ткани.

– Мама, это так трогательно… Спасибо. Я не ожидал, что увижу свои вещи. Словно прикоснулся к самому себе, маленькому.

– Я всё перестирала, погладила. Осталось упаковать и готово. А теперь идите на кухню, я вас накормлю, а потом соберём вещи и повезёте домой.

Позже, уже сидя в троллейбусе с двумя большими сумками, Павел повернулся к Кире с приятным радостным чувством.

– Слушай, Кир, может, раз уж всё готово, давай купим кроватку и коляску? Деньги ведь откладывали на малыша…

Кира задумалась.

– Сейчас не будем. Говорят, примета плохая покупать заранее.

– Глупости, какие! Кира, ты же грамотный, умный человек, а веришь в какие-то приметы.

– Верю не верю, но раз так говорят люди, то я не хочу спешить. Ты не представляешь, как я боюсь?! Поэтому хочу уберечь нашего малыша от непредвиденных неожиданностей.

– Глупенькая, с ним всё будет хорошо, потому что мы его любим, потому что по-другому не может быть! – обнимая жену, ласково сказал Павел.

– Но всё-таки, пожалуйста, давай не будем торопиться. Знаешь, как сделаем?

– Как?

– Мы всё выберем, а когда я рожу, ты купишь, а Наталью Сергеевну попросим, чтобы помыла и застелила, – чувствуя, что муж начинает сдаваться, предложила Кира.

Павел посмотрел на неё, улыбнулся и покивал, соглашаясь.

– Ладно, уговорила! Только чур, если что-нибудь сделаю не так, меня не обвинять. Договорились?

– Договорились!

Кира улыбнулась, и эта улыбка была не просто выражением радости, а целым миром, сотканным из нежности и предвкушения. Она положила голову на плечо мужа, ощущая тепло его тела, его спокойное дыхание, которое теперь казалось самой прекрасной музыкой на свете. На душе был покой, такой глубокий и всеобъемлющий, что казалось, будто все тревоги и суета внешнего мира просто растворились в этом моменте.

Глава 9: «Когда счастье зовут по имени»

Наступила осень, и вместе с ней в семью пришло огромное счастье – на свет появился ребёнок. Малыш родился крепким, здоровым, с розовыми щёчками и звонким голоском, словно сразу заявил о своём праве быть частью этого мира.

В этот день все волновались: Ника вернулась из экспедиции как раз вовремя и встречала Киру из роддома вместе с Павлом и Натальей Сергеевной. Казалось, в воздухе витала нежность, трепет и волнение, а глаза всех членов семьи светились от радости.

С рождением малыша жизнь в доме изменилась. Не только ритм, но и само восприятие мира стало другим; более тёплым, чутким, наполненным новым смыслом. Маленький Серёжа стал центром этой маленькой вселенной. Кира перенесла роды легко, без осложнений, и уже на пятый день её выписали домой. Она светилась от счастья и гордости, в руках лежал сын, тёплый комочек любви.

Молодые родители с энтузиазмом и научным подходом занялись воспитанием малыша. Купили большую детскую энциклопедию и следовали всем рекомендациям, порой игнорируя советы бабушки. Павел с Кирой с увлечением экспериментировали: купали сына в ванне, и тот плавал, словно маленький дельфин, с широко распахнутыми глазами. Наталья Сергеевна каждый раз вздрагивала, хваталась за сердце и с укором качала головой.

– Что вы делаете с ребёнком?! – не выдерживала она, выходя из ванной. – У меня сердце не на месте!

А Павел с Кирой, сияя, выходили с мокрым и довольным Серёжей на руках.

– Мама, он счастлив! Ты видишь, как ему нравится? – отвечал Павел.

– Вы просто гестаповцы! – говорила она сквозь слёзы, но в глубине души любовалась их отвагой и заботой.

Молодая пара отказалась от пелёнок и тугих повязок, предпочитая специальные конверты, где ребёнку было просторно и удобно.

– Мы не будем пеленать Серёженьку, – твёрдо заявил Павел. – Я считаю, что пелёнки выдумали с целью экономии. Ребёнок быстро растёт, каждая неделя и другой размерчик, нормальной одежды просто не напасёшься. Пелёнка позволяет первые полгода не думать о новой одежде для него.

– Сынок, ты говоришь глупости! Испокон веков и бедные, и богатые пеленали детей, и экономия здесь совсем ни при чём. Как вы не понимаете, что от этого и ножки у ребёнка ровненькие становятся, и он во сне не взмахивает ручками и не пугает себя?!

– Да, пеленали. Но ты знаешь, что кривые ножки не становятся ровными, как их туго не затягивай? Пеленание не влияет на ровность ног, это доказано научно! А ты знаешь, что туго запеленатому ребёнку тяжелее дышать? Мы с Кирой считаем, что нельзя насиловать младенца. Мама, сама подумай, дети во сне поджимают ножки, сгибают ручки, вероятно, эта поза удобная для них. Мало того, пеленая, мы с самого рождения ограничиваем его восприятие мира, мешаем ему развиваться гармонично. Ребёнок – это маленький человек, и мы не должны мешать развитию его личности, индивидуальности.

– Господи, Паша, чего вы только не начитались?! А как же тогда выросли те миллионы людей, которых пеленали? Ты, что хочешь сказать, что я ограничивала твою индивидуальность с самого рождения, не давала развиться как личности? Мы что, неправильно вас растили?

– Мама, не в этом дело, – мягко возражал он. – Время меняется, и мы должны идти вперёд. Главное – любовь и забота, а не пелёнки!

Ника с интересом наблюдала за спорами, но не вмешивалась, внутренне отмечала, насколько изменились подходы и мышление нового поколения. Когда-то всё было иначе: строго, по правилам, передающимся от бабушки к матери, от матери к дочери. Теперь же свобода, осознанность, уважение ребёнка, как к личности.

Со временем Наталья Сергеевна смирилась. Серёжа рос крепким, начал рано сидеть, и к шести месяцам споры о пелёнках закончились. На смену им пришли ползунки, мягкие кофточки и радость от первых осознанных движений малыша.

Кира оказалась чудесной молодой мамой. Несмотря на отсутствие опыта, она быстро всему училась. Её дом всегда был в порядке: вещи чистые, выглаженные, в воздухе витал аромат выпечки или свежесваренного супа. Кира с любовью заботилась о своих мужчинах, балуя их вкусностями и уютом.

Когда Серёже исполнилось три года, его отдали в детский сад, записав во все кружки, какие только были. Пока не было возможности водить его по специализированным секциям, на горизонте уже маячила новая радость: Кира снова была беременна. Их семья ожидала второго малыша.

На этот раз ожидание было спокойным и осознанным. Кира чувствовала себя уверенно, опыт помогал справляться с мелкими тревогами. Павел баловал её. Ника помогала с Серёжей, а Наталья Сергеевна с радостью ждала ещё одного внука.

Через два месяца после того, как Серёжа пошёл в садик, в их семье снова зазвучал детский плач. Родился Саша, второй сын Киры и Павла. Теперь в доме стало ещё шумнее, но и светлее от счастья.

Утро начиналось с того, что Павел отводил Серёжу в сад, а Кира с Сашей оставались дома. Вечером Кира или Ника забирали старшего из сада, и все вместе шли на детскую площадку. Смеялись, делились новостями, любовались детьми.

Наталья Сергеевна часто приезжала, чтобы помочь. У неё были ключи от квартиры, и она заходила без предупреждения. Могла погладить бельё, приготовить обед или просто поиграть с детьми. Она не навязывалась, а тихо и незаметно становилась опорой для всей семьи.

Кира старалась всё делать сама, но от помощи не отказывалась и всегда с благодарностью принимала заботу. Их семья была настоящей: тёплой, сплочённой, основанной на любви, уважении и взаимной поддержке. Каждый знал, что здесь тебя поймут, обнимут, накормят и поддержат. Так и жили они одной душой, одной большой семьёй.

Глава 10: «Когда земля уходит из-под ног»

Лето подходило к своему пику, дни стояли жаркие и солнечные, и семейство решило, что пора в отпуск. Дети подросли, Саше почти три года, и Кира готовилась выходить на работу. Последний спокойный отдых в полном составе хотелось провести ярко, незабываемо. Они выбрали уютный пансионат в горах, на берегу целебного озера. Не слишком дорогой, но с хорошими условиями, воздухом, как бальзам, и обещанием покоя. Началась подготовка к долгожданной поездке.

– Зачем поехали? Куда?! – весь месяц, пока они собирали вещи, причитала Наталья Сергеевна. – У нас на даче озеро не хуже! Купайтесь, загорайте, и никуда ехать не надо.

Молодые, зная её характер, не спорили. Спокойно продолжали собирать сумки и составлять списки необходимого.

– Малышей хоть не тащите! – почти умоляла бабушка, хватаясь за сердце. – Сашеньке ведь и трёх нет! Что ему ваше озеро, что ванна большая…

– Мамочка, ну как же без мальчишек? – улыбнулся Павел, обняв мать за плечи. – Мы же всей семьёй едем. Пусть подышат свежим воздухом, искупаются в чистой воде. Это полезно для лёгких.

– Ну хоть малого оставьте! – Наталья Сергеевна едва сдерживала слёзы. – Умоляю вас, не везите его так далеко…

– Наталья Сергеевна, вы переживаете потому, что мы всё время вместе и ни разу не расставались, больше чем на несколько дней, – мягко, но твёрдо проговорила Кира. – Но мы ведь взрослые люди. Всё предусмотрели. Разве плохо, что мы едем всей семьёй?

– Не знаю… Но мне тревожно. Сердце не на месте, хоть тресни.

– Это потому, что вы нас очень любите, – тихо сказала Кира, беря её за руку. – Но у нас всё будет хорошо. Честно.